Одержимый брат моего парня

Стоун Милана

Он вёл себя немного нервно, и как-то странно поглядывал на меня, и вскоре я поняла, в чем дело.

Он привёл меня к своему дому...

Свет в нем не горел, но он не повёл внутрь. Он взял за руку и потащил к пляжу.

Тело задрожало, ведь по его рассказам это случилось здесь, на этом месте.

Зачем он привёл меня сюда, я искренне не понимаю.

Он же не собирается испортить этот день...

Тимур развернул меня к себе и уже открыл рот, чтобы начать говорить, но замолчал.

По

его лицу было видно, что ему сложно начать разговор. Он все никак не мог собраться.

Потянулся ко мне и обнял, уткнувшись лицом в шею.

Так и стояли. В этот момент слова были не важны, я понимала, что ему тяжело.

Тяжело было и мне. Чувства брали вверх. Слёзы скапливаются в уголках глаз.

— Полин. Я должен извиниться за тот случай и не только за видео, а больше за то, что произошло после... — начал тихо он, поднимая на меня взгляд, в котором я видела его раскаяние. — Я много думал об этом. Я самый настоящий козел, ты права.

— Ты... — хотела возразить, но он положил палец мне на губы, не давая продолжить.

— Нет, послушай. Я только лишь хочу, чтобы мы оставили все плохое здесь, на этом самом месте и начали все заново, понимаешь? Без груза всего этого дерьма. Прости, — говорил он слишком эмоционально, запинаясь через каждое слово. — Что ты... Что ты на это скажешь?

Я смотрела на него и видела, как ему непросто. Он был серьёзен, это не была шутка. В его глазах плескалось беспокойство, пока я молчала и обдумывала услышанное.

— Я прощаю тебя, Королев, — сказала тихо и первая потянулась к нему, обняв и уткнувшись, как и хотела, в его грудь. Вдохнула его запах, что вскружил голову.

— Точно-точно? Или до первой ссоры? — поднял он мою голову за подбородок. — Я люблю тебя.

Сердце на пару мгновений перестало биться. Он это сказал...

Сказал не стесняясь, смотря прямо в глаза. И в них нет лжи, в них только чувства, те, что скрывать больше невозможно.

Все же слёзы потекли по щекам, голова вновь закружилась, и я произнесла то, что уже давно чувствовала:

— Я тоже тебя люблю...

И именно в этот момент меня замутило даже сильнее, чем ночью, и стошнило всем, что я съела за столом.

— Воу, детка, настолько сильно, что тебя вырвало?!

Боже... как же стыдно!

Нужно же было случиться этому в такой интимный момент...

— Отойди, блин, Королев! — вытянула руку, оттолкнув его, чтобы не смотрел. — Ох...

— Малышка, ты вся мокрая... — встал сзади, поглаживал по спине и убирал волосы в сторону. А живот скрутило с новой силой. — Что, ещё раз?

Ещё и ещё раз. Пока желудок не стал полностью пустым.

Поднялась на дрожащих ногах, боясь поднять взгляд и увидеть в лице парня омерзение.

— Все, пошли

отсюда, — опустила голову вниз и быстрым шагом пошла вперёд, — ты видишь, что это место делает со мной?

Только уйти далеко он мне не позволил, подхватил на руки и потащил сам.

Хотя, мне не настолько плохо, чтобы ездить на руках. Но было приятно.

Да и в его взгляде было одно лишь волнение.

Он прижимал к своему телу очень сильно, так, что было трудно дышать.

— Тимур, ты переигрываешь... — решила я подшутить над ним.

Он словил мой настрой и, подняв брови вверх, со смешком спросил:

— Мне скинуть тебя вниз?

Он ослабил руки, и я действительно чуть не упала.

Ухватилась за его шею мёртвой хваткой.

— Нет, не бросай меня, — жалобно проскулила ему в висок.

Королев уткнулся носом в макушку и очень тихо, почти неслышно, произнёс то, что я хотела услышать больше всего.

— Не брошу...

Эпилог

Полина Королёва.

— Твоя очередь, — хриплю я, шурша по постели рукой, ищу рядом с собой тело, что должно лежать и греть меня.

Разлепляю глаза, моргаю несколько раз и кидаю взгляд на настенные часы.

Четыре утра.

Тимура рядом нет. А наша трёхмесячная дочка срывает своё маленькое горлышко в детской.

Кое-как отрываюсь от тёплой кровати, завязываю халат и иду в сторону звука.

Время кормить.

Но не успеваю выйти из комнаты, как мне преграждает путь Королев с нашей крошкой на руках.

Уставший, с мешками под глазами, но с лёгкой улыбкой на губах от того, что почти успокоил ее.

Гордится собой, вижу по взгляду.

У него это получается быстрей, чем у меня, что немного обидно, но в данной ситуации мысленно благодарю небеса за его умения.

Верочка недовольно кряхтит и насупливает маленький носик, вытягивает и чмокает губками.

Перевожу взгляд на Тимура, и в груди начинает щемить, и это происходит все чаще изо дня в день, когда вижу их вдвоём.

В первое время было очень странно видеть их вместе.

Высокий, хмурый и грубый парень с младенцем на руках. Это не вязалось в голове.

Раньше представить его отцом я точно никак не могла, но сейчас с уверенностью могу сказать, что лучшего папы для нашей звездочки, что так сильно на него похожа, невозможно отыскать.

— Давай я, тебе завтра на учебу, — протягиваю руки, чтобы забрать ее, но парень обнимает малышку сильнее и качает головой.

— Я справлюсь, ложись, прошлую ночь ты не спала, — говорит уверенно, кивая в сторону кровати. — Давай, топай, я уложу ее рядом.