Огонь из пепла

Перевод: Kuromiya Ren

Уиллу

Алькоранский

гонец вытирал пот со лба. Великий Свет, было жарко даже теперь, на пороге осени. Наверное, не жарче, чем дома в каньонах, но болота Сиприяна, казалось, вбирали в себя каждую капельку жара и усиливали ее влажностью. От этого он был вялым и вспыльчивым, ему хотелось свежего сухого ветра каньонов.

Если люди Сиприяна и замечали жару, то это их не беспокоило. Они занимались своими обычными делами на рынке у пристани, таскали улов раков и сомов, прочие речные товары. Ниже стальной завод Лилу выпускал дым в воздух, стон водяного колеса все время звучал за другим шумом. Через каждые пару ярдов развевались бордовые алькоранские флаги с призмой и семью бирюзовыми звездами, как и ожидалось. Сиприян был захвачен Алькоро больше пятидесяти лет. Он и не помнил, каким был влаг страны до того, как его народ принял их восточного соседа.

Гонец замер, пропуская телегу, и снова вытер пот со лба. Он остановился и уловил кое-что краем глаза. Он повернул голову. Местный житель, юный человек реки с коричневой кожей и темными волосами, что сильно вились. Он не выделялся бы, если бы не наблюдал за гонцом, прислонившись к прилавку, полному плодов окры, держа руки в карманах. Гонец заметил его, и он улыбнулся и вскинул брови. Гонец убрал платок в карман и поспешил. Послание в его сумке было очень важным, он не хотел задерживаться на пристани дольше необходимого. И он точно не хотел привлекать взгляды.

Он двигался среди прилавков рынка, пылающих красками и продуктами конца лета. Хотя до ежегодного фестиваля речного народа оставалось еще несколько недель, многие прилавки продавали товар, готовясь к нему: золотые маски, золотые ленты, символы огня: факелы, фонари и многие другие предметы, которые алькоранец не мог назвать. Как с огненным представлением был связан металлический веер? Он не знал, да и не хотел знать. Он, как и многие алькоранцы, опасался огня. Речной народ относился к нему беспечно, но у них и не горели деревни летом. В этом были плюсы жизни в воде, а не на высушенных солнцем каньонах.

Он замер. Он где-то не там поверну, оказался в конце ряда, и его перекрывал лоток с гусями. Он выругался и развернулся, чтобы вернуться по своему пути. К своему раздражению, он увидел того же юношу с кривой улыбкой, что был у прилавка с окрой, теперь он был рядом с торговцем выпечкой. Алькоранец ускорился. Его король выбрал гонца, знакомого с городом, чтобы доставить послание правителя, но совет не хотел, чтобы письмо передавали из рук в руки. Он мог переживать из-за паранойи

позже, ему нужно было просто вернуться на главную дорогу.

Он повернул за угол и заметил людную улицу в нескольких прилавках от него. Он обрадовался и пошел туда. Но, когда он подошел к прилавку с бочками недавно пойманной мертвой рыбы, фигура преградила ему путь.

– Медяк для фокуса? – с энтузиазмом спросил он.

Снова тот речной юноша, его глаза блестели. В руках он держал сладкий картофель, керамическую чашку и куриное яйцо. Алькоранец отпрянул и нахмурился. Поэтому он следил – он был попрошайкой. Хитрый юноша, наверное, заметил хорошую одежду алькоранца с его расшитым болеро и модными вощеными волосами, потому решил выжать из него пару монет.

Он ошибался.

– Простите, - сказал гонец и попытался обойти его.

– Я могу удивить, - возразил речной юноша, мешая ему пройти.

– Юноша, я настаиваю…

– Я могу лучше, - юноша вытащил что-то из-за рыбного прилавка, и это оказался четвертый предмет – сом с раскрытым ртом. Алькоранец не успел возразить, речной юноша подбросил рыбу в воздух.

– Предупреждаю, - сказал юноша весело, подкидывая сладкий картофель. – Жонглерство никогда не было моей сильной стороной.

Алькоранец не успел отреагировать. Чашка взмыла в воздух, за ней яйцо, когда сом упал на ладонь.

– Ха! – речной юноша снова подбросил рыбу. Картофель опустился и поднялся. – Полный круг стоит даже серебра, не думаете. Ох!..

Алькоранец не видел, что пошло не так, потому что его глаза закрылись, когда картофель вылетел с орбиты и ударил его по лбу. Он услышал звон керамики у ног, яйцо разбилось о его плечо, брызнуло на воротник. А потом – шмяк. Сом упал…

На его лицо.

– Пылающий Свет! – он безумно отбился от рыбы.

– Ох! – услышал он восклицание речного юноши.

– Эй! – прозвучал резкий голос. Алькоранец не успел вытереть слизь рыбы с глаз, его окутали полотенцем. – Оставь его в покое, бесполезный негодяй!

– Я только…

– Уйди уже! Я тебя ударю, ели не уйдешь! Донимай других!

Алькоранец пошатнулся, не видя ничего из-за попыток подошедшего оттереть его лицо и прогнать жонглера. Осколки чашки хрустели под ногами. Он открыл рот, чтобы возразить, но полотенце попало ему по зубам.

– Мне ужасно жаль, сэр, - громко сказал новоприбывший. – Не думайте о речном народе плохо, у молодежи нет уважения даже к своим, куда уж к соседям из каньона… Ох, но ваш жакет… я помогу с яйцом… - он оттирал полотенцем воротник алькоранца, но от этого желток лопнул и впитался в ткань.

– Я в порядке, хватит! – выдавил алькоранец, борясь с помощью мужчины.

– Ерунда, мой друг. Вот, сейчас мы уберем желток, не переживайте. Идемте, - мужчина потащил алькоранца к прилавку с рыбой. Он схватил корзинку со стойки и плеснул на его воротник без предупреждения. Вода была речной, как понял алькоранец, теплой и пахнущей илом и рыбой.