Одиночество души

Николаева Наталья

Ну, вот, поздравляю, Наташа, с первой семейной ссорой. И как я могла забыть о том, что сама обещала ему никогда не напоминать о разнице в возрасте? Что его это напрягает и злит? Но этот особняк, его должность поставили меня явно на нижнюю ступень . Я даже не знаю, как себя вести с такими богатыми людьми, о чем разговаривать? Как было хорошо с ним ещё два дня назад, он такой простой мужчина и мы могли болтать ни о чем, а было уютно, интересно. А теперь? Он очень умный человек и я, у которой ни кола ни двора. Хотя Оля сказала - радуйся, что стала Золушкой, но я не верю в эти сказки

и знаю, что большинство таких браков рушатся и не в пользу жены. Убрав все на кухне, решила посидеть у бассейна, что еще делать в чужом для меня доме? Закат так красиво играет в воде, что просто манит искупаться, но у меня нет купальника. Вывел меня из эйфории телефонный звонок от дорогой моей Ольги, которой не терпелось узнать до конца все подробности моей новой жизни, точнее обстановки. Я только и успевала отвечать на ее вопросы, что есть, а чего нет.

– Слушай, так, а в постели он как?

Упс, на этот вопрос ответить не могу, да если честно и не хочу. Конечно, мы с ней уже лет двадцать дружим, она очень хорошая подруга, мы всегда интимные моменты обсуждали, но тут не могу. Да и это не молодых обсуждать, а солидного мужчину, неловко как-то.

– Мы не спешим, решили подождать…

– Ясно, значит, он тебе противен.

– Нет, но …

– Как можно выходить замуж без любви? Вот и мучайся потом! Ладно, держись там и не пари горячку, слышишь! Терпи и думай головой, что такого шанса у тебя больше не будет.

Умеет поддержать Ольга, что от ее наставлений всегда по стойке смирно хочется встать, ей не в банке, а в армии необходимо работать. Я сменила свой номер телефона на днях и поэтому звонками никто не донимает, даже непривычно. Мимо, как тень, прошел охранник, проверяя по расписанию территорию. Нужно к ним привыкнуть и не вздрагивать каждый раз.

– Еще не купалась в бассейне?- спросил внезапно подошедший сзади Станислав Николаевич. Ну, почему я при его подходе близко ко мне чувствую себя скованно, будто роботом становлюсь?

– У меня купальника нет, – даже посмотреть не получается от скованности на него.

– Не проблема, можно в нижнем белье, кто видит? – сев рядом, спрашивает он уже более мягким тоном.

Наверное, видя, как я смущаюсь и явно сама не полезу в воду, Станислав Николаевич внезапно хватает меня на руки и прыгает со мной в воду. Я плаваю хорошо, можно сказать отлично, но от неожиданности еле выплыла, да еще и глубина здесь метра два точно. Откашлявшись, опираюсь о бортики бассейна и гневно ищу Станислава Николаевича, который смеется, говоря:

– Чем полчаса уговаривать тебя поплавать, лучше поступить так. Не обижайся, я ведь знаю, что ты любишь плавать.

– Да, но не в одежде, - ворчливо отвечаю ему. Теперь лосины сковывали движения в воде, и футболка облепила неприятно тело. Сам - то он в шортах и майке, да еще и смеется.

– Хватит дуться, девочка моя, покажи, как плаваешь.

После таких слов, конечно, я решилась дать маху и брасом проплыла быстро мимо него. Оказалось с другой стороны бассейна глубина по пояс и есть лесенка выходить.

Оглянувшись назад, наблюдаю, как Станислав Николаевич ныряет и прыгает с бортика, если честно,

то я впервые вижу его тело и, можно заметить, оно в идеальной форме. Такие широкие плечи и мускулы прячет под пиджаки и рубашки – это поразительно! Мне действительно необходимо заняться своей физической формой. Увидев мой пристальный взгляд, слышу вопрос:

– Не устраиваю, да? Разочаровал?

Всё, я поймана с поличным, не знаю, куда деть глаза, как девчонка отворачиваюсь, блин! Да, ещё эти предательские щеки, чуть что краснеют. Может это сказались почти три года одиночества? Что ответить? По шуму воды он плывет ко мне, да точно. Мои руки просто вцепились в лестницу, но не успела я выскочить из бассейна. На мои плечи легли его руки и на ухо прошептал:

– Сбегаешь?

Как бьется сердце… Моё? Или его? Станислав Николаевич прижал меня к своей груди, гладя нежно мои руки, плечи, шею. Как это приятно, расслабляет.

– Не знал я, что вызываю такой страх, аж, дрожь в руках? Ты меня удивляешь.

Как приятно он шепчет, мои глаза предательски сами закрываются, еще эти легкие поцелую по ушку, шее. Это самое мое укромное местечко, откуда он узнал?

– Тебе идет румянец на щеках.

После этих слов стыд перед ним исчез, в полуобморочном состоянии понимаю, что мы целуемся и так нежно. Как читала в каких- то дешевых романах, про облака и звезды. Не помню, сколько по времени мы целовались и обнимались, но Станислав Николаевич прошептал:

– Пошли в дом, тут охрана, не будем их смущать.

И как послушная собачонка я плетусь за ним, держась за руку. В нашей комнате у кровати поцелуи стали более горячими, но ведь светло и день за окном, мне так неловко, не могу.

–Нет!
– кричу я, отходя к окну.

Наверное, Станислава Николаевича это удивило и даже слишком, так как он немного молча постоял, но потом, тяжело дыша, проговорил:

– Что- то не так?

Да, не так, разве не понятно? Но я, конечно, этого не произнесла, а только кивнула в знак согласия. Он пригладил свои волосы рукой, вздохнул, тихо, стараясь не выйти из себя, спросил опять:

– Если ты не объяснишь в чем дело, то я не догадаюсь, это точно. Я слушаю?

– Я не могу, - голос то, как мой дрожит, странно почему? Всё тело дрожит, как будто бежала стометровку.

– У тебя критические дни?

Ой, как стыдно…Я не могу смотреть ему в глаза, поэтому отвернулась к окну. Как можно с ним на такую тему говорить? И он так об этом спокойно спрашивает?

– Не нужно этого стесняться, я твой муж и это естественно. Я вообще привык знать все, что касается меня. А ты в первую очередь.

С этими словами Станислав Николаевич обнял меня за плечи, но я киваю - нет.

– Нет у тебя критических дней? Тогда, что случилось? Я думаю, что нам уже пора перейти к настоящим супружеским отношениям.

– Светло, день ещё, - я сказала, наконец - то, а то такое ощущение, что мой голос меня не слушается.

Станислав Николаевич видимо засмеялся, так как его руки немного затряслись и следующие слова произнес весело:

– Ты меня удивляешь, а что любовью заниматься днем нельзя по твоим понятиям?