Одержимая

Митчелл Джулия

– Взрывное веселье?
– упорствовала Лия.

– Намного больше. Вандализм. Поджигали сено в амбарах, выпускали скот из загона, убегали в деревню и снимали колёса с чужих машин, и всё это забавы ради. Отец потратил немало денег на покрытие ущерба от их шалостей. В конце концов, он пригрозил отправить Робби обучаться в другой пансион и больше не впускать в дом Сэма.

– Он так и поступил?
– спросила девушка.

– Нет, - вздохнул Джеймс.
– Мама уговорила его этого не делать. Она всегда была неравнодушна к Сэму...

– Робби был её любимым сыном?

Джеймс

пожал плечами.

– Полагаю, что да. Но я был старше. У меня была своя собственная жизнь, и меня это мало заботило. До определённого момента.

Наступило молчание. Лия взглянула на него, облокотившись о стену. Она ждала продолжения.

– Я был в Оксфорде. Мне было около двадцати. И однажды Робби приехал ко мне. Ему было на тот момент четырнадцать или пятнадцать. Я не понимал, что заставило его приехать. Он сказал, что ему нужны деньги. В деревне была девочка, лет пятнадцати. Они встретились в лесу, когда Робби и Сэм отправились в поход. Были очередные каникулы. После этого она забеременела, и они не знали, от кого. У них была привычка делить всё. Я разозлился на то, что они так безответственно поступили, а девушка забеременела. Даже в их возрасте они должны были быть предусмотрительны. Я оплатил поход в частную клинику и аборт. Затем дал ей крупную сумму, чтобы её родители ничего не узнали.

– Но ты же тогда был всего лишь студентом, - Лия была потрясена.
– Как ты мог позволить себе такие траты?

– Все просто, - последовал ответ.
– У меня был в распоряжении счёт, который открыла бабушка.
– Голос Джеймса теперь был строг. Конечно же, ему тяжело вспоминать о брате. Он отошёл от стены. Как будто ему не хотелось больше вспоминать об этом.

Они пошли осматривать оставшуюся часть дома. Спустились вниз, в изысканную столовую. Затем последовали в гостиную, окна которой выходили на террасу рядом с озером. Потом в библиотеку, кабинет, бильярдную, музыкальную комнату.

– Ещё больше много комнат за кухней. Офис, кладовая дворецкого, флигель. Но я не хочу, чтобы ты заскучала, - сказал Джеймс, как только они вернулись в вестибюль.
– Возьми куртку. Я покажу тебе территорию и озеро. Пройдёмся по тропинке в деревню.

Лия заметила, что он переоделся в повседневную, но по-прежнему дорогую одежду - джинсы, голубую льняную рубашку, тёмно-синий кашемировый свитер и ботинки для прогулки.

– Далеко?
– спросила она.
– У меня одни кроссовки.

– Я заметил, - холодно сказал он.

Прогулка была долгой. Они шли от теннисного корта и укромного, идущего вдоль реки стеной, сада, вниз по аллее и последовали в городок. «Желудь» был обычным пабом. Каменный пол, деревянные балки и нагромождение столов и скамеек. Джеймс отвёл Лию к маленькому столику у окна, по пути здороваясь с посетителями.

Он пошёл к переполненному бару и вернулся с кружкой крепкого пива для себя и бокалом красного вина для неё.

Её сердце забилось быстрее, как только она увидела его, продвигающегося к ней сквозь толпу в этот воскресный день. Девушка задалась вопросом, как же всё это произошло, и что она здесь делает.

–

Я заказал традиционный ростбиф. Здесь он очень вкусный. Один бокал вина –не хочу, чтобы ты потом уснула. У меня на тебя планы, - Джеймс ухмыльнулся, а она покраснела.

Еда была вкусной, как и говорил Джеймс. Когда они закончили трапезу, он взял её за руку и повел вдоль извилистой дорожки рядом с пабом. День проносился с невероятной скоростью. Было немного облачно. Лии хотелось вернуться в усадьбу Торли, в ту высокую кровать еще раз, до их вечернего отъезда.

– Что ты делаешь для того, чтобы расслабиться?
– спросила она, задумавшись, отдыхает ли Джеймс вообще от работы.

– В Лондоне я хожу в гребной клуб. Там есть тренажёрный зал и бассейн. На Новый Год мы с ребятами из Оксфорда обычно катаемся на лыжах в моём шале в Австрии.

– Очень активно. А как насчет виллы во Франции?
– полюбопытствовала девушка.

– Она принадлежала семье, сколько я себя помню. Там реконструкция прошла везде, включая бассейн. Прекрасное место, чтобы водить туда девушек, - ответил Джеймс.

Девушек?

Лия подумала, что лучше бы не спрашивала. Имел ли он в виду Элизабет или всех остальных, с кем встречался? Подозревает ли Элизабет о том, что помимо неё у него кто-то есть? И какие у них отношения?

– Ты умеешь кататься на лыжах?
– спросил Джеймс.

– Никогда не пробовала, - последовал ответ.

– Мне кажется, ты умеешь плавать.

– Не очень хорошо. Я могу плавать по-собачьи.

– Могу научить тебя плавать за неделю на вилле, - заявил он.

Неделя на вилле на Юге Франции? Что ещё он задумал? Хочет, чтобы она пополнила список его девушек, готовых на всё? Лия вспыхнула.

– Для меня это слишком, - отрезала она.

Они шли в тишине. Лия начала думать, что выходные идут не так.

Подойдя к воротам у леса, Джеймс открыл их.

– Здесь написано «частная собственность», - заметила девушка.

– Моя собственность, - ответил Джеймс, спускаясь вниз по заросшей тропинке, которая вела в глубину леса. В лесу было довольно темно. Лия вздрогнула. Это не было похоже на короткий путь.

Он остановился и оглянулся, затем ухватил её запястье.

– Здесь, - произнес он.
– Хочу показать тебе кое-что.

Они ступили на небольшую поляну. Джеймс медленно побрёл дальше и остановился у огромного дуба.

– Посмотри сюда. Когда-то я высек свои инициалы, - сказал он, указывая на отметку, находящуюся на стволе дерева.

Было отчётливо видно вырезанное сердце, пробитое стрелой и инициалы: Д. У. и Э. Ш. Кто же такая Э. Ш.? Элизабет?

– Эви Шор, - пояснил Джеймс. Он словно прочел её мысли.

– Наши мамы дружили. Она часто приходила к нам летом, и мы играли в теннис. Одним очень жарким днём после игры мы решили пойти в лес, чтобы спрятаться в тени деревьев. Нам обоим было тогда тринадцать. Маленькая блондинка. Она была одета в белый топ и короткую юбку для тенниса. До сих пор помню её силуэт. Я поцеловал её у этого дерева. Это был мой первый настоящий поцелуй. И, наверное, я все испортил...
– он остановился.