Шрифт:
Annotation
Продолжение романа «Ангелы плачут в июне» и истории Златы. В одном из элитных коттеджей Подмосковья, похоже, завелось привидение, а в столице кто-то начал кровавую «охоту» на блондинок. Новое расследование с участием уже знакомых героев
Наталья Неткачёва
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Эпилог
Охота на блондинок
Глава 1
Раннее утро, звонок в дверь. На часах — начало седьмого. Петухи едва успели пропеть. Это не радует. Повесить что ли табличку на двери: «Приём с 9-30 до 17–00, выходной — воскресенье».
Нет, лучше понедельник — он как раз сегодня. Я неохотно натянула халат и побрела в прихожую, уговаривая себя проснуться: «Ладно, Злата, наверное, кому-то очень плохо. Ещё хуже, чем тебе, не спавшей больше суток». Лечение онкологии всегда отнимает много сил. Именно этим я занималась последние несколько дней. Вчера моей сорокапятилетней пациентке, наконец, стало лучше — кризис миновал. Зато мне теперь требовался полноценный отдых.
Открыла дверь. М-да посетитель не похож на страждущего. Вообще ни на кого не похож: подросток-гот в костюме князя тьмы, причём костюм великоват на пару размеров. Он хмурил брови с претензией на грозный вид, но выглядел до смешного нелепо. В другое время я бы обязательно посмеялась, а сейчас больше всего на свете мне хотелось просто спать.
Паренёк продолжал разглядывать меня с важным видом.
— Ты ведьма? — сурово уточнил он.
Ладно, я тоже умею грозно хмурить брови и не менее сурово ворчать:
— Да, ведьма! Невыспавшаяся, злая и голодная! Если потревожил без повода — превращу в жабу!
Он не испугался. Всё правильно, в четырнадцать лет в сказки уже не верят. Следующий этап погони за чудесами начнётся где-то после шестидесяти.
— Хочу продать душу дьяволу, — совершенно серьёзно заявил подросток. — Будешь посредницей?
Упс! Как-то я поторопилась со сказками.
— Извини, милый. В аду сейчас тоже кризис — с наличными напряжёнка. Дьявол сам всё распродаёт. Слышал об акции:
Очень хотелось просто вернуться в постель, но я заставила себя выйти за дверь и проследить, чтобы обиженное отказом недоразумение покинуло подъезд без разрушительных для помещения последствий. Неделю назад его аналогично разукрашенные сверстники разрисовали мою дверь и стены оскорбительно кривыми пентаклями и нелепыми косыми пентаграммами. Закрашивать пришлось долго, но парочку самых удачных я оставила — для антуража.
— Так-так! Развращаем детей, — протянул за моей спиной знакомый и успевший порядком надоесть голос.
Я недовольно обернулась. Глеб. Рыжий помощник детектива, ранее прикидывавшийся рабочим. Вот уже третью неделю он жил в семнадцатой квартире и «курировал» меня, несомненно, с подачи Войнича. Не преследовал, по пятам не ходил, появлялся не больше двух раз в день, и всё же это жутко раздражало, а в моём нынешнем состоянии просто бесило.
— И тебя в жабу превращу! — пообещала я.
— Серьёзно. Ему не больше пятнадцати, — он брезгливо поморщился, увидев недозакрашенный пентакль на стене. — Родители знают, чем ты их детям головы забиваешь?
Детям, которые мечтают продать душу дьяволу и рисуют на чужом имуществе пентаграммы? Боюсь, таких мне удивить уже нечем.
— Нет. Лучше в комара, маленького такого, мерзкого. И прихлопну лично! — Мечты вслух.
— А этой не больше семнадцати. Что у тебя тут за секта?
Я проследила за его взглядом. За моей спиной стояла худенькая нескладная девушка в чёрном джинсовом костюме и розовой футболке. В её коротких тёмных волосах пестрели яркие малиновые полоски. Кажется, таких называют Эмо. И, правда, куда родители смотрят? Они только за порог, а дети прямиком к ведьме — предлагать душу и конечности.
— Секта по борьбе с рыжими нахалами! Так что лучше сгинь по доброй воле, — предупредила я.
Он недовольно скривился, прошёл мимо нас и начал спускаться.
— Привет, — неохотно поздоровалась я с юным созданием. Пожелать доброго утра искренне не получалось, потому как ничего доброго в нём замечено не было. — Ты ко мне?
Судя по тому, как грустно и жалобно она всё это время на меня смотрела — вопрос риторический, но надежда, как известно, засыпает… в смысле умирает последней.
— Да. Вы Злата? — девушка нерешительно шагнула на встречу и протянула мне узкую ладошку с короткими, выкрашенными в чёрный цвет ногтями.
— Увы.
— Что, простите?
— Была бы кем-то ещё, спала бы сейчас спокойно. Проходи.
Я мужественно подавила зевок, вежливо потрясла ладошку и посторонилась, пропуская девушку в квартиру. Она вошла и застыла в прихожей каменным чёрно-розовым изваянием.
— Ну, и что такого ужасного у тебя случилось?
— Почему ужасного? — отмерла она.