Одержимые бессмертием
Шрифт:
Впечатление складывалось такое, что майор проснулся только по тревоге, поднятой уже после открытия нами заветной двери, а из его решительной речи стало ясно, что они там наверху понятия не имеют о том, где именно находится сейчас их министр внутренних дел. Хорошо была поставлена конспирация у Аркадия Степановича Наплекова!
Терпеливо дождавшись конца ультиматума, я просветил майора по поводу точного местонахождения его министра, попросту показав его в камеру — наверняка ведь уже обыскались начальства, сердешные. Затем я выдвинул им ответный ультиматум: выпустить нас беспрепятственно из Управления, а затем и за территорию Купола, иначе мы, во-первых, выпотрошим министра, а во-вторых, будем сидеть здесь ровно до того времени, пока нас не освободит отсюда
Пока они там переваривали мой ультиматум, я размышлял вот о чем: мне необходимо было найти Жен, а еще — срочно отыскать замену профессору Рунге, и для этого надо было отправляться в большой мир, захватив, разумеется, с собой инфинитайзер. Но как теперь туда отправишься, когда все пути перекрыты, а единственный доступный порт на С19 — наверняка ловушка?..
Сосредоточиться мешало монотонное, как жужжание мухи, старческое бормотание, начавшееся за спиной сразу после моей наглой отповеди властям. Я прислушался:
— …И что же мне теперь делать, ведь домой-то уже не вернешься, а внучка-то моя как же, она ж у меня одна, затаскают ведь, а то и вовсе упекут невинное дите, не уберег я ее, порежут-испластают за дурака-деда, куда ж деваться-то нам от этих живодеров, хоть в космос улетай… И что же мне делать-то теперь…
В космос?..
Я отключил ретрансляцию, резко обернулся и отодвинул рукой Грабера, загородившего мне источник жужжания: старик сидел на полу в уголочке, закрыв руками седую голову и не переставая тихонько бормотать. Я обратился к нему:
— Эй, отец! Сколько тебе лет-то? Ты, говоришь, ветеран космоплавания?
— Потомственный ветеран. Вторая Экспансия, Русско-Германский конфликт… — продолжал он тем же горестным тоном, даже не изменив позы.
— Что значит «потомственный»? Сам-то ты когда-нибудь в космос летал?
— А как же, регулярно совершаю учебные полеты…
— Стой, дед, брось причитать! Какие еще «учебные полеты»? На флаере, что ли, летаешь?
Старик поднял голову, в единственном глазу загорелся фанатичный огонек.
— Обижаешь. Не на флаере. А на космическом корабле.
Так, все ясно. Дед не выдержал нервного перенапряжения и спятил. Обычное дело, такое и с молодым может произойти на акции, если, конечно, он не пария, а «люкс».
А идея интересная. Надо покопать здешнюю базу данных — по поводу старых космических баз, ангаров, портов и прочего такого. Не может быть, чтобы совсем ничего не сохранилось от тысяч кораблей, списанных в отставку и заброшенных, а может, и законсервированных где-то здесь со времен космоплавания — на всякий случай, но кому с тех пор пришло бы в голову ими пользоваться? С таким же успехом жителю мегаполиса могло прийти в голову купить себе лошадь, чтобы ездить на ней на работу: мало того, что перед тобой сразу встают проблемы корма, стойла и ухода, но ты и на работу будешь добираться только к вечеру, тратя при этом на одно содержание несчастного животного вдвое — да нет, вдесятеро больше средств, чем если бы просто каждый день заказывал себе тачку к подъезду.
Итак, я полез в базу за информацией по старым космическим «стойлам». Сразу она, естественно, мне не далась — пошел запрос пароля, которого я не знал, но решил эту проблему с помощью наплековской магнитной ксивы — настоящего золотого ключика, для которого здесь не существовало вообще никаких преград — ни железных, ни информационных.
В результате нескольких манипуляций на экране возникла старая карта Москвы-Ч33; к моему удивлению, город оказался буквально усеян объектами, так или иначе связанными когда-то с космосом. Вопрос: «На каких из них могли сохраниться корабли, пригодные к эксплуатации?» — радикально изменил картину: на карте осталось гореть лишь несколько точек. Я собирался скачать информацию по этим объектам, чтобы изучить ее конкретнее, когда появится время, как вдруг из-за моего плеча протянулась морщинистая рука, и корявый палец с обрезанным до мяса ногтем уперся в экран:
— Вот! Вот! Здесь! Здесь у меня стоит корабль!
Ветерана
Бывший частный ангар, где имеются в наличии четыре малых катера «Оборотень» и яхта класса «Кинг Джамп». Все запечатано. Двести восемьдесят семь лет на консервации. Так… Я обернулся к сумасшедшему пирату, окончательно оттеревшему от моего плеча раздраженную морду Грабера.
— Послушайте… м-м-м… Уважаемый. Давайте на минутку отвлечемся от ваших личных проблем и сосредоточимся на реальных задачах. — Старик глянул на меня вполне осмысленным внимательным глазом, и я спросил с нарочитой расстановкой: — Вы действительно в состоянии пилотировать космолет?
— Я в своем уме, молодой человек, — ответил он с оттенком гордой обиды. — Можете не сомневаться, я могу пилотировать корабль: эти знания передаются в моей семье по наследству от прапрадеда, ветерана Второй Экспансии… — О прочих заслугах прапрадеда я уже был наслышан, поэтому перебил:
— Только знания?.. А как насчет практического опыта?
Пират высокомерно вздернул подбородок, единственный глаз блеснул скупой влагой:
— Не только знания, юноша. А еще и вот эта самая яхта «Кинг Джамп». Аппарат, к вашему сведению, благодаря стараниям нашей семьи вот уже двести восемьдесят семь лет поддерживается в полном порядке: прямоточный плазменный двигатель ЦПКДсОЛ-2600, пять килотонн плазменного топлива, девяносто семь квадратов жилой площади… — Старик продолжал выдавать доскональную информацию — о литраже кислорода и исправности всех систем жизнеобеспечения — герметизационной, гравитационной, кондиционерной и так далее, в то время как я думал о том, что летать старый черт, конечно, никуда не летает, но в нужном направлении кое-что, похоже, еще соображает, а значит, может нам в скором времени пригодиться. Я снял информацию по этой и еще нескольким точкам — разберемся ближе к делу. — Но должен вас заранее предупредить, — продолжил старик, закончив с характеристиками космолета, — что я не стану пилотировать корабль и вообще отказываюсь куда-либо лететь без моей внучки. У меня под Куполом живет внучка — она совсем еще дитя. Если я пропаду, они ее… — Он поглядел на Грабера и сказал: — Замучают здесь… — Пират затряс головой, как бы возражая против самой мысли о подобной возможности. — Я знаю, о чем говорю: они наверняка посчитают, что я был с вами в сговоре, значит, подозрение падет на всех, кто имел со мной связь, и в первую очередь — на нее. Она должна быть со мной. Если хотите — это мое условие. — И старый пират с независимым видом отвернулся, но не отошел, а остался стоять в напряженной позе, ожидая моей реакции на свой ультиматум.
В общем-то, старика можно было понять: после всего, что на него свалилось в последние полчаса-час, не только ему отныне не было места под Куполом, но и со всех его родственников, обитающих тут же, органы теперь с живых не слезут. А ведь дед и впрямь может оказаться полезен, но он упрям, как вьючный дропсел, — это сразу видно. Счастье еще, что любимая родственница у него здесь имеется только одна.
Я вздохнул: новые неожиданные возможности, как правило, бывают чреваты и дополнительными проблемами.
— Ладно. Говорите имя и координаты вашей внучки. Попробуем ее вызволить.
Старик моментально ожил и склонился ко мне:
— Пашкова Екатерина, Сивцев Вражек, дом… Нет-нет, она сейчас, скорее всего, на «виртуалище»… — Я опять красноречиво вздохнул, и старик заторопился: — Клуб «Безлуние», Большой Каретный, номер дома я, к сожалению… — Тут он умолк: я уже включил ретрансляцию, и на экране вновь возникла озабоченная будка Пал Палыча, экстренно закаменевшая при виде меня.
— Значит, так, — начал я, тщетно борясь с ощущением, что разговариваю с хорошо знакомым мне человеком. — Обстоятельства слегка изменились. Нам срочно требуется доставить одну персону. Екатерина Пашкова, возможные места пребывания… — Я дал координаты клуба и уточнил у старика домашний адрес, потом добавил: — Как только привезете ее, сообщите мне. Пока все. До связи.