Одержимость
Шрифт:
— Да. Я пыталась позвонить тебе, — крикнула Аннализа Кори. — Но у тебя телефон все время занят.
— Да я сняла трубку, — крикнула Кори с галереи, но не добавила — специально, чтобы ей не мешали спать.
Через двадцать минут Аннализа уже открывала дверь квартиры Люка. Казалось, она смущена темнотой, они вошли крадучись, Кори почувствовала себя неловко.
— А может, он ушел? — прошептала она Аннализе.
— Не знаю. Вряд ли. Машина внизу. Включить свет?
— Да, да, — сказала Кори, стараясь не выказывать своего беспокойства.
— В гостиной.
Кори заглянула туда.
— Нет, его нет. — Она оглядела пустую, залитую лунным светом комнату.
— Так, может, он пошел спать? — предположила Аннализа.
— Тогда уходим.
Кори непонимающе уставилась на Аннализу. Дверь спальни неожиданно скрипнула, и они прижались друг к другу.
— О Боже, — выдохнула Кори, когда на полу гостиной появилась огромная тень. Она подняла глаза и увидела Люка. В ушах отдавалось сердцебиение — то ли ее собственное, то ли Аннализы.
— Люк? — осторожно спросила Аннализа. — Люк, это мы. Ты…
Она остановилась, когда Люк зажег свет: у Кори душа ушла в пятки.
— Черт побери, во что вы тут играете? — почти закричал он. — Я думал, это воры.
— Люк, с тобой все в порядке? — Аннализа бросилась к нему.
Запахнув халат, Люк обнял ее:
— Конечно, а что случилось?
Аннализа беспомощно повернулась к Кори, будто искала у нее объяснений.
Кори пристально перевела взгляд с нее на Люка и неловко пожала плечами.
— Ладно, пожалуй, я лучше поеду домой, — она ужасно смутилась.
— Ну уж нет! Сначала объяснитесь. Аннализа, поставь чайник. Впрочем, выпьем-ка бренди. Только мы с Кори.
— Ну Люк…
— Тебе чай. Или апельсиновый сок. Сегодня больше никакого алкоголя.
Аннализа послушно опустила глаза и потопала на кухню. Люк вынул бутылку бренди из пыльного бара. Поморщился, увидев, что она пустая. Поставил обратно.
— Уезжая, я оставил непочатую бутылку, — пояснил Люк все еще стоявшей в холле Кори. — А когда вернулся, Аннализа ждала меня здесь. Надо ли объяснять, в каком состоянии я ее обнаружил. Она что, на машине к тебе приехала?
Кори кивнула.
— Господи, она когда-нибудь разобьется. — Потом улыбнулся. — Входи. Я, знаешь ли, не кусаюсь.
— Она действительно выпила всю бутылку? — Кори опустилась на стул у окна.
Люк пожал плечами:
— Видимо, здесь больше никого не было. И что такого она тебе наговорила, что заставило тебя среди ночи выскочить из постели и примчаться сюда?
— Она была в несколько истеричном состоянии. Сказала, что ты с ней не разговариваешь, сидишь и молчишь как неживой.
Люк засмеялся:
— Точно, так оно и было. Но она знает почему. Потому что она вбила себе в голову, что у меня другая женщина. И именно к ней я якобы уезжаю на выходные. Этим она меня доводит до исступления, и я молчу, чтобы не ударить ее. В общем-то раньше я ее поколачивал, иначе прекратить
— Люк?
Они оба повернулись, в дверях стояла Аннализа. Вздохнув, Люк протянул руки.
Аннализа кинулась к нему, и Кори поразилась — какая она маленькая в его объятиях.
— Я буду на тебя сердиться, — Люк нежно погладил ее по голове, — я сто раз уже повторял — не садись за руль после рюмки. Но слава Богу, ты сейчас в безопасности.
— Я заварила чай, — в глазах девушки стояли слезы.
— Тогда бери чашку и отправляйся в постель. Я сейчас приду.
Аннализа покорно подчинилась, а Люк повернулся к Кори.
— Хочешь чаю? Ты можешь остаться. Ляжете с Аннализой, а я на диване.
— Нет, думаю, сегодня ей хочется спать с тобой.
— А как ты доберешься? — Люк проводил ее до двери.
— Возьму такси.
— В такой час? — Он потянулся к сумочке Аннализы, валявшейся на полу. — Вот, — он протянул Кори ключи. — Возьми ее машину, утром я привезу ее на работу.
Кори заглянула ему в глаза, но он наклонился, не желая встретиться с ней взглядом. Инстинктивно Кори дотронулась до его руки, Люк галантно распахнул дверь.
— Спасибо, что привезла ее обратно.
Кори осторожно вывела спортивный «мерседес» с пустынной Найтс-Бридж, изо всех сил стараясь не плакать. Глупо, конечно, но ее взволновала покорность Аннализы: вряд ли сестра выпила целую бутылку бренди, но почему-то она не защищалась. И снова эта странная печаль Люка. Что происходит между ними в действительности? Отчего, войдя в квартиру, она, Кори, так сильно испугалась?
Через три дня, в перерыве между съемками, сестры прогуливались по Ричмонд-парк. Аннализа хихикала и тыкала Кори под ребра, пытаясь пощекотать.
— Ты будешь сегодня вести себя прилично? — рассмеялась Кори и, заломив руки подруги за спину, толкнула ее. — Люди смотрят.
— Ну и что. Пусть смотрят, и, может, когда мы с Люком появимся на публике, они вспомнят, что видели меня в Ричмонд-парк и у меня голова кружилась от счастья.
— Нечего заноситься, — строго сказала Кори менторским тоном. — Он ведь сказал, что только подумает насчет свадьбы.
— Ну не убивай мою радость. Раз думает, значит, сделает.
Кори немного раздраженно покачала головой, но не стерла улыбку. Ночное воскресное приключение даже не упоминалось, иногда умолчание бывает удобным. Ну и теперь, конечно, не время обсуждать с Аннализой ее проблемы с Люком, которые следует решить перед замужеством. Во-первых, Сиобан, кто бы она ни была. Проводит с ней Люк выходные или нет, Кори понятия не имела, скорее всего да. По крайней мере на этот раз он не бил Аннализу. И почему бы не дать Аннализе хотя бы день побыть счастливой? Ведь Бог знает сколько несчастий она претерпела с Люком! Кори с удовольствием избавилась бы от своего чутья, не хотелось быть пессимисткой, она старалась доверять Люку. Тем не менее пахло печатью.