Очищение
Шрифт:
– Почему же тогда?
– Должна присутствовать видимость того, что я одинаково обращаюсь со всеми Легионами. Поступить иначе значит рисковать навлечь на себя обвинения в фаворитизме и вызвать новый раскол среди моих братьев. Твои воины – не единственные в Имперском Дворце, кого я заточил в тюрьму.
Сор Талгрон нахмурился.
– Кто остальные?
–
– Вы заточили их? Всех?
– Всех, – подтвердил Дорн.
– Даже тех, верность чьих Легионов вам известна?
– Кто может сказать, насколько глубоко проникла гниль?
– Легионам это не понравится, – произнес Сор Талгрон, скрестив руки на груди. – Некоторым – сильнее, чем прочим.
– Меня это не заботит, – ответил Дорн. – Я пытаюсь позаботиться о том, чтобы Империум вокруг нас не рухнул. Чтобы этого добиться, я сделаю что угодно. Что угодно.
– Стало быть, вы заключили в тюрьму и Имперских Кулаков, которые являются частью Воинства Крестоносцев? – спросил Сор Талгрон.
– Нет. Имперские Кулаки более не Легион, ведущий крестовый поход, и потому наши представители в Прецептории отозваны. Нас нарекли преторианцами Императора. Сложно охранять дворец, находясь под замком.
– Не стану возражать, хотя прочие могут рассматривать это с иной точки зрения, – сказал Сор Талгрон. – Звучит так, словно существует один закон для ваших Кулаков, и другой – для всех остальных.
– Именно так и обстоит дело, – произнес Дорн.
– А что с размещенной при вас караульной стаей Шестого Легиона? – поинтересовался Сор Талгрон. – Что с сынами Русса? Вы ведь заточили и их?
Лицо Дорна было неподвижно, словно камень.
– Нет. Они подчиняются приказам Сигиллита. Они – исключение.
– Мой повелитель, простите мне прямоту, но не разит ли от этого лицемерием?
– Так должно быть.
Сор Талгрон отвел глаза, собираясь с мыслями.
– Все это – просто политика, не так ли? – спросил он.
– В такое время, когда оказалось, что любой
Примарх дал ему секунду, чтобы усвоить все это.
– Ты зол, – наконец, сказал он. – Понимаю. Ты возвращаешься на Терру и обнаруживаешь, что твои легионеры в тюрьме. Любой командир разозлился бы.
– Как скажете, – отозвался Сор Талгрон.
– В идеальной вселенной мне не было бы нужды запирать верных легионеров, которые могли бы пригодиться в роли гарнизона дворца на случай худшего из вариантов развития событий, – произнес Дорн. – Но эта вселенная не идеальна.
– Так что будет дальше? – спросил Сор Талгрон.
– Твой гарнизон будет отпущен и перевезен обратно на ваш флот. С ваших кораблей будут сняты стопоры. Ты присоединишься к ним на орбите, а затем вы уйдете. К завтрашнему рассвету в Солнечной системе не останется ни одного члена Легиона Несущих Слово. Время вашего пребывания здесь подошло к концу.
– Мой повелитель?
– Семь других Легионов присоединятся к моему карательному флоту, который собирается в системе Исствана, – сказал Дорн. – Вы тоже будете там, и дадите Магистру Войны бой.
Прародитель Имперских Кулаков не пользовался репутацией непредсказуемого, как некоторые из его братьев, однако, без сомнения, являлся одним из самых могучих существ в мироздании, а Сор Талгрон не был знаком с его настроением и характером. Он тщательно подбирал слова.
– При всем уважении, мой повелитель, мне было приказано поддерживать присутствие Семнадцатого Легиона в Солнечной системе, – произнес Сор Талгрон, взвешивая каждое слово. – Приказы исходили от самого лорда Аврелиана. Я не могу не подчиниться его распоряжению.
– Считай, что приказы Лоргара отменены высшей инстанцией, – ответил Дорн. – Это честь, капитан. Ты примешь участие в битве, которая наведет порядок.
– Нет, просто с политической точки зрения меня удобно отослать, – парировал Сор Талгрон. – Если я заберу Тридцать Четвертую на сборы, не станет ли от этого Терра более уязвима?
– Имперских Кулаков нарекли преторианцами Императора, – сказал Архам. – Защищать Терру – наш долг.
– Флот вторжения может уже направляться сюда, – произнес Сор Талгрон. Если это так, вам понадобятся мои легионеры.