Охота
Шрифт:
— Мне бы конечно душ не помешал, — сказал он.
— Он бы всем не помешал, — ответила Лиана, — но через пару минут нам уже будет всё равно. Это была почти правда. Сёме было всё равно, но не потому что он сразу отключился, на что намекала наверное Лиана, а просто так. Всё равно — и всё.
Какое-то время он не мог уснуть. Он старался понять, есть у него сейчас галлюцинации или нет. Вопрос только на первый взгляд кажется простым, на самом деле отсутствие галлюцинаций было вовсе не очевидным. Наконец он решил что галлюцинаций нет, и что он очень устал. Не физически — психологически.
Ура! Опять пульсация — подумал он. В этот раз она касалась только его, и не затрагивала окружающее. Возможно, потому что глаза у него были закрыты и визуального ряда не было. Он почти физически чувствовал, что увеличивается в размерах, причём безо всяких ограничений.
Его не сдерживали ни размеры землянки, ни лес, ни даже планета. Он заполнял собой всё космическое пространство. И хотя он был таким большим, сознание его находилось в одной точке. Он попытался понять в какой, но не смог. Заполнив весь космос, он стал так же стремительно сжиматься. Когда по ощущениям он уже был не толще нитки, вновь пошло расширение. Ощущение было очень странным и непривычным. Он лежал, пульсировал и постепенно проваливался в тёмную бесконечность, которую периодически заполнял собой.
Падение продолжалось целую вечность, но неожиданно эту эйфорию прервало ощущение лёгкой щекотки. Не прекращая падать, он подумал что это очень странно и неуместно и постарался не замечать того, что что-то щекотит ему лицо. Желание продолжить падение боролось в нём с желанием выяснить природу щекотки.
Стараясь продолжать падать и пульсировать он чуть-чуть приоткрыл глаза. Было темно, но кое-что различить было можно, и он понял что лицо ему щекотят волосы. Немного проморгавшись он стал различать и того, кому они принадлежат. Это была Лиана. Она сидела на нём верхом и склонив своё лицо над ним.
— Что… — он хотел спросить что происходит.
— Шшшшшшш… — оборвала она его шёпотом.
Так они вглядывались друг другу в лицо какое-то время, но почти безрезультатно. Различить можно было только общие очертания. Ощущение падения прошло, но пульсация пока осталась. Каким-то странным образом Лиана в этом не участвовала, и даже когда он расширялся до невероятных размеров, она ухитрялась сохранять своё положение в пространстве. Технически, в этот момент получалось что она находится внутри него. Волосы продолжали щекотать его лицо.
Сёма решил, что он наконец уснул и это ему снится. Он решил отдаться на волю сна и не пытаться его контролировать. Руки сами нашли её колени, скользнули по бёдрам, задержались на талии и поползли по спине. По дороге они зацепили край топика и стащили его ей через голову. Потом они легли ей на грудь и сжали её.
Здесь они остановились и он вдруг подумал, что вдруг это не сон и должен ли он продолжать? Если это происходит под воздействием препаратов, то возможно они не отдают себе отчёта в происходящем, а это уже не очень хорошо.
Так они и сидели какое-то время, она на нём верхом, а он держа её за грудь. Он не решался ни убрать руки, ни продолжить. Она тоже ничего не предпринимала. Наконец она стала склоняться ближе к нему надавливая грудью на его ладони, пока не
— Ты пойдёшь со мной…
Он хотел спросить куда, но не успел, она как будто прочитала его мысли и ответила:
— Куда бы я ни шла, — и укусила его за нижнюю губу.
Укус был довольно чувствительным и он еле сдержался чтобы не крикнуть. Она отпустила и укусили ещё раз. Он подумал, что возможно на этой планете принято целоваться именно так, но нет. И через секунду он узнал, что поцелуи здесь вполне традиционные.
Пульсация прекратилась, но возобновилось падение в бесконечность. Только вот теперь они падали вдвоём.
Так долго и так хорошо Сёма ещё не спал никогда. Именно с этой мыслью он и проснулся. Скорее даже от мысли — как хорошо он спит. Не сразу удалось понять где он находится и что происходит. Память возвращалась постепенно. Он вспомнил несколько дней беготни по лесу, перестрелки, убийства.
Ему сейчас казалось, что это всё было не с ним, что он вспоминает фильм, который посмотрел перед сном. Воспоминания добрались до момента предшествовавшего сну. Или это уже был сон? Он пошевелил левой рукой под одеялом и понял, что он без одежды. Совсем. Лиана всё ещё спала, он чувствовал тепло её тела рядом, она даже прикасалась к нему некоторыми его частями. И по этим частям он чувствовал, что одежды на ней тоже нет.
Похоже то, что сначала показалось ему частью сна, всё же произошло на самом деле. Ему стало немного стыдно. Стыдно из-за того, что он как будто воспользовался положением. Хотя кто кем воспользовался было большим вопросом, но он, как воспитанный человек, тут же решил что ответственность лежит на нём.
Немного полежав и порефлексировав, он подумал, что стыдно ему не из-за благородства, а потому, что Лиана нравилась ему по-настоящему, и он теперь боялся, как бы это не испортило их отношения. Первая близость в наркотическом угаре, не лучшее средство для развития отношений. Поняв, что стыдно ему из вполне эгоистических побуждений, ему стало стыдно теперь из-за этого. И гораздо сильнее.
Хорошее настроение после пробуждения постепенно переходило в депрессию. К тому же страшно хотелось пить, во рту было так сухо, как будто он всю ночь жевал песок. Вода должна была остаться в рюкзачке. Но он боялся пошевелиться, чтобы не разбудить Лиану. Если она проснётся, придётся с ней как-то объясняться, а ему этого не хотелось. Неизвестно куда выведет этот разговор.
Как бы он ни старался лежать неподвижно, всё равно — то рукой двинет, то ногой, то вздохнёт. Всё это привело к тому, что завозилась и Лиана, потом вдруг неожиданно замерла. Он скосил на неё глаза и увидел, что она смотрит в потолок. Было сумрачно, но видно.
— Это ведь был не сон? — спросила она.
— Похоже что нет, — ответил он.
Повисла неловкая пауза. Сёма решил проявить активность.
— Прости, это я виноват, я должен был как-то остановиться. Пойми меня правильно, я рад случившемуся. Вернее не рад. Точнее был бы рад, если бы это произошло в трезвом рассудке. Как же можно не радоваться…