Одержимость Грешника
Шрифт:
— Готов.
— Зачем?
— За надом, — вздохнул я. — Не могу я иначе. Давай отдыхай и… бери себя в руки уже, наконец.
Вышел из палаты и нашёл врача Таи.
— Доктор, я хотел бы узнать, когда можно забрать домой Вострову, — обратился я к нему. — Я найму ей персонального врача. Напишите рекомендации.
— Не отпустить я, конечно, не могу её, — ответил врач. — Но утром она опять отказалась пить таблетки, и вечером мы ей кололи глюкозу — чтобы организм хоть какое-то питание получил. Вы уверены, что сможете справиться
— Она поела и выпила таблетки.
— Хм… — поправил доктор шапочку на голове. — Что ж, это хорошие новости. Вы смогли на неё повлиять. Если в ближайшие несколько дней Тая будет себя вести так же — то не вижу препятствий вам её забрать. Тем более, что вы в состоянии нанять ей врача.
— Да, обязательно пригласим специалиста.
— Тогда пока просто наблюдаем.
— И никуда не переводите её.
— Хорошо, пока не будем.
— Я хотел бы еще попросить, чтобы Тае обеспечили более внимательный уход. Следили за приёмом пищи. Каждый день сюда мотаться и кормить её мне не позволят дела. Я отблагодарю.
— Не беспокойтесь, всё организуем, — кивнул врач.
— Спасибо вам. Возьмите мою визитку. Если что — звоните мне.
— Северов Алексей? — поднял глаза на меня врач, когда прочёл фамилию на визитке. — У Таисии фамилия Вострова. Вы меня обманули?
— Она не меняла фамилию, когда замуж шла, только и всего, — ответил я и направился к выходу.
***
Тая стала послушно выполнять назначения врачей и пошла на поправку. Спустя еще четыре дня обреченность из ее глаз ушла, хоть они и оставались по-прежнему печальными, а на щеках появились краски — Тая снова принимала пищу как положено. Препараты против депрессии тоже сказались на ней благотворно — я перестал заставать ее в слезах и уткнувшейся в стену. Привез ей книгу и даже застал ее за чтением. Пришла в себя, малявка рыжая.
Выплывай, ты нам еще нужна.
Доктор оформил выписку под свою ответственность, и сегодня я приехал, чтобы забрать Таю и отвезти к дочери.
— Всё собрала? — спросил я ее.
Тая, уже одетая к выходу, сжимала в руках пакет с вещами.
— Кажется, да.
— Тогда давай и поехали, — я протянул руку и забрал пакет из ее пальцев. — Документы не забудь.
Тая взяла со стола папку и пошла следом за мной к машине. Я закинул на заднее сиденье ее вещи, и мы сели в салон.
— Ну что? Домой хочется? — спросил я ее.
— Очень, — устало отозвалась Тая. — Эти больницы…
— Понимаю, — хмыкнул я, привел авто в движение и выехал на дорогу.
Какое-то время ехали молча, думая каждый о своем.
— Ты как себя чувствуешь вообще сегодня? — задал я новый вопрос.
— Нормально, — пожала она плечами. — Насколько это возможно, конечно…
Еще бы. Так скоро от подобного потрясения не отойти никому. Тае нужно время. Время лечит всё.
—
— Хорошо, я поняла уже, — не стала спорить девушка.
— Завтра должен прийти. На двенадцать запись. Я уже договорился. Соблюдай его рекомендации.
— Хорошо, — снова ответила она, глядя в окно.
— Может, тебе на работу вернуться, Тай? — кинул я на нее короткий взгляд. — Врач говорил, что хорошо бы чем-то отвлекаться.
Тая перевела задумчивый взгляд на меня.
— Ты знаешь, я бы вернулась, — кивнула она. — Правда, я сейчас не очень хороший помощник буду, и мне самой понадобятся помощники, но…
— Всё решаемо, — сказал я. — Если тебе нужен помощник — я найду тебе его. Значит, выйдешь?
— Да, выйду. Моя должность осталась за мной?
— Да. Там сейчас замена. Она и будет твоим помощником.
— Хорошо.
— Когда планируешь приехать в офис?
— Послезавтра, — ответила Тая. — Завтра у меня врач, и еще я бы хотела провести этот день с дочкой. Может быть, мы с ней куда-нибудь сходим.
— Отличная мысль, — поддержал я ее. — Ксюша будет счастлива.
— Я тоже. Ужасно соскучилась по ней…
Тая с такой любовью всегда говорила о дочери. Она хорошая мама. Ксюшке повезло. Да и жена хорошая… Сколько у нее было возможностей наставить Паше рога, хотя бы со мной, но она пресекала это всё на корню.
— Паша не объявился?
— Нет, — вздохнула она. — Звонил только раз. Ему Катя сказала, что я в больнице. Сказал, что сейчас приехать не может и на связь будет выходить редко. Я не понимаю, он что — прячется?
— Возможно, — хмыкнул я. — Он же теперь всем должен. Наверняка теперь ждет разморозки счетов, чтобы раздать самые большие долги. Иначе его просто порвут.
Тая обняла сама себя, словно ей вдруг резко стало холодно.
Неужели так переживает за этого придурка, который подставил их всех? Еще и бросил их без защиты.
— И ты бы тоже осторожно передвигалась на всякий случай.
— Хотели бы тронуть нас — уже бы тронули, — резонно заметила Тая. — Но я буду осторожной.
— Вот и хорошо.
Еще часть пути мы преодолели в молчании.
— Я вам домой продуктов заказал. Катя спрашивала, чем кормить Ксюшу, — произнес я, когда мы совершили очередной поворот.
— Спасибо, — отозвалась она, словно испытывая неловкость от моей непрошеной заботы.
А как я могу по-другому? Просто смотреть, как ребенок скучает по маме, да еще и полуголодный? Павла неизвестно где черти мотают до сих пор.
— Ты посмотри, всего ли хватает, — продолжил я, поворачивая в сторону коттеджного кооператива, в котором жила Тая. — И если что, позвони мне.
— Я не буду тебе звонить, Лёш, — ответила она, глядя в окно впереди себя.
— Почему нет?
— Ты и так уже столько всего сделал для нас, что мне неудобно.