Одиннадцать дощечек

Гордиенко Юрий

1963

«Может быть, ты живешь в Берлине?..»

В. Г.

Может быть, ты живешь в Берлине?В колбах взвешиваешь бериллий…Изменить ничего не в силе,Ты глядишь на чужое небо.Крохой девочкой из РоссииУвезенная в годы нэпа.А быть может, ты не в Берлине?Может быть, тебя застрелили?Тот – тебя за упрямство клявший,Что

любил тебя, проклинал,Фронтовик, по тебе стрелявший,Угодивший под трибунал.А быть может, ты не убита,Просто мною давно забыта?И тебе твой муж улыбаетсяПосреди иного уюта,На Шпицбергене, за море БаренцаУлетевший с тобою с юга.Ни разведчица, ни актрисаС баснословною антрепризой.Под рукою твоей – не клавиши,Не в Берлине ты, не на кладбище,Не в соседских, не в дальних странахВ блеске рампового огня….Удивительно как и странно,Что в Москве ты. И ждешь меня.

1963

«Обронив…»

* * *

ОбронивПлаточек голубой,ЖенщинаПокончила с собой.– Ой, не знают сами,Что творят!Надо же! —Соседи говорят.МудрствуютВсезнающие лбы:– Если бы,Когда бы, да кабы…А она,Она ушла с землиПотому, что мыНе корабли.Корабли —Сосем другой народ,У любых долгот,Любых широт,Сходятся в эфире —Как в гостях,О треске толкуют,О снастяхИ о том,Что трюмы их пусты,Хоть на днищах«Бороды» густы.Каждые, однако, полчасаРазомИх смолкают голоса.Три минуты корабли молчат,Все на свете кораблиМолчат,Чтоб их в мореВовремя догналОдинокийБедствия сигнал,Чтоб идти на голосИ спасти…Женщина,Ты нас, людей,Прости.

1967

«Аэродромной осени…»

Аэродромной осениНелетность.И наша разделенность,Разделенность.Ты

скажешь: «Ну о чем?Полсуток, сутки…Чудак! Таскает страхВ сердечной сумке».А мне она понятна,Эта робость.Бывают дни обрывисты,Как пропасть.Бывают дни,О них не знаешь ты,Когда внезапноРушатся мосты.Ни брода не найти уже,Ни лодки.Лишь видно,Как уносятся обломки.И от всего,Что прежде было явью, —Лишь пропасть, пропасть,Пропасть расстоянья.

1969

«Голоса с того света…»

В. Г.

* * *

Голоса с того света! —В полуночный часУдивлялись ответамСпириты подчас.Допотопные бороды,Воротнички…Были в деле подобномОни новички.Мы смеемся сегодняНад их простотойИ над их легковерьем…Однако постой!Эти черные дискиЗастывшей смолыПод алмазною искройПоющей иглы,С голосами актеров,Умерших давно,Тех, с одним из которыхМы пили вино,А с другим колесилиДо рассвета в такси,Заодно с ним басили —Хоть святых выноси!Ты постой! Да ведь этоВ полуночный часГолоса с того светаНам с тобою звучат!Словно нет на ВаганьковскомСвежей плиты…Я уйду.ОдинокойОстанешься ты.Позабудешь обидыИ простишь мне грехи.Я тебе с того светаПочитаю стихи.

1975

Апрель

I

Каюта каботажника мала.День за спиною – в хлопотах и сборах.Ты подаешь мне руки, на которыхНалипла корабельная смола,Глядишь вокруг отсутствующим взглядом.Не торопись… У этих береговТак хорошо пройти с тобою рядомЕще по жизни несколько шагов.Как тихо здесь! Река одета в камень.Лишь девушки внизу стучат вальками.Теперь июль. На кровлях черепичных

Конец ознакомительного фрагмента.