Охота
Шрифт:
Первое — тебя изгоняют в портал.
Второе — смертная казнь.
Третье — что-то еще, но не самое приятное. Допустим, попасть в качестве материала к экспериментатору.
Тюрем тут нет. А рабом и гладиатором ты становишься под гнетом распределителя при рождении. И даже эти статусы лучше, чем темный жук.
— Какой у тебя план? — откусила Горше лапу зажаренного кругляша.
Мы сидели вокруг костра. Мелони и Шов орудовали в палатке, поэтому пока компанию мне составляли Черви-шесть.
— А какой тут может быть план? — принял я кубок с соком от Торки. — Пойду
— Ага, — дернула бой-баба бровью.
— Не, он не шутит, — села в раскорячку Торка. — То, что он показал с Локото, лишь цветочки, поверь.
— Ты правда настолько хорош? — все еще сомневалась Горше.
— Б… У-у. Силен! — захлопал в ладоши Штырь.
Сделав глоток, я цокнул языком.
— Как-то я застрял в Диких Пещерах, на одиннадцатом этаже от Трона. — Еще глоток. — И перебил там целый выводок пауков. О, а еще я сражался с шерном, и с живыми мертвецами, и много, — шмыгнул я носом, — с кем еще.
— У-у-у, — заинтересовалась Торка. — Ты не рассказывал!
— Ты и не спрашивала…
— Ну, — налила она себе еще, — самое время!
Почему бы и нет? Остаток дня действительно прошел, как долгожданный выходной. В окружении темных, слово за слово — и вот мы травим байки о своих похождениях. Кто что видел, кого убивал, в какую передрягу встревал.
— Вот поэтому мы держим этого при себе. — Видать, хлопать по лысине Штыря вошло у них в привычку. — Он надежный.
Услышал я рассказ, как именно осколок оказался в его голове. А история действительно вызывала уважение к этому жуку. До того, как стать Штырем, он был весьма разговорчивым парнем. Любил детей… в хорошем смысле этого словосочетания. И однажды, когда он сопровождал семью рабов, что бежала тайными тропами, их настигли охотники. Штырь дал бой. Не бросил. Вышел победителем. Но навсегда сгинул как прежняя личность. Сдержал данное слово.
— Хе. — Кажется, меня немного разморило. — А ты, оказывается, храбрый сукин сын. — Я поморщился. — Прости, мать.
— Б… Б… — Он пил сок, разливая добрую половину через шрамы. — Б-было сказано защищать. М-м-м. Я защищал. Б… да.
— А ты, Горше, значит?.. — перевел я взгляд. Не уверен, можно ли касаться этой темы, ведь она прозвучала вскользь.
— Шельма. Ха! О да, — с легкостью произнесла она. — Причем не простая. Служила в столице. Как принято говорит, была Ву ба-де. — Еще одно особое название. Ву ба-де… хм, как бы это описать по-нашему? Элитная проститутка для Пятых, которая впоследствии должна родить. Никаких чувств, просто вещь. — Но теперь, — снова напрягла она мускулы, показывая: если раньше она и была эталоном местной красоты, то теперь может раздавить голову голыми руками, — никто не посмеет окунать меня в грязь.
— Делает, что хочет. Хе-хе. — А вот Торка уже точно пьяна. — И спит, с кем хочет.
— С-с, — взбодрилась Горше. — Зот! Ты и я, на руках.
— Сейчас? — улыбнулся я.
— Она, когда нажрется, всегда так… — запрокинула голову То.
— А давай!
Зараза. Я пьян.
Штырь подтараканил бочку. Мы с противницей поставили на нее свои локти. Взялись за руки.
— Б… — пока держал он наши пальцы. — Вперед! — Шаг назад.
—
Ух! Ха-ха-ха! Вот это, я понимаю, хватка. Руки дрожат, дерево трещит. Она явно мастер в этом. Упор, стойка ног. А вздувшиеся мышцы гораздо больше моих.
— Хе. Это все? — чуть сместилась борьба к моему поражению.
— Я даже не стараюсь, — вернул я положение рук к центру.
Мы поймали одну волну. Сверлили друг друга взглядом. Торка, сев вплотную к бочке, смотрела на «сражение», будто подглядывая.
— Кто-нибудь уже победит?
— Завались! — одновременно сказали мы.
— Хе-хе, — опустошила она кубок.
Но это действительно затягивалось. Мы не желали уступать друг другу, от силищи двух рук бедная бочка шла трещинами. Думаю, так бы и продолжалось, если бы не…
— Что вы делаете? — появилась Мел.
— Мело… — на мгновение потерял я концентрацию. — Х! — остановил в полусантиметре.
— Сх. Бездна! — зубоскалила Горше, ведь она почти победила.
— Налаживают дружеские отношения! — пролепетала Торка.
— Ага. — Движение пальца по переносице. М-м-м. — Зот, тебе надо отдохнуть.
— Твоя Ву Пари гонит тебя спать, — съехидничала бой-баба.
— Это ты зря… — Укол попал точно в цель. И, схватившись второй рукой за край бочки, — Сха! — из положения «проигрыш», с болью в мускулах, я моментально пересилил, ударив её костяшками о поверхность. Край бочки сломался.
— Ух! — отпустили мы друг друга. Горше потрясла конечностью. — Ха-ха! Руки не чувствую! — кивнула она мне. — Пока один — ноль.
— В любое время, — шмыгнул я носом.
Ну… Я сделал несколько шагов к Мел. Че-е-ерт. Она сразу подхватила меня.
— Я… — встряхиваю волосами.
— Ты не камень. — Ого… Она… она не сердилась. И спокойно помогла мне добраться до палатки. — Шов, — остановились мы перед входом. — Сегодня.
— Кхр. Да я уже понял. — Мух смотрел, как Торка уже валяется на земле. — Дозор.
— Эй! — почесала нос Горше. — Я-то на ногах. Не боись, Нерожденный, составлю компанию. — Она чуть ткнула пяткой в бок подруги. — Помоги оттащить эту шельму.
— Хрк. Я быстро, — поклонился Мел.
А мы скрылись за тентом. Тут убранство изменилось, стало чище, а запах ведьмы пропитал затхлое убежище. Но пока вокруг все пляшет, я не мог оценить обстановку по достоинству в полной мере. Стоило сделать еще пару шагов, как гравитация позвала меня вниз. Я повалился на лежанку.
— З-Зот! — утянул за собой Мелони.
— М-м-м, — закрыл я глаза. — Скоро эффект пройдет, уже проверено.
— Я… Я не о том, — сняла она шляпу. А мои руки обнимали её. — Кхм. Прошу.
— Еще немного… — дал я слабину. — Немного… — ничего не хотел, ничего не требовал. Просто еще немного такого родного запаха, немного тепла.
— Кхм, — снова и снова прочищала она горло. Чуть расслабилась. И, понимая, что я засыпаю, провела ладонью по моим волосам. — Ты только… возвращайся, ладно? — боялась она за будущую охоту.
— Само собой. — Кажется, трусь носом об её шею. — Я поклялся. И даже если получу осколок в башку, не нарушу… — голос превратился в бубнеж.