Одержимость
Шрифт:
— Ты начинаешь меня утомлять. Копай, мать твою. Ты мне до смерти осточертела.
— Да, — простонала я, впиваясь ногтями в твёрдую землю, срывая их под корень.
Он слегка подался вперёд.
— Не понял…что ты там проскулила?
— Да, — в горле пересохло и звук моего голоса стал похож на скрип несмазанной двери.
Он вдруг оказался возле меня и рывком поднял на ноги.
— Что, да?
— Я помогу тебе…я не хочу подыхать. Я молодая…я хочу…жить хочу.
Заплакала, навзрыд. Я сломалась. Он выиграл. Нет, я не испугалась смерти. Я поняла, что без меня…Только я могу остановить Призрака и больше никто. И я должна бороться, пусть я дьявольски устала, но я обязана бороться. Не ради себя. Я не имею права умирать.
— Почему вдруг передумала?
Стиснул мои волосы в кулак на затылке, я закусила губу, лихорадочно отыскивая правильный ответ…впервые сомневаясь в реакции другого человека.
— Поняла, что и правда пристрелишь.
Криво усмехнулся. Не верит, но должен поверить.
— А до этого сомневалась?
— Да…
— Досадно, Кукла просчиталась. Кто бы мог подумать? Сдаёшь позиции…
— Все имеют право на ошибку, — жалобно пролепетала я, слезы все ещё катились по щекам, — ты ведь не убьёшь, если помогу?
Из носа снова потекла кровь, и я втянула воздух.
— Возможно.
— Отпустишь?
Он засмеялся мне в лицо, сжимая волосы все сильнее.
— Почему бы и нет? Ты все равно труп. Не я — так федералы. Только особо на это не рассчитывай.
— Значит партнёры?
Призрак долго смотрел мне в глаза. Первые проблески эмоций — триумф. Победил и знает об этом. Ублюдок.
— Нет, не партнёры. С такими суками, как ты, партнёрами быть нельзя. Я приказываю — ты выполняешь. Без фокусов, вопросов и попыток манипулировать мной и ситуацией. Почувствую игру — начну ломать, больно ломать.
И я вдруг поняла, что все это было очень тонким психологическим давлением. Только причина по которой я сдалась…вряд ли он понимал истинную причину. Впрочем, результат все равно получил. Выпустил мои волосы и вдруг достал из кармана носовой платок и смочил водой из бутылки.
— Вытрись, тычет из носа.
Я приложила платок к лицу, трогая переносицу. Надо же не сломал, но сосуды точно полопались.
— Ты правильно сделала, что согласилась, Кукла. Правильно. Смерть — это выбор слабаков.
Сказал так, словно сам не раз выбирал.
У меня подкашивались ноги, я пошатнулась. и он вдруг поднял меня на руки.
— А я никогда не считал тебя слабой. Я в тебе не ошибся.
Ошибся, это и была моя слабость. Ты невольно сыграл на моей самой чувствительной и кровоточащей слабости, ты вскрыл нарыв, надавил на гниющую рану, ты вытащил наружу мой самый дикий кошмар…потерять то, что у меня отняли. Потерять то, ради чего я продолжала жить, прыгать под дудку Макара, который дёргал меня за ниточки, привязанные к моему сердцу, проходящие сквозь него насквозь. Тебе удалось то, что кроме Макара никому не удавалось — сломать меня…и я чувствовала, что это не в последний раз. Ты ещё сломаешь. Особенно если поймёшь куда бить и где очень-очень больно. Как умный и серьёзный противник ты будешь бить именно в это место. Поэтому…поэтому я сделаю все, чтобы ты о нем не догадался.
Утром он уехал, запер меня изнутри и просто свалил пока я спала. Меня вырубило под утро, сморило сном после горячего чая и сэндвича. Я даже не слышала, как он ушёл, свернулась калачиком на матрасе, изнывая от жары и вырубилась. Со мной такого почти никогда не случалось, даже в подвале я не засыпала, а все время прислушивалась…, наверное, этот ненормальный подсыпал мне в чай успокоительного потому что наутро голова гудела как с похмелья.
Впрочем, это хорошо, что он свалил, мне нужно помыться, почистить зубы, привести себя в нормальный вид. Удивительно, но Призрак не связал меня. Значит из дома и правда не выйти и не сбежать, да мне и не надо. Сейчас я не могу уйти от этого маньяка, я должна быть с ним до конца. Продумать каждый свой шаг и вместе мы войдём в дом Макара. Это
Я содрала с себя вонючее платье, нижнее белье и вздрогнула, увидев своё отражение в зеркале — жесть. Давно я не выглядела как пугало. За этот месяц я похудела, сильно осунулась, глаза казались нереально огромными на тонком лице. На скуле синел кровоподтёк. На рёбрах тоже. Тронула — болит. Ушиб. А мог поломать, я знала, что мог. Он не бил меня в полную силу, скорее пугал. Игрался как хищник с добычей, трогал, давил, но не убивал. Почему? Это известно только Призраку с его извращёнными понятиями.
Я влезла под душ и яростно растёрла себя мочалкой, вымыла волосы. После вчерашних упражнений с лопатой на ладонях вздулись волдыри, полопались и щипали. Прохладный душ принёс облегчение. Выстирала вручную платье, трусики и лифчик. Я вышла в комнату, прикрывшись полотенцем в поисках чтоб его на себя накинуть, заодно развесила свои вещи на спинках стульев и подвинула к окну. Прошлась вдоль и поперёк по квартире и заглянула в крохотную комнату, где обустроился Призрак. Кроме его белой рубашки и пиджака в каморке ничего не оказалось. Разве что скудная мебель. Один стул, стол, своеобразный низкий шкаф и топчан застеленный тонким одеялом вместо покрывала. Я натянула на себя его рубашку и мысленно помолилась, чтобы моё платье успело высохнуть пока он вернётся. Любопытство взяло верх, и я все же полазила по шкафу, кроме нескольких рубашек и костюмов, а также пары джинсов и футболок я там ничего не нашла. Но ведь где-то он прячет оружие? Какие-нибудь документы. Хоть что-то. Не возможно, чтобы все таскал на себе. Я потрогала карманы пиджаков, брюк, порылась на полках. Ни черта. Пусто. Что ж за гадство такое? Я постояла у открытой дверцы, глядя на полки, чуть прищурившись. Яростно захлопнула шкаф. Прошлась по комнате, измеряя ее шагами вдоль и поперёк. И вдруг остановилась. Потом снова прошлась. Постучала пяткой по полу. Бинго. Там что-то есть. Я стала на колени и постучала костяшками пальцев по плиткам. Под тремя из них раздался глухой звук. Я попробовала поддеть керамику, но с моими обломанными, под корень, ногтями это не удалось. Побежала в другую комнату, потом на кухню. Черт. Ни одного ножа, вилки. А мне и ложки хватит.
К дому подъехала машина. Повернулся ключ в дверях, я судорожно сглотнула. Призрак вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Поставил пакеты на пол. Я проследила за ним взглядом, казалось он пробежал несколько сотен километров, вспотел и был мертвенно бледен.
— Я принёс пожрать и шмотки…Разбери.
Сказал не глядя на меня и сел в кресло, вытянул ноги. Я с опаской на него посмотрела, но Призрак словно был не в себе. Нажал на пульт телевизора. Вот и хорошо. Меньше внимания, больше понимания. Я унесла пакеты на кухню. Разложила еду в холодильник, а свёртки с одеждой распаковала и тут же не рассматривая натянула на себя футболку и узкие джинсовые шорты. Мой размер. Кто бы сомневался. Я не удивлюсь если этот чёртовый маньяк знает сколько пломб у меня во рту и в какие дни начинаются месячные. Я вышла в комнату.
— Есть хочешь?
Замерла. Ну нихрена себе? Он что спит? Призрак запрокинул голову, его глаза были закрыты, он словно спал. Я приблизилась с опаской, но он даже не пошевелился и тут я заметила, на его белой футболке, слева, огромное кровавое пятно. Твою ж мать! Наклонилась к нему, и он вдруг схватил меня за руку, приоткрыл глаза, затуманенные болью.
— Пуля там…достань. Аптечка и нож на шкафчике в кухне.
На секунду я почувствовала злорадное удовольствие. Да сука, так тебе. Тварь. Сдохни. Но это лишь мимолётные мысли. Теперь Призрак нужен и мне тоже. Очень нужен. Как и я ему. Он, видимо чувствуя моё промедление, взялся за пистолет медленно направил на меня.