Огненные слёзы
Шрифт:
Погрузившись в размышления, Юта не замечала ничего вокруг. Но когда она подняла глаза, то обнаружила не себе взгляд одного из атлургов. Он стоял над телом Канга. Вокруг него волновались и сменялись люди, но мужчина пристально смотрел только не неё. Юта не отвела взгляда. Она принялась рассматривать мужчину так же, как он рассматривал её.
Он был молод, даже юн, у него были длинные волосы, заплетённые в три косы, спускающиеся по спине. Лицо юноши было чистым и открытым, а глаза — настолько светлыми, что радужка почти сливалась с белком глаз. Юта обратила внимание, что он одет не так, как прочие атлурги. На мужчине
Мужчина всматривался в её лицо, словно пытался что-то понять. В его взгляде не было ни враждебности, ни угрозы, скорее сдержанное любопытство. А потом перед ним возник другой атлург, закрыв мужчину от Юты, так что она перестала его видеть.
Отвлёкшись, Юта потеряла Корта из виду. А когда вновь нашла, он стоял в стороне, спиной к ней, и переговаривался с каким-то мужчиной.
— Странно, что Гвирн до сих пор не объявился, — донёсся до неё голос Корта.
Юта не хотела подслушивать, но журналистский инстинкт быстро взял верх. Она не могла сопротивляться врождённому любопытству, в конце концов, это была та черта характера, которая сделала её той, кто она есть.
— Причины этого может быть только две, — отвечал Корту мужчина, которого Юта видела впервые. — Или ему до сих пор не сообщили…
— Или он и так знает, что происходит.
— Ты должен обратиться к народу, Корт. Завтра же. Сделай заявление, это покажет твои притязания на власть.
Тихий разговор неожиданно поглотили встревоженные восклицания. Это были первые громкие звуки за то время, что Юта находилась здесь. Люди вокруг неё заволновались. Они быстро освобождали проход кому-то, кого она не видела.
Юта протиснулась вперёд и тут же пожалела об этом. По проходу, быстро очищающемуся от атлургов, низко опустив голову к земле, шёл огромных размеров зверь. Сомнений быть не могло: это же чудовище Юта видела в доме у Корта.
В полутьме казалось, что белоснежная шерсть животного светится. Она была настолько длинной, что почти подметала пол. Короткие уши стояли торчком, ловя звуки разговоров. Ни на кого не глядя, зверь целенаправленно трусил вперед, без труда расчищая себе дорогу.
— Что за напасть! Где Корт? — закричал один мужчина, расталкивая атлургов и выбираясь вперёд. — Чтоб ему всю жизнь чистить песок с проходов, — закончил он в полголоса, словно бросил страшное проклятье.
Не обращавший внимание на людей зверь неожиданно поднял голову. Он навострил уши и остановился. Мужчина, звавший Корта, замер, потому что животное смотрело прямо на него. Стоя на четырех лапах зверь доходил ему до груди, а встань он на задние лапы — и был бы ростом с полтора человека.
Наконец кто-то позвал Корта, и он вышел из-за спин атлургов.
— Зачем ты привёл своего саграла? — злобно спросил мужчина. Он указывал на животное рукой.
Утагиру не двигался, но из его пасти, не закрывавшейся из-за огромных клыков, вырвался едва слышный звук. Юта уже слышала его раньше. Он был настолько низким, что человеческое ухо почти не различало его. Он воспринимался всем телом, проникая прямо в кости. В своей жизни Юта не слышала более жуткого звука.
Атлург дёрнулся, вжимаясь
— Я не приводил его. Он пришёл на запах крови, — ответил Корт, и по рядам атлургов пронёсся вздох.
Корт подошёл к Утагиру и привычным жестом, который Юта видела раньше, положил руку зверю на загривок. Утагиру опустил голову и довольно высунул из пасти язык.
— Что ты здесь делаешь, приятель? Это собрание не для тебя, — тихонько проговорил Корт, обращаясь к зверю.
— Я уведу его домой, — это была Леда, появившаяся откуда-то сбоку.
Мужчина кивнул и убрал руку.
— Пойдём домой, давай, надо уходить.
Утагиру с явной неохотой развернулся и, бросив на Корта печальный взгляд, потрусил рядом с Ледой.
Минуя Юту, он вдруг остановился и поднял на неё свою огромную голову. Девушка забыла, как дышать. Разумный взгляд жёлтых кошачьих глаз вызывал у неё дрожь. Несколько секунд, растянувшихся для Юты на часы, зверь просто смотрел на неё, а потом его длинный белый хвост дёрнулся из стороны в сторону. Напоследок одарив Юту улыбкой-оскалом своей жуткой пасти, Утагиру последовал за Ледой.
Юта была ошеломлена и просто приросла к месту, пока её не привёл в чувства взгляд синих глаз. Если бы Юта могла допустить такое, она бы сказала, что он был озадаченным.
Юта стояла в коридоре, в котором убили Туррага до тех пор, пока несколько человек не принесли носилки. Тело Канга аккуратно погрузили на них и унесли. Атлурги потихоньку расходились. Настало утро.
Всё это время Корт находился рядом с ней, хоть они почти не разговаривали. Юта гадала, почему он не уходит, хотя наверняка у него есть дела и поважнее, чем караулить изгоя. Боялся ли он, как она отреагирует на смерть Канга? Как отреагируют атлурги на её присутствие? Или он находился здесь совсем по другой причине, вовсе не связанной с ней?
Леда ушла ещё с час назад. Они с Кортом тоже не говорили, и Юта гадала об их отношениях. Были ли Корт и Леда настолько близки, знали друг друга так хорошо, что не нуждались в словах? Или же наоборот, их отношения были настолько свободными, что они жили каждый своей жизнью, не считая нужным ставить в известность о своих действиях другого? На эти вопросы у Юты не было ответов, как и на многие другие.
Когда толпа, запрудившая коридор, немного поредела, Юта снова увидела юношу, который рассматривал её раньше. Он помогал уложить тело Туррага на носилки, но не последовал за ним, когда атлурги его унесли. Вместо этого он повернулся, и, найдя глазами Юту, направился прямо к ней.
Юта стояла на месте, с лёгким волнением ожидая, когда атлург подойдёт. Она поискала глазами Корта. Он разговаривал с кем-то, обхватив себя руками. В скудном освещении его кожа казалась ещё темнее — цвета горького шоколада, а глаза блестели, словно два осколка стекла.
Юноша подошёл достаточно близко, чтобы заговорить:
— Здравствуй, Юталиэн, девушка, пришедшая с неба. Меня зовут Арагон, я здешний гурнас. «Говорящий с богами», — тут же пояснил он, спохватившись, что Юта не знает местных обычаев и названий.