Охота
Шрифт:
В ящике оказался грузовой шагоход. Шесть ног, похожих на паучьи, продолговатое туловищё на которое можно навьючивать грузы, а можно ехать верхом.
— Классная штука, давно о такой мечтаю! Одно условие, тебе придётся завязать глаза.
— Зачем это?
— Не то, чтобы я тебе не доверяла, но представь, что ты попадёшься, к тебе применят негуманные методы допроса, и ты выдашь место, где спрятан корабль.
— Как я могу выдать, если даже не представляю, где мы находимся?
— Ты можешь заприметить что-то по пути, какой-нибудь ориентир, и этого окажется достаточно, чтобы они нашли
— Я не за это волнуюсь, просто не хочется…
— Отказываться от органов восприятия? Так я же не ослеплять тебя собираюсь.
— Да уж с тобой ругаться не стоит, это я уже понял.
— А вот бояться меня не нужно. Я не плохой человек, просто к врагам беспощадна. Была бы другой, уже погибла бы.
— Ладно, командуй, если до сих пор тебе доверял, почему прекращать? Но друзей я найти попробую. Ты меня выведи поближе к ним, а дальше я сам как-нибудь.
— Думаешь справишься? Рвение похвальное, но самоубийственное. Впрочем, тебе решать. Поехали.
Она завязала ему глаза чёрной тряпкой, которую оторвала от какой-то упаковки, помогла усесться на шагоход, привесила по бокам сумки, в которые собрала кое-что из оружия и снаряжения в грузовом отсеке, и они поехали.
Аппарат и правда оказался неплохим. Перебирал ногами быстро, но почти бесшумно, ставил их очень аккуратно, так что не смотря на то, что двигались они не по дороге, в седле было ощущение что под ними гладкая автострада. Через несколько минут движения Сёма ощутил дуновение свежего воздуха на лице и понял, что они выехали из пещеры.
— А ты не подумала, что я мог запомнить место во время полёта?
— Не подумала, теперь придётся тебя убить.
— Надеюсь, что ты шутишь!
— Шучу, конечно, об этом я правда не подумала, не до этого было. Но глаза я тебе всё равно не развяжу, чем меньше будешь знать, тем лучше. — она сидела впереди и управляла шагоходом. Он был более чем в полутора метрах позади, после пары средних ног.
— Пока мы едем, может расскажешь мне то, что обещала?
— Основную мысль я до тебя донесла, спрашивай что не понятно — расскажу.
— Нам не говорили что на планете живут люди, она должна быть необитаема. А ты, я так понимаю, не единственный человек здесь?
— Да, не единственный. Мы из первопоселенцев.
— Они же все погибли!
— Байка, вообще, забудь, что тебе там рассказывали. Это удивительная планета. Как парк чудес. Здесь встречаются просто невообразимые вещи. Когда это стало открываться, некие богатые люди захотели прибрать её к рукам, и убрать отсюда всех поселенцев, чтобы жить здесь самим. Эдакий рай для богатых. Но поселенцев эта перспектива не устроила. Началась война за независимость. Нас загнали в подполье. Мы научились прятаться и не дали им колонизировать планету так, как они хотят. Потом выяснилось, что жить тут не так уж легко. Есть свои сложности. В общем, они начали её изучать и параллельно делать здесь бизнес, масштабы которого огромны, ты даже не представляешь, сколько сюда прилетает людей.
— Ну почему же, я был в тренировочном лагере, видел.
— А теперь представь, что таких лагерей сотни.
—
— Да, сотни, ты видел станцию на небе? Представляешь её размер? Бизнес планетарного масштаба.
— А что же здесь такого ценного, что им понадобилось начинать войну?
— Люди здесь не стареют. Ну почти.
— Да ладно?
— Я не шучу, сколько ты думаешь мне лет?
— Ну, я не знаю, вопрос деликатный…
— Говори смело, нет такого ответа, который бы меня обидел.
— Лет наверное двадцать семь, двадцать восемь, — сказал Сёма осторожно.
— Сто пятьдесят почти.
— Да ну не, не может быть.
— Ну ты прав, приборы показывают мне биологический возраст как ты и сказал, но мне сто сорок девять лет. Местных лет, но они практически идеально совпадают со стандартными земными, которые приняты везде за условную единицу.
— Ты конечно извини, но я не верю. Как такое вообще возможно?
— Никто не знает. Выяснить этого не удалось. Они до сих пор бьются, насколько я понимаю, безрезультатно.
— Если бы это было правдой, они бы нашли способ здесь жить, и истребить вас!
— Нашли бы, если бы планета не воспротивилась.
— Что?
— Ну это уже из раздела мистики, но факт остаётся фактом, когда они начали здесь селиться, как ты и предположил, под охраной, смертность среди них стала превышать все мыслимые и немыслимые нормы. Болезни, несчастные случаи, кого-то и наши партизаны доставали. По-разному, но в результате, они сбежали поджав хвост. Зачистить от нас целую планету тоже дело накладное. И потери они понесут большие, уж поверь. Так что, со временем, сложился некоторый паритет. Они занимаются здесь бизнесом и наукой, по возможности, стараясь сдержать наше технологическое развитие. Мы же грабим тех, кто прилетает, это один из немногих способов получить оружие и какое-нибудь техническое оборудование. Да и вообще, что-то интересное раздобыть, ведь любое более менее масштабное производство они вычисляют и уничтожают. Загоняют нас в каменный век.
— Так значит, вы разбойники с большой дороги?
— Да, но у нас есть свой кодекс, мы туристов без особой необходимости не убиваем. Видел в каком я костюме была?
— Амазонка?
— Можно и так сказать.
— А ты знаешь кто это?
— С земной мифологией знакома, не волнуйся.
— Это странно, для девушки живущей в лесу.
— В общем, это же практически целое представление. Многие сами с радостью готовы всё отдать. Встреча в лесу с таинственной незнакомкой, которая их ограбила, да это лучшие воспоминания в их жизни. Они надолго запомнят прекрасную, как ты сказал, «амазонку».
— От скромности ты не страдаешь.
— Это реальность, приятель. — по голосу он понял, что она улыбается.
— Ну, а какие ещё чудеса здесь встречаются?
— Про драконов слышал?
— Ну вот, а я почти уже было поверил в твои сказки. Да ну тебя.
— Верить или нет, дело твоё. А остров с драконами существует. Большой остров или маленький континент. По разному называют. Но они живут только там, сама я их не видела. Здесь вообще на каждом континенте или острове свои особенности. Как будто в другой мир попадаешь. Только перемещаться сложно, плавсредства они тоже отслеживают.