Одержимый мечами
Шрифт:
— Что за вздор? — поднялся один из неизвестных, тот, что постарше. — Проваливайте отсюда. С вами мы потом разберёмся, уж будьте уверены.
— А вы кто, собственно?
— Поляков Василий Фёдорович, из рода Поляковых, — степенно представился он. — И я не позволю обижать мою сестру.
— Ах вот оно что. Ну-ка…
Я телекинезом дёрнул договор, который юрист хотел ненавязчиво убрать в сторону. Мужчина дёрнулся, но блокировать не успел. Быстро пробежавшись взглядом по документы, улыбнулся.
— Верните! — потребовала Фрактукова.
— Да пожалуйста, — кинул я бумажки обратно. — Значит, все активы вы дарите Полякову. Понятно. А что насчёт вас? —
— Переделкиных, — ответил мужчина.
— Хорошо, — кивнул я. — Последний вопрос. Господин Переделкин, насколько серьёзно вы готовы участвовать в этом деле?
— Договор подписан, — ответил он, — и вступил в силу. Вы ничего не сможете изменить.
— С чего вы взяли, что я собираюсь что-то менять в отношении договора? — удивился я. — Меня всё устраивает. У меня есть видео, где господин Фрактуков почти полчаса с упоением рассказывает обо всех своих тёмных делишках. Про то, что казна рода удручающе пуста, я уже в курсе. Но кто-то же мне должен заплатить пять миллиардов за беспокойство? — улыбнулся я. — Поэтому повторю свой вопрос. Насколько серьёзно вы готовы участвовать в этом деле?
— Что вы имеете в виду? — спросил мужчина угрюмо.
— Ещё скажите, что объявите нам войну, — фыркнул Поляков.
Ему я тоже улыбнулся. Достал телефон, набрал Фло.
— Будь добра, подготовь документы для объявления родовой войны семейству Поляковых. Это родня госпожи Фрактуковой. Ушлая дамочка успела переписать всё имущество на брата. Да-да, так и пиши «в обоснование». Мошенническая схема, с целью лишить меня законной добычи. Ещё род Переделкиных. Да-а… Понимаю, что разошёлся, — сказал я, когда Фло меня пожурила. — А что поделать, если они не понимают? Думают, могут дурить бедного меня. Господин Переделкин, вы же будете участвовать? — глянул я на мужчину. — Фло, он молчит, а молчание — знак согласия. Давай его тоже, как соучастника. Напиши там красиво. Война на уничтожение или пока они мне пять миллиардов не выплатят и не передадут свою родовую землю. Ага. Что? Счета уже заблокировали? Ну отлично. Я теперь точно не успокоюсь. Всё, давай, не скучайте там.
— Вы же не серьёзно? — растерянно спросил юрист.
— Видите ли, господин Переделкин, — отодвинув стул телекинезом, присел за большой стол, вокруг которого все собрались. — У меня есть простое человеческое желание. Жить спокойно. На свидания ходить, великие артефакт ковать, сессию без нервов сдавать. Я бы этим и занимался, но периодически всякие недальновидные люди, эльфы, демоны, боги и прочая нечисть лезут ко мне, будто мёдом намазано. И так уж вышло, что с подачи герцога Самохина, который в свободное время промышляет тёмными ритуалами и работорговлей, в связи с чем, как теперь понимаю, я ему и перешёл дорогу, у меня образовалось множество проблем. То к директору на ковёр вызовут, то подставу на пять миллиардов организуют, да, Галина? — посмотрел я на притихшую женщину. — С чего-то вы, люди, думаете, что можно мне гадить, подставлять, угрожать, посылать наёмных убийц стрелять по жилому дому, а после ничего не будет. Знаете, какое решение у этой проблемы, господин Переделкин?
— Не переходить дорогу влиятельным людям? — вяло улыбнулся он.
— Скорее уничтожить парочку влиятельных людей, но начать можно и с кого поменьше.
— Может, хватит слушать этот бред? — не выдержал Поляков. — Позовите охрану и вышвырните этого наглеца отсюда! — потребовал он.
— Действительно, зовите, — согласился я. — С удовольствием уйду.
— Так и проваливай отсюда! — рявкнул он.
—
— Нас уже наняли, и от дела мы не откажемся, — ответил юрист. — Перед вызовами мой род тоже не привык отступать. Если хотите так дела решать, так тому и быть.
Развернувшись, я отправился на выход.
— Погодите! — воскликнула самая молодая из присутствующих, девушка лет пятнадцати. — Вы правда убили отца?
Остановившись, подумал, что злодейство тоже не мой стиль. Хотя чего уж. Я нынче одну войну за другой объявляю. Как есть злодей. Но всё же лишнего мне не надо. Достав телефон, включил видео с Фрактуковым. Дал послушать, что он говорит.
— Как видите, он перед смертью выдавал один секрет за другим. Убивать такого свидетеля, без подписания договора? — покачал я головой. — Это было не в моих интересах. Зато в интересах герцога Самохина. Что способны подтвердить двое архимагов и один великий мечник, — переключив на следующее видео, включать его не стал, но дал рассмотреть лица. — Наместник северной столицы. Он там был от лица императора и всё видел, сможет подтвердить. Поэтому, юная леди, ваш отец действительно мёртв, но я его не убивал.
— А брат? — напряжённо спросил присутствующий здесь парень.
— Все умерли, — повторил я ранее сказанное.
Фрактукова побледнела и схватилась за телефон, принялась кому-то звонить.
— Что с нами теперь будет? — подавленно спросила девушка.
— Ваш отец делал ставки, которые лучше не делать. Поэтому вы уже лишились всего. У вас только долги остались. Очень многочисленные. Как с этим разбираться будете, не знаю, — пожал я плечами. — Всего доброго, господа. До скорой встречи.
Попрощавшись, наконец-то вышел.
Глава 19
Когда сказал всем пока
За столом сидели трое. Два знатно потрёпанных архимага, получивших множество ран и потративших расходников на несколько десятков миллионов, отчего прибывающих в дурном настроении. Довольный мечник, который потягивал вино из запасов императора, ранее заявив, что не придёт, если ему эти запасы не отдадут на разграбление. И сам император, который думал, зачем всем этим заниматься и как управлять империей, в которой каждый архимаг мнит себя пупом земли.
— Вы хотя бы живы, — попытался найти хорошее в происходящем император. — Эварницкий, как понимаю, тоже.
— Живее всех живых гадёныш, — сказал Дровосек.
— Что у вас там произошло, что потрёпана вся троица?
Дровосек только больше нахмурился. Радамир продолжал цедить вино. Пришлось отдуваться Григорию Эпфимовичу.
— Парень оказался резвый, талантливый. Добраться до Фрактукова ему труда не составило. Потом явился Самохин и убил ценного свидетеля. Правда, припозднился. Парень с полчаса записывал показания. После этого появились эльфы. Ещё явилась какая-то сверхсущность, которая знатно по нам прошлась, потребовав не вмешиваться. Якобы какой-то там баланс нарушаем. Мы не стали вмешиваться. Радамир отвлёк вернувшегося Самохина, который собирался Эварницкого добить. Парень же принялся крошить мёртвых эльфов, и довольно успешно. Потом явилась ещё одна сверхсущность, что погнала паренька… кхм… — прокашлялся архимаг. — Этот… этот… — запнулся он, подумав, что при императоре как-то не с руки материться. — В общем, нам пришлось вступить в бой с мёртвым жуком. Уничтожили его, но не скажу, что это легко было. Радамир же не смог победить Самохина. Только прогнал.