Одержимость
Шрифт:
Подойдя к стеклянным дверям, я открыл одну. Свежий воздух ударил в меня холодным порывом, снежинки закружились в невесомости. На перилах было, вероятно, сантиметров семь или девять свежевыпавшего снега, все накопившиеся с момента нашего прибытия. Пейзаж за окном был окутан темнотой, виден был только белый покров. Снег меня не удивил. Темные тучи над горами, когда мы приближались, предупреждали о надвигающейся буре. Даже весной эта земля была готова к снегу, измеряемому в футах, а не дюймах.
Вдыхая
Это было не похоже на меня.
Я не расстраивался и не жалел о своих действиях или словах.
— Какого хрена ты со мной делаешь?
Хотя я задал вопрос вслух, никто не услышал, мои слова были унесены зимними ветрами.
Вернувшись внутрь, я внимательно осмотрел стол. Нажав кнопку на экране, я подвигал мышь и вывел в поле зрения домашние камеры. Эй, придурок, разве наблюдение за ней через камеру не является меньшим нарушением ее личной жизни, чем то, что она вошла в твою спальню?
У меня не было настроения рассуждать.
Камера в ее спальне транслировала на мой монитор. Все еще стоя, опираясь на руки, я наклонился над столом и выбрал канал, не давая ему повернуться в другое место. Я не знал, что хочу увидеть.
Ее — Лорел.
Я хотел видеть её.
Линза настроилась на ночное видение. Свет у нее был выключен. Где же она?
Зеленый оттенок передавал зернистое изображение, камера развернулась и в поле зрения появилась Лорел. Не было никакого движения, которое можно было бы обнаружить. Она сидела на большой кровати, укрывшись одеялом и скрестив руки на груди. Ее лицо было лишено эмоций, она смотрела в темноту. Боль, которую я причинил, исчезла, или, может, просто была подавлена.
Я откинулся на спинку стула.
Я поднялся наверх, потому что Лорел Карлсон нарушила границу, которую я установил, просто и ясно. Я подошел позвать ее и восстановить свое доминирование в этих отношениях. Она была не на своей территории. Я устанавливаю правила. Если это сработает, если я собираюсь доставить ее в безопасное место, она должна следовать им.
Дело было не только в том, что она вошла в мою комнату. Меня здесь не было. Меня беспокоил тот факт, что она откровенно ослушалась. Правила были как перила на балконах, уважай их, и они сохранят тебя в безопасности. Игнорируй их и будь готова принять последствия.
Моя грудь наполнилась воздухом, я вдохнул и встал. Да, я пришел сообщить о последствиях. Не имело значения, что это каким-то образом привело к тому, что я неправ. Неужели это то, что делали все женщины, переламливали ситуацию?
Неудивительно, что я избегал их годами.
Мои ботинки стучали по доскам пола, когда я решительно шагнул к двери.
К черту все.
Это мой дом.
Она была моим заданием.
Я установил
Я распахнул дверь спальни на лестничную площадку.
Двадцать минут спустя я снова был наверху, мои решительные шаги проходили мимо двери в мою спальню. Я почти не колебался, не потрудившись постучать, когда повернул ручку и толкнул дверь Лорел. Свет из коридора лился в комнату, но кровать, на которой она сейчас спала, все еще оставалась в тени.
Ее неподвижность означала, что она не слышала, как я вошел.
Подойдя к краю кровати, я потянул за одеяло и откинул его.
— Что за..?
Ее сонный вопрос прозвучал в унисон с моим потрясенным.
— Черт возьми? — спросил я.
Видение передо мной было совсем не таким, как я ожидал, но я не жаловался. Лорел больше не была одета, она была абсолютно голой, каждый гребаный изгиб и впадинка были наги.
Она потянулась за одеялом. Хорошая попытка, милая.
Я поднял его выше, улыбка изменила выражение моего лица. Я ни за что не отдам его.
— Ужин почти готов. У тебя есть пять минут, чтобы притащить свою милую задницу вниз, или угроза перекинуть тебя через плечо все еще остается в силе.
Я почти расплылся в улыбке, когда она отодвинулась, подняв подушку и укрывшись ею.
— Кадер, это… недопустимо.
— Нет, Док. То, что ты нарушаешь мои правила, недопустимо, и это больше не повторится. Я же велел тебе держаться подальше от моей комнаты. Ты ослушалась. Я сказал, что тебе нужно поесть, и ты ушла. Этого дерьма не будет. Только не в моем доме. Никогда больше.
Я бросил одеяло у края кровати, оставив подушку в качестве ее щита. И все же я не мог сдержать своего любопытства.
— Неужели наша маленькая беседа так разожгла тебя, что ты не можешь оставаться одетой?
Лорел наклонилась и натянула простыню, прикрывая все от груди ниже. Ее руки были скрещены на груди, волосы слегка растрепаны, а голубые глаза метали в меня кинжалы.
Она была чертовски горячей.
— Ты разделась? — спросил я, и в моем тоне послышались веселые нотки.
— Прекрати. — Она хлопнула ладонью по кровати рядом с собой. — Я сняла одежду, потому что у меня нет чистой. Я не хотела спать в грязной одежде на свежих простынях.
Черт. Казалось, мой послужной список в том, что я делал дикие комментарии, все еще был нетронут.
— Подожди минутку, — сказал я, качая головой.
Поспешив в спальню, я достал из шкафа две футболки и рубашку на пуговицах. Черт возьми, они на ней будут как платья. Я также схватил пару боксерских трусов из комода. Когда я вернулся в ее комнату, она стояла, завернувшись в простыню. У меня были представления о римских богинях в тогах. Эти образы бледнели по сравнению с тем, что было передо мной.