Одержимая
Шрифт:
Тут же мелькнула мысль о Криспине и Базиане. Наверное, только они не стремились получить от меня что-то. Возможно, их и правда можно считать друзьями. Но кто поручится, что если их интересы разойдутся с моими, они не предадут так же легко, как другие?
Что касается Эрбина, то его мотивы для меня еще более загадочны, чем те, которыми руководствуются остальные. И доверять ему с моей стороны не меньшая глупость, чем поверить в то, что избалованный красавчик-демонит ко мне единственной воспылал теплыми чувствами. А ведь меня предупреждали! И Эрбин предупреждал, и даже Асдус.
Я
Неужели он и правда не хотел мне зла? Но тогда почему не рассказал все, как есть? Из-за дурацкого демонского слова? Я горько рассмеялась. Оно значит для него больше, чем наша так называемая дружба? Как бы то ни было, я уже знала, что стану делать дальше. И на этот раз никому не позволю меня остановить!
Глава 15
Я в раздражении отпихнула ногой нежно-розовое платье, безмолвным свидетелем моей глупости валяющееся на полу, и двинулась к платяному шкафу. Выбрала черное, как наиболее соответствующее по цвету моему настроению. И пусть предпочла бы менее откровенный покрой, но выбирать не приходилось. Наскоро уложив волосы в пучок, бегло посмотрела на свое отражение. Хмурое бледное лицо с горящими решимостью глазами, стиснутые губы.
М-да, в поселении бы сказали, что от моего вида молоко может скиснуть. Но тем лучше. Не улыбаться же перед рыжим, когда мне больше хочется ему в челюсть двинуть. Надеюсь, удержусь.
И я покинула комнату, решив, что плевать, даже если придется вытащить демона из постели. Ждать до утра я не собиралась. Все равно вряд ли усну ночью. Чем раньше покончу со всей этой неопределенностью, тем лучше.
Уже подходя к комнате, где разместили Асдуса, уловила доносящиеся оттуда голоса. Толком разобрать слова не удавалось, но по интонациям и тембру нетрудно было узнать собеседников: демон и его братец. У меня даже глаз задергался, пришлось приложить титанические усилия, чтобы подавить вновь вспыхнувший гнев. Но поворачивать обратно я не собиралась. Решительно постучала в дверь и услышала, как стихли голоса. Шум приближающихся шагов — и вот уже я имею сомнительное удовольствие созерцать виноватую физиономию Асдуса.
— Тея? Что ты здесь делаешь?
— Полагаю, ты знаешь, — с сарказмом парировала я.
— Послушай, давай поговорим завтра. Сейчас ты на эмоциях, — напряженно проговорил демон.
— Ну, зачем же завтра?
Я изогнула бровь и, грубовато толкнув его плечом, вошла в комнату. Увидела сидящего в кресле взволнованного Энния, который уже открыл рот, чтобы что-то сказать. Я тут же отвернулась от мерзавца и уставилась на Асдуса ледяным взглядом.
— Думаю, этот уже рассказал тебе о том, что я обо всем знаю.
Я намеренно говорила об Энние в третьем лице, даже имени не называя. Знала, насколько это уязвит болезненно гордого демонита. Услышала, как он тяжело засопел.
— Откуда ты узнала про пари? — спросил Асдус
— На вашу беду у меня есть еще одна способность, которая, к сожалению, проявляется не так часто, как хотелось бы. Способность видеть чужие воспоминания. Контролировать я ее пока не могу, но радует, что в этот раз она помогла в самый ответственный момент, — я криво усмехнулась. — Не допустила, чтобы один мерзавец потом кичился своей победой.
— Тея, послушай, — подал голос демонит, — позволь объяснить.
Я даже головы не повернула в его сторону.
— Пусть он уйдет, — холодно потребовала у Асдуса. — Я пришла поговорить с тобой, а не с этим. Его для меня больше не существует.
— Энний, можешь сейчас уйти? — вздохнул рыжий, обращаясь к брату. — Так будет лучше, — добавил он, видя его недовольство. — Я постараюсь ее успокоить.
Я демонстративно фыркнула. К моему глубочайшему облегчению, проклятый демонит все же соизволил подняться и двинуться к двери.
Странно, но сейчас даже его красота больше меня не затрагивала. Смотрела на Энния так, словно видела впервые. Холодная кукла, лишенная и проблеска человечности. Как я могла быть настолько глупа, что видела в нем нечто иное? Как же прав был Эрбин! Я всего лишь видела в нем то, что хотела видеть. По детской наивности считала, что за внешней красотой обязательно скрывается не менее прекрасная душа.
Мою уверенность не поколебало даже жестокое поведение Энния по отношению к остальным. Находила ему кучу оправданий. И тяжелое детство, и раненая душа, и множество других причин. Предпочитала считать, что моя искренняя любовь его изменит, пробудит все то хорошее, что пряталось в глубине души. Да не пряталось оно там никогда. Я это хорошее просто себе придумала, за что едва не поплатилась.
Губы тронула горькая улыбка. Впредь буду умнее. Никогда не позволю себе больше обмануться внешней красотой. С удивлением поняла, что даже гнев на Энния понемногу утихает, сменяясь холодным безразличием.
Неужели я и правда не любила его по-настоящему? Любила лишь его красоту и придуманный в голове образ? А когда он развеялся, а красота утратила свои чары надо мной, ушло и чувство? Или во мне сейчас слишком сильны боль и потрясение после всего пережитого?
Мотнула головой, понимая, что не время и не место разбираться в себе. Я здесь не для этого.
— Хочешь вина? — нарушил напряженное молчание Асдус. — Тебе бы сейчас не помешало выпить.
— Предпочитаю принимать решения на трезвую голову, — возразила я и без приглашения опустилась в кресло.
— А я, пожалуй, выпью.
Асдус плеснул себе в чашу золотисто-белой жидкости из пузатой бутылки и устроился напротив.
— Прежде чем ты что-нибудь скажешь, я хочу сказать, что уже давно жалею о том пари, — заговорил он, прежде чем это сделала я.
— Об этом я догадалась. Слишком сильно изменилось твое поведение, — я улыбнулась уголками губ. — Ты больше не лез с поцелуями, не пытался опробовать на мне знаменитое обаяние Асдусциаса Дарнадара.