Одинокая
Шрифт:
– Оттуда!.. – сказал Алекс, целуя руку, которая пахла настоящей женщиной.
Он чувствовал, как от кончиков пальцев Эн шла женская энергия.
Она слегка вздрогнула, когда его руки коснулись её плеч. Правая рука скользнула по её спине, приводя обоих в трепет. Она, замирая, ждала продолжения, он, найдя застёжку на платье, с лёгкостью расстегнул молнию.
Невольно с губ Эн сорвалось:
– Это наверно слишком.
Закрыв горячей ладонью милый женский ротик, Алекс продолжил её раздевать. Эн была смущена, ей
Она не успела опомниться, как оказалась в крепких мужских объятьях, его губы едва заметным оттиском легли на её губы, их прикосновения были лёгкими, почти воздушными, как прикосновения порхающей бабочки.
Голова закружилась, она поддалась искушению ответить. Поцелуй был долгим и пылким. Уверенные мужские руки резким движением скинули с неё платье. Эн трепетала всем телом, с жаждой впиваясь во влажные мужские губы, пахнущие дорогим табаком. Он не глядя скинул с себя пиджак, рубашку, брюки те вразброс валялись повсюду на полу через минуту они все в тех же тесных объятиях лежали на постели.
Казалось, что их связывали нити любви, которых они пока ещё не видели. Они видели только влюблённые глаза напротив и поддавались их очарованию магии, теряясь в своих спонтанных мыслях. И этого было достаточно, чтобы воспылать страстью.
Они лежали на холодном шёлке покрывала как на островке любви в глубине огромной комнаты. Их тела при блике солнечного луча сквозь плотные шторы играли бронзовыми оттенками.
Она была похожа на точёную статуэтку девы лежащей на ложе любви. Он, не отрывая взгляда, разглядывал её, что-то бормотал, заглушая свою страсть. Эн не слыша, лишь кивала, боясь что-либо произнести вслух в момент воссоединения душ и сердец, чувствуя в животе сладостное томление, провоцируя его к последующему действию лёгким постаныванием.
Алекс, считывая её мысли, проложил тропинку из поцелуев от шеи до живота. Её груди были влажными от его страстных поцелуев, тело отвечало любому прикосновению трепетным содроганием. Кажется, каждая клеточка её тела была им приручена; лаская тонкими пальцами женское лоно, почувствовав, что их желание обоюдно, Алекс стал брать её плоть неистово и пылко. Они буквально растворялись друг в друге.
Она в своей немоте была, сравни цветку, что поглощал росу длительных поцелуев. Его поцелуи были влажными, отчего казалось, подпитывая они давали ей жизнь. Эн впитывала мужскую энергию как дурман, теряя реальность. И это было больше чем секс – настоящее воссоединение душ и сердец, попавших в сети любви. Они ощутили по-настоящему блаженство. Разорвав поцелуй их тела разъединились. Это было незабываемо. Они уснули лишь под утро.
Утром стоя в дверях в смущение они прощались, не давая шанса разрушить их внутренний храм – любви, что успели построить в ночи в своих душах и сердцах.
Алекс попросил у Эн её мобильный телефон, но она отказала, сказав, пусть все останется как есть, потому что не видит иного выхода. Напомнив о своей помолвке с Ником. Алексу было невыносимо слушать этот вздор, целуя в губы, сказал, что не видит перед собой не иных лиц, не границ, что он и она свободны, потому
…В этот день они так и не смогли расстаться, не желая, отпустить друг друга в другую жизнь, в которой им не было отведено должного места.
Алекс признался, что давно не был открыт к столь близкому общению, не с кем было выговориться просто так по душам.
Говоря, что «не одинок», он, не признался, что в его жизни ещё не было по-настоящему той единственной женщины. Хотя обозначил – главной, одну, которая на сегодня и есть – самый главный человек в его жизни, это дочь, которую растил один.
На вопрос: почему один? Он ответил, что такое бывает. Её мать появилась в их жизни недавно…
…Это было в декабре. Он уже год работал в Венгрии аккредитованным спецкором; помнится, собрался вместе с дочерью на Рождество к своей матери, чтобы Гражина провела у неё рождественские каникулы, та скучила по бабушке. Именно тогда он и встретился с той, кто родила ему дочь. Он невольно вернулся в 2013 г…
Глава 2. Тени прошлого
…Преддверие Рождества. Алекс спешил к матери на Сочельник.
Он ехал на своём новом мерседесе, только что взятом в кредит. Ему хотелось убедить свою мать в том, что он все это время занимался своим делом, и каждая вылазка в горячую точку стоила того, так он делал карьеру, да и к тому же получал немалые гонорары.
В салоне машины с ним была дочь Гражина, та, свернувшись в комочек, спала на заднем сидении.
Остановившись на светофоре, пережидая красный свет, Алекс невольно задумался, сознавая, что он счастлив, имея такую прекрасную дочь.
Алекс глядя из окна машины бросал взгляд ввысь. Щурясь от солнечного луча, он, подставляя лицо снежинкам, вдыхал морозный воздух, желая очистить свою душу. На приближающемся голубом небе в блеске солнечных лучей сквозь поток снежинок он увидел себя 16 летнем парнем…
Апрель. 2004 г.
…В тот день Алекс был в бутике, раскладывал товар, выкладывая его на полки. Тогда он в свободное время подрабатывал, зарабатывая себе на учёбу, но, а по ходу в свободное время урывками зубрил уроки.
Алекс учился в гимназии, после выпускных экзаменов мечтал поступить в университет менеджмента на факультет журналистики.
Неожиданно зазвонил мобильный телефон. Он, нехотя отрываясь от конспектов, ответил. Это была Мать.
Та звонила из ресторана, где работала последнее время, спрашивала, когда сын будет дома. Говоря, что работа – работой, однако ему надо готовиться к выпускным экзаменам.
Алекс пообещал матери закрыться пораньше, по секрету сказав, что директор, сославшись на личные дела, уже уехал; напоминая, что пятница, а в это день недели обычно посетителей мало, также не преминул добавить, что он занимался «делом» штудировал конспекты. На этом их разговор закончился. Закрыв тетрадь, тут же засобирался, досконально проверив всё, поспешил домой…