Одержимые
Шрифт:
Миновав пустые гостевые покои, мы наконец попали к нашей временной цели - кладовым. Кладовые были разорены, всю еду маги, как мятежные, так и нет, растащили по своим комнатам. А уцелевшее разрушили одержимые с нежитью. Избавив кладовые от пары ходячих трупов и двух одержимых, один из которых даже успел пробить кольчугу Алистера, я занялся лечением нашего принца. Подлечившись, я повел наш отряд к проходу в бывшую паучью пещеру.
На месте прохода красовалась груда камней, любому непосвященному наглядно говорившая, что это просто небольшая, частично обвалившаяся боковая пещерка.
– Что тут интересного?
– спросил Алистер.
– Пошли дальше.
– Да вот, прикидываю, как нам этот обвал разобрать. Хорошо Винн постаралась, перекрывая проход. В правильном месте забаррикадировались - еды много в других частях кладовых, сюда никто не полезет.
Следующие два часа мы усердно ворочали камни. Пожалуй, любой, кто не ощущал жизнь за завалом подобно мне, уже отступился бы, на что скорее всего и был расчет Винн. Разобрав, наконец завал, мы уткнулись в ещё один магический барьер, судя по всему сотворенный уже старой целительницей. Звук он пропускал, факел у меня был, так что узнали меня почти мгновенно.
***
Через несколько минут мы были уже по ту сторону барьера, оперативно восстановленного Винн, на моей шее висела Леора, а сбоку нас обнимала моя кровная сестра. Когда Старшая Заклинательница отстранилась, я не дал её этого сделать, удержав в объятьях, после чего поцеловал.
Отстраниться меня заставило только вежливое покашливание Винн, после чего мне довелось наблюдать совершенно пунцовую Леору. Отпустив эльфийку, сделавшую шаг назад, я снял со спины таскаемый мной с утра посох Тлаксиуса.
– Держи посох, очень сильный, - сказал я ей.
Вот только ни меня, ни Леору это не обмануло: таким тоном обычно говорят совсем другие слова, причем их всего три. А потом Винн поняла, что именно я протягиваю Леоре.
– Откуда у тебя это?
– ошеломленно выпалила старая целительница.
– От храмовников, - невозмутимо ответил я.
– Они вытащили ценные артефакты из хранилища, - сделала вывод Винн, осмотрев также мой пояс.
– Но они никогда бы не продали подобные предметы, особенно столь мощный посох!
Я молча пожал плечами.
Некоторое время наш отряд провел с Винн, Андерсом, Леорой и учениками, обсуждая, что может встретиться на верхних этажах. Кстати, Леора действительно перетащила в паучью пещерку запас зерна, что, с учетом регулярно оглушаемой молниями рыбы, позволило им питаться на редкость хорошо. Закончилось это тем, что меня отозвала в сторону Винн.
– Ирлайн, я хотела бы поговорить о тебе и Леоре, - начала целительница.
– Ты о том, что магам Круга нельзя создавать семьи? Извини, наш Круг умер в тот момент, когда рыцарь-командор Бран отправил два запроса на Право Уничтожения. Один уже до Денерима не дойдет, но вот второй мы перехватить не успеем. Так что у нас, ныне отступников, началась война с храмовниками. Посмертные же конвульсии Круга закончились в тот момент, когда я убил храмовников, обосновавшихся на входе в Башню. А эти артефакты я взял с их трупов.
– Как убил?
– выдавила из себя Винн.
– Своим обычным способом, также как Каллена,
– Ты знаешь... Что же, любой целитель рано или поздно понимает, ты не исключение. Вот только одни стремятся уничтожить, а другие - сохранить, как последнюю память об ушедших.
– Прах Андрасте? Вы знаете, где находится прах Андрасте?
– подошел к нам Алистер.
– Нет, но мы знаем, что это такое, и как создается, - тихо ответил я.
– Как сказала Винн, это понимает любой целитель. Кстати, к сожженной пророчице он не имеет никакого отношения, что несложно понять, хотя бы исходя из тех фактов, что собирать прах Андрасте и отделять от пепла дров, на которых её жгли, после её сожжения на площади никто бы не стал, не говоря уж о том, что этого праха за всю историю церкви было использовано много больше, чем осталось бы после сожжения женщины, причем прах "находили", "теряли" и использовали в разных частях Тедаса. Притом почти во всех легендах, прах хранится глубоко в пещерах, то есть, скорее всего, рядом с лириумной жилой, что объясняет, что его целительские способности не истощились без всяких чудес.
– Вы знаете как его создать? Тогда мы можем помочь арлу Еамону! Мы должны создать прах, пусть это и святотатство.
– Церковь совершает это "святотатство" столетиями. Но ты не понимаешь, о чем просишь, - ответила Винн.
– Так объясните!
– Найдем местную ферелденскую урну с прахом, объясню. Если, конечно, сумеем найти, гоняться по горам за легендой можно долго. Но создавать мы его не будем - цена непомерна. А что касается лечения арла, то ещё не делали своих попыток я и Винн.
На этом разговор прервался.
***
В конечном итоге Винн и Андерс остались с детьми, так как целитель у нас уже был. Точно так же поступили те из магов, которые на момент нападения были лежачими больными - они ещё не были готовы сражаться. В общем, Винн пропустила нас через магический барьер, убедилась, что мы отошли подальше, и устроила новый обвал, уже поменьше - на всякий случай.
По выходу из кладовой, Леора зашла в свою комнату и отправилась к небольшому тайнику, в котором обнаружилось два лириумных зелья, полученные в этом году при получении звания Старшей Заклинательницы, и серебряная цепочка, которую эльфийка надела на шею. Кстати, имевшиеся две кровати почему-то оказались сдвинутыми.
Выйдя в коридор и миновав пустые целительские покои, мы попали в церковь, разрушения в которой радовали любого мага. Разобравшись с несколькими ожившими трупами послушниц и храмовников мы уже собирались уйти, когда я заметил у подножия одной из опрокинутых статуй маленький стеклянный сосуд. Вспоминать, что это, пришлось не долго - привязка и темница ревенанта, заключенного за Завесой. Точнее, не самого ревенанта, его в Фэйд так просто не запихнешь, а демона Гордыни, любящего оживлять мертвые тела.