Одни в горах

Ламур Луис

— Тебе что-то не нравится, узкоглазый?

Лин только глянул на него в ответ и вернулся к работе.

Бизон помедлил, хотел что-то сказать мне, но промолчал, направился к лошади, вскочил в седло и последовал за Джилкристом.

— Если бы мы так не нуждались в работниках, он бы уже сейчас получил расчет, — возмутился я.

— Точно, — согласился Тайрел, потом добавил: — А тот, второй, такой смелый из-за того, что у него есть винтовка.

При первых лучах солнца мы уже ехали по тропе, покидая долину и направляясь на север. Через несколько

миль я завернул стадо на северо-запад, и к вечеру мы подошли к небольшой реке.

Скот разбрелся по пологим склонам невысоких холмов. Мы не заметили вблизи следов индейцев, а также бизонов и антилоп. На следующий день нам удалось преодолеть шестнадцать миль.

Каждый вечер на закате Тайрел, капитан или я прочесывали окрестности. Пару раз уловили запах дыма от другого костра, но не стали его искать.

На закате третьего дня, после небольшого отдыха, я подстрелил бизона, и наш Бизон помог мне освежевать тушу. Никогда еще мне не приходилось видеть, чтобы это делали так быстро и искусно. Я не скрыл от него своего восхищения его ловкостью.

— Отец был мясником, и я вырос с ножом в руке. Потом охотился на бизонов в степях на Юге.

— Срежь лучшие куски мяса, а остальное оставь, — предупредил я.

Он замер с ножом в руке. Затем обернулся ко мне.

— Оставить? Кому, червям, что ли?

— Тут неподалеку индейцы, у них плохо с едой. Они подберут.

— Индейцы? Пусть сами добывают себе мясо. Какое нам дело до индейцев?

— Они голодают, — ответил я, — а один из них ранен.

Похоже, он подумал, что я спятил.

— Я еще не встречал индейца, который заслуживал хотя бы того, чтобы на него тратить порох.

— У себя в горах, — возразил я, — мы знавали таких. Вообще-то они неплохие ребята. Мне не раз приходилось попадать вместе с ними в передряги, — продолжал я. — Они смелые воины. Я охотился с ними, спал в их вигвамах. Они такие же люди, как и остальные. Среди них есть и хорошие, и плохие.

Мы оставили немного мяса, и я воткнул в землю ветку, привязав к ней пучок травы, чтобы они быстрее нашли тушу.

Когда рассвело и мы стали поднимать на ноги стадо, я из любопытства проверил то место: мясо исчезло, все до последнего кусочка, и кости тоже. Рядом увидел следы юноши и двух женщин. Они правильно поняли мой знак и не отказались от мяса.

Капитан ехал впереди, за ним стадо, и я замыкал цепь. Тайрел двигался чуть в стороне, исследуя местность. Речная долина теперь осталась к востоку от нас, и ландшафт посуровел. А может, мне так только казалось. На горизонте, немного к западу, виднелась вершина холма или горы.

К полудню холм стал вырисовываться более отчетливо. Он достигал нескольких сотен футов в высоту и порос лесом. Когда Тайрел вернулся к повозке, я поскакал вперед, чтобы переговорить с капитаном.

— Будем держать курс на Соколиное Гнездо, — сказал он. — Так называют этот холм. Там бьет родник — вода очень чистая. А дальше к северу есть большое озеро. Возможно, немного восточнее. Называется

озеро Дьявола. Говорят, однажды воины сиу возвращались к себе в лагерь с победой. Еще до битвы шаман предупреждал их, что сражаться не стоит. Но они были молоды и жаждали славы, поэтому не стали его слушать. Так вот, женщины и дети ждали их на берегу озера и в сумерках увидели, как они показались вдалеке со скальпами на поднятых пиках, и поняли, что их воины победили. Спустилась ночь. Но воины так и не пришли. Сколько ни искали — не нашли даже волоса, никаких следов не осталось. Индейцы говорят, что в озере водятся черти.

— Тот шаман после этого случая, наверное, стал очень уважаемым в племени, — предположил я.

— Клянусь, что так. Насколько я знаю, он был самым влиятельным из всех шаманов. О нем сложили много легенд. Впервые я услышал о нем от шайена.

Капитан отправился на разведку, а я занял его место, возглавив процессию. Насколько возможно, я старался держаться низменностей, но так, чтобы не залезть в болото или какие-нибудь заросли. Где-то неподалеку обитали индейцы, и если они до сих пор нас еще не заметили, то ждать оставалось недолго. А пока я старался как можно меньше привлекать внимания.

В то же время меня беспокоило наше будущее. Трава росла, скоро она станет пригодной для скота. А пока животным оставалось питаться остатками прошлогодней травы. Мы все. же опережали весну. Надо было подождать, пока трава не поднимется, а главное, встретить Оррина. Мы на него рассчитывали.

Нам предстоял долгий путь на запад. Поселок, к которому мы направлялись, располагался в горах, и надо было успеть туда добраться до первого снега. Как только трава подрастет и мы встретим Оррина, нам придется гнать скот что есть мочи, даже если животные потеряют в весе из-за переутомления.

Мы с Тайрелом, да и капитаном тоже, давно уже понимали друг друга без слов. Отношения с Джилкристом и Бизоном не складывались. Каждый из нас чувствовал их ненадежность. Тайрел был прав, когда сказал, что Джилкрист не задумывается, когда пускает в ход оружие. И хотя мне не очень нравилась репутация метких стрелков, которой мы пользовались, сейчас я даже хотел, чтобы Джилкрист о нас что-то слышал. Может, это уберегло бы всех от неприятностей. Многие мужчины воображают о себе Бог знает что только потому, что не знают, в какой компании оказались. Они не учитывают, что есть люди искуснее и сильнее их.

За Тайрела я тоже беспокоился. Он был первоклассным ковбоем, хорошим другом и никогда не искал неприятностей, но неприятности часто сами находили его. Я и Оррин могли уступить, если на нашем пути попадался задиристый человек, и погасить конфликт.

Тайрел же наоборот — если его задевали, уже не мог успокоиться. Он не давал противнику возможности выйти из игры и сразу набрасывался на обидчика. Если кто-то делал ему вызов, он первым вытаскивал револьвер.

Хуже того, внешне он казался тихим и неопытным, так что многие в нем часто ошибались.