Огородная ведьма

Журавлева Юлия

Вариант с галлюцинациями я пока до конца не отметала, но все же рассчитывала, что все окружающее — не плод моего больного воображения. Иначе, боюсь, врачи мне уже не помогут.

— Бабушка, — шепотом позвала я, и мой голос утонул в тишине дома, словно поглощенный ею.

— Бабушка! — повторила я уже громче.

Ничего.

Я обхватила урну ладонями для усиления эффекта, потом вспомнила, что иногда посуду трут для вызова ее обитателя и принялась натирать ее и без того отполированный бок.

Ничего

не происходило.

И как я ни пыталась, урна больше не подавала признаков жизни. Видимо, ее миссия состояла исключительно в том, чтобы закинуть меня в это место. Ни угрозы, ни увещевания, ни мольбы не произвели никакого эффекта.

Я в отчаянии принялась ходить по комнате, за окном темнело, а ещё снаружи доносились какие-то странные звуки. Такой низкий гул и что-то, напоминающее не то рык, не то вой. А может, и то, и другое.

Выбившись из сил, я села на одну из лавок и уронила голову на руки. Все было ужасно.

— Угомонилась немного? — донесся до меня скрипучий бабкин голос.

Я тут же подлетела к урне, которая снова светилась. Только почему-то переносить меня обратно не собиралась.

— Верни меня домой! — потребовала я, держа урну на вытянутых руках.

— Не могу, — ответила урна бабкиным голосом. — Я так-то умерла, если ты запамятовала.

— И что мне делать? — выкрикнула я в отчаянии.

— Огород растить, — невозмутимо ответила урна.

— Я не хочу! Не буду! Верни меня домой.

— Галя, ты же уже большая, — укорила меня бабка. — А ведешь себя как дитя неразумное. Ты же знаешь, что ничто не дается даром.

— И чем я заслужила попадание сюда?

— Я тебе жизнь спасла, неблагодарная! — вышла из себя бабка, и я поняла, что надо сбавить обороты, а то разговор у нас не ладится.

— Так. Хорошо. Спасла, — нехотя выдавила я. — А вернуться назад я смогу?

— Если ты захочешь вернуться… — протянула бабка, — то, конечно, сможешь. В день осеннего равноденствия граница миров истончается. К тому времени ты как раз научишься силу свою использовать, вот проход-то и откроешь.

— А сейчас какой месяц идет? — предполагая худшее, спросила я.

— Сейчас туточки летнее солнцестояние прошло, — подтвердила мои догадки бабка. — У тебя есть три месяца. Вернешься сильной ведьмой — сможешь выжить и в том мире.

— В своем мире, — поправила ее я.

— Посмотрим, — бросила урна. — Дом в твоем ведении. Огород тоже. Еда на первое время в подполе.

— Шестьдесят лет как просроченная?

— Это ведьмин дом, бестолочь! Здесь ничего не портится! И сам дом аки крепость стоит!

У меня имелись еще десятки, а то и сотни вопросов. Но урна перестала светиться, и как я ни старалась, больше от нее ничего добиться так и не сумела.

Окончательно выдохшись, я, подсвечивая себе

разряжающимся телефоном, который здесь только в качестве фонарика и годился, добралась до кровати, разделась и рухнула спать.

Может, завтра я проснусь в своей квартирке? Или хотя бы в больничке? Я на все согласная.

Только не огород!

Утром меня опять разбудил какой-то звон, похожий на легкое дребезжание посуды. Спросонья я не сразу осознала, где оказалась, а когда осознала — обреченно застонала.

Чуда не случилось, и я по прежнему нахожусь в каком-то непонятном месте.

А после подскочила — вдруг это урна звенит?!

Увы, урна стояла на столе совершенно неподвижно, а звон доносился из буфета. Я с опаской приблизилась к нему и заметила, что одна тарелка на подставке ощутимо вибрирует.

Наученная горьким опытом, я не спешила хватать странно ведущие себя предметы и долго присматривалась, размышляя, как лучше поступить. В итоге нашла полотенце и взялась за тарелку им. Не знаю, поможет ли? Но так было как-то спокойнее.

— Наконец-то! — раздался голос из тарелки, которую я едва не выронила, пусть и была морально готова к разным неожиданностям.

Если пугало говорит, то почему бы не заговорить посуде?

Интересно, как долго продержится моя кукуха в такой обстановке? Если она там еще держится, конечно…

Следом за голосом появилось и изображение, так что я от греха поставила тарелку на стол, оперев об урну, и отошла подальше. На экране, то есть на тарелке высветилось лицо женщины чуть за сорок. Светловолосая, голубоглазая, румяная и в целом приятная на вид.

— Здравствуйте, — осторожно поздоровалась я.

— Здравствуй-здравствуй, — приветливо улыбнулась она. — Значит ты теперь новая ведьма в Забродах?

Наверное, Заброды — это название того места, где я нахожусь. В любом случае, это не важно, хоть Заброды, хоть Переброды.

— Вообще-то произошла ошибка, — начала я, подумав, что наткнулась на местного знающего человека. Кто еще может звонить по тарелке? — Я не ведьма и попала сюда совершенно случайно.

— Как это не ведьма? — удивилась собеседница. — Если бы не была ведьмой, то и в дом бы не вошла.

— Я не ведьма, — уверенно повторила я. — В любом случае, мне нужно домой. Понимаете, я вообще-то из другого мира, и это недоразумение, что я оказалась здесь.

По мере моей пылкой речи улыбка медленно сходила с лица женщины, делая ту серьезной и задумчивой.

— Так, — строго произнесла она. — Давай по порядку.

И дальше я очень сумбурно рассказала про смерть бабки, про ее странную последнюю волю и про перенос в этот мир.

— Интересные дела, — протянула женщина, помассировав виски.