Одиннадцать дней осады
Шрифт:
Леони. Да, но я по-дружески, а он имел смелость попросить моей руки.
Лоранс. И что ты ему ответила?
Максим. Ответ был дивным, странным, невероятным! Мадам ответила, что у нее нет времени, но простодушно добавила, что, если бы случай свел нас хотя бы на одиннадцать дней в Париже, она согласилась бы объехать со мной вокруг света.
Все вместе. Одиннадцать дней!
Максим. Вы говорили это?
Леони. Разумеется! Разве вы не знаете, что для вступления
Рокфёй. Когда встречаются умные люди, то обязательный срок растягивается до одиннадцати лет!
Максим. Итак, мы в Париже, и…
Леони. Да, но завтра я уезжаю.
Максим. Завтра!
Батист приносит поднос с чашками чаю, ставит его на стол и выходит.
Леони. У меня забронирована каюта на паруснике «Панама», уходящем из Гавра на Маврикий.
Все вместе. На Маврикий?!
Максим. И вы думаете, что я позволю вам уехать? Нет, мадам, пусть мне как врачу придется отравить капитана и первого помощника «Панамы», но судно не выйдет из гавани!
Леони. Примените силу?
Рокфёй. Да, мадам; он полон решимости наложить эмбарго на все корабли, собирающиеся отправиться из Франции в течение ближайших одиннадцати дней! Словно герцог Бэкингем! [8]
8
Бэкингем Джордж Вильерс, герцог (1592–1628) — фаворит английского короля Якова I, фактически руководивший внешней политикой Великобритании. Упомянутый эпизод относится к англо-французской войне 1627–1629 гг.
Максим. И я отправлюсь вместе с вами! Что бы там ни случилось!
Рокфёй. Он вошел в образ. Роль эта глупа, но он уже сжился с нею.
Леони. Вместо ответа я выпью чашечку чаю.
Лоранс. Пожалуйста, милая Леони.
Максим. В конце концов ваши обещания… Хотите сахару?
Леони. Спасибо!
Робер (тоже берет чашечку чаю, Рокфёю). Он женится!
Рокфёй. Ни в коем случае!
Максим. Ваши обещания?
Леони. Передайте мне молоко.
Робер(смеясь). Женится!
Рокфёй. Ни за что!
Леони. Дорогой мой Мобре, пока я обдумываю ответ, можете ли вы дать мне рекомендательное письмо? Вы же знакомы с французским консулом на Маврикии?
Робер. Конечно! Я очень хорошо знаю месье Деласаля.
Леони. Это как раз то, что нужно!
Робер. Еще бы мне его не знать! Ведь это он нас поженил.
Рокфёй (поперхнувшись).
Робер. В чем дело?
Максим. Поперхнулся остротой.
Рокфёй. Так ваш брак регистрировал французский консул?
Робер. Да. А чем это тебе не нравится?
Рокфёй. Мне не нравится? Да дело-то не во мне!
Леони. Тогда в ком же?
Лоранс. Он обязательно поперхнется, как только услышит о браке.
Леони. Ну, теперь вы, может быть, позволите немного отдохнуть путешественнице, всю прошлую ночь не сомкнувшей глаз?
Лоранс. Но ведь еще не поздно! Только одиннадцать часов! Робер. Уже одиннадцать! Ну, честь призывает меня под гвардейское знамя! Пора одеваться в мундир и отправляться служить империи. Максим. Мадам, вы позволите проводить вас до коляски?
Леони. Если это не предложение руки, то позволяю. (Лоранс.) До свиданья!
Они обнимаются.
Лоранс. До свиданья! До завтра. Не так ли?
Леони. До завтра… Ой, а что это Рокфёй вдруг онемел? Тут что-то неладно.
Рокфёй(озабоченно). Мне… я…
Леони. Нам не нужны ваши секреты. Прощайте!
Леони протягивает руку. Рокфёй в рассеянности протягивает ей чашку и сразу же замечает свою ошибку. Он в смущении извиняется; хохочущая Леони останавливается возле Максима.
Максим(Роберу тихо). Нет, теперь я уж точно не пойду к Орасу. (Выходит вместе с Леони.)
Робер. До свиданья, Рокфёй! (Жене.) Дорогая Лоранс, как я буду скучать вдали от тебя!
Обнимает жену, Лоранс провожает его до двери. Рокфёй, тоже было сделавший несколько шагов к двери, пользуясь моментом, возвращается, положив свою трость на диван; потом на цыпочках выходит из комнаты.
Лоранс.
Лоранс. Если муж скучает по мне в кордегардии, значит, его, по крайней мере, влечет ко мне.
Лоранс, Рокфёй.
Рокфёй(выходя из глубины сцены). И куда это подевалась моя трость?
Лоранс. Вон она! (Показывает на трость.)
Рокфёй(вполголоса). Я и так это знаю!