Очищение
Шрифт:
Потом она стояла на своём крыльце и обнимала мать. Минутой позже она оказалась в знакомой кухне и увидела стоящее перед ней огромное блюдо с ломтём мяса и картофельным салатом. Следующие полчаса она ела и говорила о кино и Лос-Анджелесе, о погоде, и что в её жизни всё ещё нет никаких молодых людей, обо всём кроме цели своего приезда. И всё это время Джулия как-то почувствовала, что каким-то непонятным образом мать узнала, зачем она приехала домой.
Наконец, она глубоко вдохнула и сказала:
— Мама, мне нужно поговорить с Тэдом. Было бы здорово увидеть его здесь, но я представляю,
Мадам Лир улыбнулась.
— Голубка, почему бы тебе не взять сумки в свою комнату, ту, старую, потом спускайся вниз, а я посмотрю, нельзя ли его пригласить заехать?
— Ладно, — согласилась дочь.
Джулия взяла чемоданы из передней, повесила компьютер на плечо и поднялась по лестнице. Она вошла в свою старую комнату с чувством радости и какой-то лёгкой грусти, потому что мать до сих пор сохранила здесь всё как в тот день, когда дочка уехала в колледж, включая плакаты звёзд рока, которых никто больше не помнил, и мягкие игрушки на кровати. Бросила комп на кровать, повернулась к шкафу с чемоданом, и её сердце чуть не разорвалось от неожиданности: она увидела высокого мужчину с обветренным лицом и в широкополой шляпой с пером, сидящего в угловом кресле. В углу был прислонён винчестер.
Зак Хэтфилд поднялся и вежливо снял шляпу. И произнёс: «Здравствуй, Джулия».
Примерно в это же время Аннет Риджуэй сидела на пассажирском месте в зелёной «тоёте тундра», запасной машине Добрармии в этот вечер, на улице, ведущей от отеля «Бенсон» на Саут Бродвей. Было ещё совсем светло. Лейтенант Билли Джексон сидел около неё, наблюдая, как бронированный автобус везёт журналистов по Бродвею к отелю. Они участвовали и, видимо, должны были освещать официальный приветственный банкет для офицеров ФАТПО, который давало портлендское Бюро по улучшению бизнеса вместе с Торговой палатой. Аннет была встревожена, потому что из-за своей известности в финансовом сообществе её отец был одним из участников банкета.
— Не бойся, мы не собираемся нападать на банкет, — успокоил её Джексон. — Недостаточно времени для хорошей разведки места, да и охрана будет слишком сильной. Теперь мы должны быть гораздо осторожнее и готовиться намного продуманнее всякий раз, когда устраиваем что-нибудь здесь, в городе, со всеми этими новыми подкреплениями ЗОГ, которые могут быть применены против нас.
Аннет согласно разным документам в её дамской сумочке была теперь Мэри Джонс. На ней был чёрный парик и гораздо больше косметики, чем обычно, включая тени на веках и яркую помаду, блузка без рукавов с тремя расстёгнутыми верхними пуговицами для демонстрации чёрного кружевного лифчика и облегающие джинсы. Ей разрешили самой подобрать одежду.
— Помни, что ты изучаешь журналистику, и предполагается, что это будет случайная и неожиданная встреча, — сказал Гэри Бреслер
— Я не знаю, есть ли у тебя облегающее платье для коктейлей или что-нибудь подобное, но если ты появишься разодетая в пух и прах, это может вызвать у Зуккино подозрения. Он должен чувствовать себя с тобой в своей тарелке и достаточно уверенно, чтобы покинуть убежище его родного стада в баре отеля «Бенсон». Твоя одежда должна быть обычной, но достаточно вызывающей, чтобы дать ему предварительное представление о привлекательных сторонах, так сказать. Твоя манера общения с объектом должна показать ему, что у тебя есть и время и желание, и если он правильно разыграет свои карты, то сегодня вечером закадрит студентку. С самого начала всё должно быть правдоподобно.
— Может, если мы заполучим Эрику Коллингвуд в Первую бригаду, она даст всем нашим товарищам женщинам, уроки мастерства, — предложил Эрик с улыбкой.
— В самом деле, я уверен, что-то подобное делается, хотя возможно и не для Первой портлендской бригады, — совершенно серьёзно ответил Джексон. — В любом случае, Добрармия использует бесспорные дарования нашего товарища Коллингвуд.
На пальце у Аннет также сверкало большое, но не слишком нарочитое обручальное кольцо с бриллиантом, которое ей дал Стигс.
— Это привлечёт внимание к твоей персоне, так как большинство мужчин предположат, что привлекательная молодая женщина с кем-то связана и удивятся, если это не так, — сказал ей Бреслер. — Мужики из СМИ вроде Зуккино всегда воображают себя большими жеребцами, беспутными Джеймсами Бондами, международными авантюристами-соблазнителями, и он, вероятно, посчитает обручальное кольцо вызовом для себя.
Последним предметом в вечернем ансамбле Аннет был маленькой автоматический пистолет калибра 9 мм в кобуре, прикреплённой липучкой к её правой лодыжке.
— Я хочу, чтобы ты была вооружена, — сказал Джексон. — Не только для самообороны, но и потому что тебе, возможно, придётся подержать объект на мушке до нашего появления, если станет жарко. Значит, ты ни в коем случае не должна заходишь с Зуккино в «Бенсон», потому что не сможешь пройти через металлоискатель. Я думал об этом, и хотя это очень важно, мне не будет оправдания, если я поставлю тебя в ситуацию, когда тебя не только запишут камеры слежения, и ты потеряешь своё легальное положение, но и мы окажемся бессильны помочь тебе или вытащить тебя оттуда, если дела пойдут плохо. Если тебе не удастся заставить его пойти с тобой в «Пэдди Гроган», где нет никаких камер слежения, бросай всё, и мы придумаем что-нибудь другое.
— Сэр, это может оказаться очень важным, — серьёзно обратилась к нему Аннет. — Я думаю не препятствовать ходу событий и посмотреть, что из этого выйдет. Мы должны узнать, грозит ли капитану Хэтфилду и его батальону неизбежное нападение. Я могу обойтись без пистолета.
— Нет, не можешь, — твёрдо произнёс Эрик. — Аннет, вопрос в том, как близко доброволец к врагу. Ты будешь в опасности, и тебе нужно чем-нибудь сражаться, по крайней мере, удерживать врага достаточно долго, чтобы мы успели прорваться к тебе, если дела пойдут не так, как надо.