Один
Шрифт:
— А скажите, доктор, — задал вопрос ведущий, — что будет, если те восемь храбрецов, которые уже находятся в миллиардах световых лет от нас, все же не будут иметь возможности долететь до астронавтов из второй волны? Они обречены?
— Ну что вы! — улыбнулся Браун. — Если они нашли нужные ресурсы — непременно смогут добраться до людей. Но даже если допустить, что все три корабля повреждены или по каким-то причинам им не удалось создать элемент питания, чья мощность будет достаточной для «варп-прыжка», — похоже этот термин пришелся по душе старику, — есть вторая волна космонавтов. Они смогут забрать разведчиков — у них будут запасы элемента Брауна и специально разработанные
– Это те самые, создающие аномалию-портал искусственно? Корабли, которые вы разработали совсем недавно?
– Да, но и сами корабли небольшие по размерам, и двигатели в них маломощные — как раз для перемещений по системе…то есть, как раз способные сделать варп-прыжок.
– Почему было не создать нормальный корабль и не поставить в него двигатель, способный долететь до Земли?
– У нас слишком мало элемента Брауна, его нужно экономить. Проект озвученного вами корабля уже разработан, и его элементы, и системы заложены в память производственных модулей. Как только у наших людей будет достаточно ресурсов, они смогут самостоятельно построить корабль и вернуться на Землю вместе с полным трюмом добытого элемента Брауна. Более того, если все удастся, то рейсы «Алькари-Солнечная система» станут регулярными. С этого момента начнется экспансия человечества в космос…
– Звучит интригующе…но! Сейчас мы в прямом эфире, и зрители задают нам вопросы в режиме онлайн. Вы не хотели бы ответить на них?
Доктор Браун кивнул.
Глава 1. Пробуждение
Сон, в котором ничего не происходило, но который, судя по ощущениям, длился неимоверно долго, наконец, закончился. Тело не слушалось и не хотело реагировать на команды. Но вот, в конце концов, чувства начали возвращаться, я смог вновь ощутить свои конечности, пальцы, веки. Именно веки я и попытался поднять. Это далось неимоверно тяжело, они открывались очень медленно, буквально по миллиметру, но все же я открыл глаза.
Я находился в капсуле сна, которая была специально рассчитана на то, чтобы поддерживать в человеке жизнь, однако замедляла все процессы в его организме. Именно в этой капсуле должен был находиться каждый из «второй волны», кому суждено было добраться до системы Алькари. Подобное решение было просто необходимо — если человек находился в полном сознании при переходе через аномалию, могли возникнуть сложности, например, сильные боли, судороги. Прогнозировались и более серьезные проблемы, включая психические расстройства. Именно поэтому все астронавты второй волны пребывали в состоянии, которое можно сравнить с медикаментозной комой.
В этом подобии сна, когда организм замирал, практически отключался, мы и были отправлены на орбиту Земли, а затем прошли через аномалию, и вот, оказались здесь…
Если мне все же удалось проснуться, значит, все получилось — сейчас жилой модуль, в котором было еще 4 капсулы с другими членами команды, находился на орбите Моры — второй планеты от звезды Алькари.
Пока не удавалось разглядеть ничего, зато я начал слышать: я уже потихоньку различал тихое шипение и легкий гул, очень похожий на звуки, как если бы я решил погрузиться в ванну с головой. Умиротворяющий, но в то же время непонятный, странный шум, который и не успокаивает, но и не заставляет нервничать. Просто иной, не такой, к какому
Зрение восстановилось. Даже удалось повернуть голову — я находился, как и думал, в капсуле. Прямо передо мной было запотевшее стекло, через которое можно было увидеть внутреннее пространство модуля и дверь-шлюз, ведущий в общий жилой модуль, где должны были находиться еще четверо моих коллег.
Тут же пришло и недоумение — я совершенно не помнил ни своего имени, ни чем занимался. Нет, кое-что в памяти всплывало: что-то из жизни на Земле, но без подробностей, какие-то обрывки воспоминаний, связанные с подготовкой к полету. Наиболее подробно я почему-то помнил интервью с ученым, которое постоянно крутили по ТВ. Еще я хорошо помнил все, что было связано с экспедицией. К примеру, что я из второй волны, что мы должны наладить добычу ресурсов, должны собрать станцию — верфь, где и начнется строительство звездолета, который доставит нас домой вместе с добытыми ресурсами…
Однако кто я, какие мои задачи в этой экспедиции, как зовут моих коллег, которые находились сейчас в капсулах в соседнем модуле, я совершенно не помнил…
Но и это не проблема: пришло воспоминание о том, что амнезия вследствие погружения тела в гибернацию может быть, и в скором времени должна пройти, ничего страшного в ней нет. Главное, что я помнил все тренировки и всю важную информацию, касающуюся миссии в целом. Из памяти улетучились воспоминания о событиях последних дней, перед самой отправкой…
Руки начали слушаться своего хозяина — трясущаяся правая не сразу смогла подняться до уровня головы, напротив лица было уже успевшее запотеть от моего дыхания окошко, разглядеть за которым ничего не удавалось, а прямо над ним была клавиша открытия капсулы.
Дрожащие и все еще непослушные пальцы смогли нащупать ее. Вдавив кнопку, я стал ждать, когда капсула откроется. Однако этого не произошло, зато мягкий женский голос произнес:
– Внимание! В отсеке отсутствует атмосфера! Требуется три минуты для создания пригодной для дыхания среды!
Что же…подождем. Подобное могло случиться, хотя и было, скажем так, явлением необычным. По идее в модулях отсутствовал воздух, но в момент, когда модуль выходил на заданную орбиту, или же когда капсулы активировались, пробуждали людей, в них находящихся, атмосфера внутри модуля уже должна была быть.
Впрочем, даже если воздух почему-то отсутствует, есть иное решение проблемы. Жилые модули, как и индивидуальные отсеки, были оснащены резервными баками с кислородом и азотом, благодаря которым можно было вновь наполнить воздухом помещение, даже в случае, если оно было разгерметизировано. Но все же интересно, почему так случилось? Неужели сплав из элемента Брауна и примеси различных металлов оказался не таким уж и прочным? Неужели модуль был пробит? Или что могло произойти такого, что автоматика разгерметизировала отсек? А вообще, столько бы проблем удалось решить, если бы в капсулу можно было залезать прямо в скафандре. Но по ряду сугубо технических причин это было невозможно…
– Воздух пригоден для дыхания. Давление в норме, - сообщил женский голос.
Я вновь дотянулся до клавиши открытия капсулы, и в этот раз она сработала. С легким шипением передняя панель отошла вперед, а затем поднялась вверх, открыв путь к свободе. Тут же в нос резко ударил запах металла.
Я, придерживаясь за края капсулы, перекинул одну ногу через порог, попытался опереться на нее. Нога ощущалась так, словно я сидел на ней несколько часов подряд. Хотя это ощущение стремительно исчезало, я все равно боялся, что не смогу нормально опереться на нее и упаду.