Одержимость

Арментроут Дженнифер Ли

Потом мы упали на кровать, обессиленные и удовлетворенные. Я обхватил ее раскрасневшуюся щеку одной рукой, поднес эти пухлые губы к моим и поцеловал ее, медленно, неспешно.

И мы не шевелились с тех пор.

— Я ничего тебе не сломал? — Спросил я наполовину серьезно, потому что отымел ее реально жестко.

Ее рука обернулась вокруг моего живота, когда ее плечи сотряслись в бесшумном смехе.

— Нет. А ты думал, что сломал?

Я убрал волосы с ее щеки.

— Я был…груб.

Она приподнялась, ее сонные глаза смотрели на меня сверху

вниз.

— И мне это понравилось.

— Ох, это я знаю.

— Ты такой самоуверенный.

— О, не говори таких слов.

— А то что? — Хихикнула она. — Я разбужу спящего зверя?

— Спящий зверь всегда бодрствует рядом с тобой. — И черт меня возьми, если «зверь» сейчас не возбудился. Вместо того, чтобы подчиниться ему, я опустил ее обратно вниз рядом со мной, и мне нравилось это ощущение. Я взял локон её волос и накрутил вокруг своего пальца.

— Думаешь, Люк придет завтра? — Спросила она тихим голосом.

— Да. — Я распутал шелковистую прядь ее волос. — Он — мужчина слова.

— Мужчина?

Я усмехнулся.

— Он — ребенок слова.

— Я не понимаю Люка, — призналась она, прижавшись ближе. Прижалась? Прижимания стали частью моего словаря. Черт. — Он не похож на Аэрума, Лаксена или МО, но Пэрис- Лаксен и Люк помогают тебе. Почему? И кто он, черт возьми? Один из этих гибридов, которых ты упоминал?

— Ох, Люк…другой. На самом деле нет объяснения, кто он, или как работает его логика. Я думаю, что он наполовину безумный, если честно. — Правда заключалась в том, что Люк утверждал, будто он гибрид — результат, когда Лаксен успешно исцелил человека и мутировал их ДНК, но у меня были подозрения. Он не был похож ни на одного гибрида, которого я когда-либо встречал.

Серена молчала так долго, что я бы подумал, что она уснула, если бы не нервная энергия, гудящая вокруг неё.

— Потом тебе надо будет поесть, после того как он достанет тебе кусок опала?

Не было причин говорить ерунду вместо ответа на вопрос, даже если я хотел.

— Да.

Еще одна долгая пауза.

— Что потом?

Вопрос на миллион долларов.

— Мой брат, которого я упоминал, живет за пределами Атланты. У него довольно милое местечко там. Это будет безопасно…для нас.

Нас. Вот. Я сказал это. Не такое уж большое дело, черт возьми.

Серена замерла и, провались я в ад, если мое сердце не сделало самую человеческую вещь и выпрыгнуло из груди.

— Я не могу поехать в Атланту, — она сказала наконец.

Не то, что я ожидал услышать. Мои брови нахмурились, когда я опустил голову вниз.

— И куда ты думаешь поехать?

Она глубоко вздохнула, заставляя ее грудь прижаться ко мне и мой член дернулся. Сейчас было не время для этого дерьма.

— Мне нужно ехать в Колорадо, — сказала она. — Мне нужно добраться до почты и найти то, что Мел написала.

Что за хрень? Клянусь, я услышал ее правильно, но ее слова скакали в моей голове. Она хотела вернуться в Колорадо?

— Ты что, сдурела?

Она издала короткий смешок.

— Честно? Иногда все это заставляет

меня чувствовать себя сумасшедшей.

Это был недостаточно хороший ответ.

— Ты хочешь вернуться назад в штат, где живет очень могущественный Лаксен — Лаксен, который хочет твоей смерти?

Она нахмурилась.

— Я помню, что сенатор хочет, чтобы я умерла.

— Ты уверена? Потому что я не могу придумать другой логической причины, почему ты хочешь вернуться назад туда.

Серена вздохнула.

— Мне нужно назад, Хантер. Я должна знать, чего стоила жизнь Мел — моя жизнь. Возможно, то, что было в том письме, поможет каким-то образом привлечь сенатора к правосудию.

Я издал короткий смешок.

— Он никогда не будет обвинен или привлечен к ответственности за то, что он сделал с твоей подругой или с тобой, Серена. Так что тебе лучше отпустить это.

— Я знаю, что он не будет, но, может быть, что бы он не планировал, этого будет достаточно, чтобы начать с чего-то — доставить ему хоть какие-то неприятности. По крайней мере, тогда он получит своего рода наказание. Это лучше, чем ничего, верно? Потому что я не могу жить с тем, что убийца Мел — особа, ответственная за ее смерть — живет своей жизнью, как будто он ничего не сделал.

Я ничего не ответил на это. Я тоже нуждался в мести, но если она вернется в Колорадо, её убьют.

— Я не могу это допустить, — я сказал и, черт, я почувствовал правильность своего решения. Я не мог позволить ей сделать это, потому что она умрет, и меня это не устраивало. И если я был честен, я был в ужасе от этой идеи. Каким-то образом, за сравнительно короткое время я узнал Серену, она пробралась в мое холодное тело. Она была моим светом, моим теплом, и я не был готов отпустить её.

Серена села, застенчиво придерживая простынь у груди, но глаза ее были стальные, когда она встретила мой взгляд.

— Ты не можешь остановить меня, Хантер.

Я почти засмеялся, потому что я мог остановить её.

— Я могу.

Её рука сжалась в кулак вокруг края простыни.

— Ты больше не обеспечиваешь мне безопасность от МО. Ты больше не должен выполнять эту работу.

— Работу? — Я быстро сел, напугав ее на столько, что она двинулась назад. — Ты действительно думаешь, что это моя работа?

— Это твоя работа.

— Это было моей работой, Серена. Больше нет.

Казалось, она обдумывает это, но затем она покачала головой.

— Я не могу это оставить.

Все, что я мог видеть ее красивые глаза, безжизненные и неподвижные. Моя грудь сжалась.

— Конечно, ты не можешь черт побери.

— И ты не можешь остановить меня, — повторила она, глубоко вздохнув. Ее голос был сильным и даже когда она снова заговорила. — Я ценю все, что ты сделал, чтобы держать меня в безопасности. Я никогда…я не забуду, но я должна получить это письмо. — Она снова остановилась и сделала еще один глубокий вдох, держа простынь выше. — Пожалуйста, Хантер, не пытайся остановить меня. Я знаю, что ты можешь, но пожалуйста, не делай этого со мной.