Одержимость
Шрифт:
Ей был нужен Гарри — она собиралась обсудить с ним идею новой книги. Общение за ланчем с Пэт Норрис и кое-какой материал, найденный в библиотеке «Инквайрер», навели ее на удачную мысль. Вряд ли, конечно, из этого выйдет шедевр, но вещица может получиться занятная…
Утром Кейт отправилась в полицейское управление, чтобы поговорить с сержантом, однако Холмсби было не до нее — открылись новые обстоятельства по делу Уитмен. Упоминание о расследовании подхлестнуло любопытство Кейт, и она, отбросив последние сомнения, решила, что, пожалуй, все-таки стоит посетить вечеринку
Но, как часто бывает, жизнь внесла свои коррективы — Белинда привезла Томми как раз в тот момент, когда Кейт собиралась принимать душ.
— Мамочка, я уже дома!
Эти слова, звучавшие каждый раз, когда Томми возвращался от Белинды, наполняли ее невыразимой радостью. Она выбежала в холл, чтобы обнять и поцеловать его, однако Томми увернулся и, смущенно хихикая, понесся в свою комнату.
Кейт кинулась следом.
— Постой! Я соскучилась по тебе и хочу получить свой поцелуй!
Томми поднял руки, как бы капитулируя, но не остановился, искренне считая, что поцелуи и объятия хороши только для младенцев, а он уже взрослый и вполне может обойтись без «телячьих нежностей». Даже замедлив движение, он продолжал держать дистанцию.
— Подожди, мама, подожди. Лучше скажи, почему светлячки светятся в темноте?
Кейт, смеясь, приблизилась к нему.
— Не знаю, может, ты скажешь?
— Потому что они едят легкую пищу… понятно? Легкую пищу [7] .
7
Легкая пища по-английски — light meals. Light означает легкий и одновременно светлый.
Томми плюхнулся на кровать и откатился подальше от края, страшно довольный, что ему удалось избежать ненавистного поцелуя.
— Между прочим, в следующие выходные я не поеду к Белинде, — сообщил он, видя, что Кейт собирается уходить.
— О?!
Томми отрицательно покачал головой, словно пытаясь придать своим словам убедительность:
— Они отправляются на побережье.
— И не берут тебя с собой? — Кейт с трудом скрыла радостное удивление.
— Они бы взяли, — ответил Томми, — но ехать надо на всю неделю, а я не могу пропускать школу. Так сказала Белинда.
— Она права, — подтвердила Кейт.
— Да я и сам не очень-то хочу. В эти выходные с ними было так скучно!
— Скучно? — Кейт задержалась в дверях. — Но почему?
Томми неопределенно пожал плечами.
— Мы все время мотались по каким-то тоскливым старым домам.
— Зачем?
Томми снова пожал плечами.
— Да ну их, они меня достали. Белинда решила переехать в дом побольше… — Потеряв всякий интерес к разговору, он взял с кровати плеер и надел наушники.
В отличие от Томми, Кейт эта новость задела за живое. «Значит, Белинда подыскивает более просторное жилье, — размышляла она, стоя под упругими струями воды. —
У нее вошло в привычку обдумывать каждое слово из рассказов Томми о встречах с Белиндой. Кейт старалась отыскать скрытый смысл и истинные мотивы поступков этой женщины. Несмотря на уверения, что она не собирается переворачивать жизнь Томми, Кейт не могла отделаться от ощущения, что со временем Белинда перестанет удовлетворяться еженедельными свиданиями с родным сыном.
Кейт задавалась вопросом: как бы она сама повела себя на месте Белинды — узнав, что ее бывший муж умер, а ребенка воспитывает чужая женщина? Разве не попыталась бы вернуть сына?
Но она не Белинда, чьи побуждения и мысли покрыты мраком, — слишком уж они с Белиндой разные. Кейт не представляла, как можно бросить своего ребенка ради какой-то любовной авантюры.
Стив рассказывал, что Белинда сбежала через несколько дней после того, как Томми исполнилось четыре года. Вернувшись со смены — Белинда работала операционной сестрой в госпитале Джефферсона, — она объявила, что покидает мужа, сына и Америку и уезжает в Рио с хирургом-косметологом, с которым познакомилась в госпитале.
Кейт хорошо помнила, как у нее пробежал холодок по спине, когда она впервые услышала эту историю. Сейчас, глядя на себя в зеркало, она ощутила точно такой же холодок. Кто знает, что может прийти в голову Белинды?
Кейт освежила макияж и смазала губы блеском.
«Вперед, Маккаскер, — подбодрила она себя. — Ты идешь не на обед к английской королеве».
Вскинув голову, Кейт решительно направилась к уставленной столиками отделенной от основного зала веранде, где проходили проводы Рэя Фостера. Некоторое время она напряженно всматривалась в лица, пока не увидела Гарри — он сидел у окна вместе с виновником торжества и еще двумя детективами. Заметив Кейт, сержант вскочил на ноги и, бросившись ей навстречу, торопливо пересек танцпол размером с носовой платок.
— Привет, Кейт! — Гарри широко улыбнулся, протягивая руку. — Потрясающе выглядишь. Когда ты появилась, я подумал, что у меня галлюцинации. — Он слегка сдавил плечо Кейт. — Но нет… Живая, настоящая Маккаскер! Правда, ты немного опоздала…
— И очень хочу пить, — встряла Кейт в его монолог, с трудом перекрикивая громкую музыку, с ревом вырывавшуюся из динамиков.
Гарри повел Кейт к бару и заказал скотч со льдом.
— А теперь пошли, я тебя кое-кому представлю, — сказал он, передав Кейт запотевший холодный бокал.
— Подожди минутку, Гарри, мне нужно тебе что-то показать.
— Да ну? И что же?
— Договор на мою новую книгу. Ты должен на него взглянуть. Скорее всего, мне потребуется твоя…
Гарри взмахом руки прервал ее:
— Потом, Кейт, потом. Пошли, сейчас не время. Дела обсудим позже. — Сержант стал легонько подталкивать ее в спину, направляя к дальнему концу стойки бара. — Я хочу представить тебя Майку.
Кейт почувствовала ком в горле.
— Погоди, Гарри. Где он?
— Да вон, во всей красе… и, между прочим, не сводит с тебя глаз.