Одержимость Ростовщика 2
Шрифт:
6
— Куда? — сваливает меня на пол, а сама седлает. Удобно устраивает роскошный зад на стоящем хере. — Я ещё с тобой не закончила.
Припечатывает фразой и взглядом обещает, что не успокоится пока затрахает в конец. А кто собственно против? Мне только в кайф смотреть, как девчонка прыгает на мне. Как сиськи
Мелкая не выпускает. В глотку вгрызается, а меня прошибает. От одних губ. От зубов на коже. Член гладит. Сжимает. Про яйца не забывает
Девчонка время не теряет. Седлает и начинает скачку. Убойную. Резче, чем прежде. Весь пыл на волю выводит. Не сдерживается. Своих бесов выпускает. Она сама бес. Дьявол. Дьяволица. Маленькая. Хитрая. Ревнивая. Охуенная. Моя. Единственная. Для меня созданная.
Сука. Готов вечно на неё смотреть. Слушать её стоны.
Стерва упёртая. Пусть сколько угодно убеждает, что не хочет меня. Что на свободу жаждет свалить. Мокрая пизда на моём стояке говорит об обратном.
Глаза колдовские горят. Клеймо ставят: "Моё". Сама не признает, но меня не отдаст. Никому. Никогда. И я не отдам. Мы повязаны. Долгом. Цепью. Жаждой.
Мелкая набирает скорость. Упирается руками об меня и активней двигает задом. С грудью своей играет. Сдавливает. Соски сжимает. Охренеть, что вытворяет? Как смотрит? Будто на месте пристрелить меня хочет. Прирезать и кишки на кулак намотать.
После слов той шлюхи голова совсем с катушек слетела от ревности. Набросилась голодной кошкой. Зубами, ногтями всего пометила. Свои права на меня заявила, а я лыблюсь, как идиот. Растекаюсь, как пацан, потому что ловлю кайф с этого.
Порочно стонет. Весь её стыд давно к чертям слетел. Ведьма на грех провоцирует. Знает на чём играть. С каждым прожитым днём на ней клинит.
Сучка. Сама напросилась.
Орёт, когда на колени спиной к себе ставлю и засаживаю резко.
Выгибается, когда пальцы ей в зад засаживаю. Деру в обе дыры без опаски порвать. Девчонка уже и сама ловит кайф с этого. Когда пальцами жопу ебу. Орёт покруче любой бляди. Навстречу двигает. А если одновременно вогнать член в пизду, кончает за пару ударов.
— Раг… Раг… аааааааа! — блядь, я готов на это сутками смотреть. Слушать. — Ах, аах… мммм…
Кончает и заводится за секунду.
Кайф.
Вгонять в ней. Трахать её. Натягивать. Вбиваться до упора. До судорог. До обморока. Ловить её кайф языком. Вылизывать всю, а потом вгонять хуй в глотку и накачивать спермой. Видеть под собой. На себе. Орущую от экстаза. Приказывающую трахнуть и выполнять, как послушный раб. Один. Единственный. И она моя. Единственная. Рабыня.
*********
— Рассказывай, — достаю из кармана пиджака сигарету, пока мелкая по комнате с голой задницей ходит и вещи собирает.
Нагибается, поднять с пола порванные трусы. Не, не одеть. Тряпье в хлам разодраны, такие только на свалку. Это девчонка и собирается сделать. Изабвиться от улик, чтобы слуги не нашли. Стесняется.
Дьявол. Два месяца с ней трахаемся. Каждый угол перепробывали, а она всё туда же. После дела следы убирает. Нахрена? Чего добивается? Или считает, что все не в курсе чем мы занимаемся?
— Что рассказывать? — спрашивает резко, натягивая юбку.
Зря красоту прячет. Когда вся обслуга свалит, сдеру хлам и снова голышом ходить отправлю.
— С какого перепугу трахнуть меня решила?
Оборачивается. Глазами стреляет. Не так нарывисто, как когда заходила. Заезд её утихомирил, но основные вопросы не решены. Мелкая сомневается. Если не сомневается, то всё равно думает, мог ли я реально кого-то иметь на стороне или нет? Развлекался ли со шлюхами, прикрываясь работой, пока она здесь сидела?
Если реально так думает, то дура. Мелкая. Настырная дура. Раз не видет, как я помешан на ней. Чуть ли ни на коленях ползаю, а она о других думает.
— Эти два месяца… — начинает и замыкает. Волнуется. Опять голову хернёй набила. — Эти два месяца, у тебя был кто-то кроме меня?
Спросила наконец. Думал уже сам разговор заводить, ещё и по ушам ездить откуда знаю насчёт бляди из туалета. Не говорить же о прослушке? Снова начнёт трепло выдовать о свободе и остальную брехню.
— Нет, — отвечаю, как есть и девчонка выдыхает. — Никого. И не будет.
— Почему? Разве тебе достаточно только меня? — на свой лад повторяет услышанные слова. — Ты не обязан хранить мне верность. Не обязан считаться с моими чувствами. Мы ведь встречаемся не по-настоящему…
— У меня всё по-настоящему, — перебиваю, заебавшись слушать её бред. — И у тебя тоже, но зачем-то продолжаешь сопротивляться. Всякую херню надумывать. Усложняешь, когда можно просто быть со мной. Вместе. Я же реальную тему предлагаю. Быть не подстилкой. Не долгом. Женой. Законной.
— Для брака нужно любить и уважать партнёра.
— Я уважаю. Иначе бы заткнул бы тебе рот членом и драл сутками напролёт. Даже слушать бы не стал, а о свадьбе и речи бы не шло, — говорю по делу. Ставлю девчонку перед очевидными фактами, а та глазища свои распахивает. На фото бы запечатать и плакатом на работе повесить, но отсеиваю вариант с работой сразу. Чтобы другие не заглядывались. Лучше в спальню и голую. — Мелкая, я тебе пизду вылизывал. В губы после отсоса целовал. Считай клятву на верность уже дал. Или думаешь я стал бы это делать, если бы решил и на стороне потрахаться?