Охотник и вампирша
Шрифт:
Она довольно хихикнула, потянулась за новой порцией семян и вдруг удивленно уставилась на Хантера.
– У меня что, рога выросли? – спросил тот.
Лисандра судорожно сглотнула, потерла глаза и снова посмотрела на Хантера, а потом и на Христиана. Лицо ее становилось все более и более удивленным.
– Что происходит?
Хантер встревожился всерьез. Лисандра была не из тех, кто занимается глупыми шутками.
– Не знаю, как насчет рогов, – хихикнула вампирша. – Но какие-то странные разноцветные нити
– Нити? – ошарашенно переспросил Хантер.
– Ну да, они самые. – Лисандра весело засмеялась. – Кстати, они, оказывается, есть даже у кошки. Вот потеха-то, вот умора.
– Умора… – мрачно сказал Хантер. – Значит, это все очень смешно?
– Да что происходит? – спросил Христиан. – Ну, нити она какие-то увидела.
– Нити? – Хантер ударил себя кулаком по ноге. – Нити судьбы, вот что это. Понимаешь? И она их видит… Теперь дошло?
– Но с чего она вдруг стала видеть нити судьбы?
– Из-за семян священного дерева.
Сказав это, Хантер нервно вытащил из кармана сигарету, прикурил ее и зло посмотрел на Лисандру.
– Ага, – сказала вампирша. – Стало быть, я стала такой же, как вы? И тоже могу заниматься всякими штучками-дрючками? Видеть нити судьбы, обходить стороной проклятия?
– Мало видеть нити судьбы, – назидательным тоном сказал Христиан. – Надо еще в них разбираться. Знать, что они обозначают. Понимаешь? А этому нужно учиться. Интересно, кто возьмет тебя в ученики?
– Все равно, – весело хохотнула вампирша. – Теперь вам меня ни в жизнь не поймать.
Хантер поморщился.
При чем тут Лисандра? Дело совсем не в ней. А в семенах, вот в чем. Он теперь знал, для чего маги каждый год проводили ритуал открытия плода священного дерева. Для того, чтобы появлялись новые люди, способные видеть нити судьбы. Маги рассеивали семена по ветру, и те разлетались по всему миру. Может быть, семена даже каким-то образом умели находить людей, обладающих определенными свойствами.
Да, наверняка умели. Иначе как можно объяснить, что среди тех, кто вдруг начинал видеть нити судьбы, были только мальчики? А может быть, и не умели. Может, эти свойства придавали им лендлорды? Что-то же они делали с семенами, перед тем как развеять их по ветру? Сигарета обожгла ему пальцы, и Хантер машинально отбросил ее в сторону.
Да, скорее всего верно последнее предположение. И доказательство у него перед глазами. Лисандра. Женщина. Да еще к тому же и вампирша.
– Эй, Хантер, послушай, – сказал Христиан. – Но если эти семена такие вредные, то их надо немедленно уничтожить.
– Поздно, – ответил охотник. – Большую часть их унес ветер. Они такие легкие, что будут летать долго, очень долго. И конечно, разлетятся по всему миру. Миллионы и миллионы семян.
– Дьявол меня побери! – воскликнула вампирша.
– Вот-вот, – почти ласково
– Чтоб вы все сдохли, – пробормотала вампирша. – Получается, бросив в это дерево бомбу, я…
– Конечно, – кивнул Хантер. – Когда бомба взорвалась, наш мир изменился. Собственно, с этого момента мы уже живем в другом мире. Через несколько месяцев, когда последние семена найдут своих людей, преобразование будет закончено.
Христиан восхищенно присвистнул.
– Это получается, что все люди этого мира станут охотниками?
– Нет, просто они получат талант видеть нити судьбы. Почти все. Конечно, на чью-то долю семян не хватит, кто-то останется обыкновенным человеком. Но чувствовать он себя будет словно слепой среди зрячих.
– Но ведь я тогда умру с голоду, – жалобно сказала Лисандра.
– Не обязательно, – промолвил Христиан. – Просто тебе придется перейти на заплесневелые сухари и обычную воду. Удовольствия в этом мало, но с голоду ты не помрешь.
– Лучше уж помереть, – глухо проговорила Лисандра.
– Твое дело, – сказал Христиан. – Кстати, через несколько месяцев тебе для этого будет достаточно всего лишь выйти на улицу и пожелать крови первого встречного.
Он снова машинально погладил кота, и тот блаженно замурлыкал, всем своим видом давая понять, что готов для нового хозяина на что угодно, вообще на что угодно. И если ему так уж хочется, то согласен терпеть его неуклюжие ласки хоть до скончания века… Но все-таки лучше бы он их прекратил.
Кот ловко вспрыгнул юноше на колено, устроился на нем поудобнее и сейчас же заснул.
– И таким образом, – сказала вампирша, – мне остается только одно. Употребить оставшееся время на то, чтобы добраться до ворот миров и эмигрировать.
– Угу, только эмигрировать, – согласился Хантер. – Может быть, в одном из соседних миров великой цепи тебя ждет просто роскошное житье. Вдруг там слыхом не слышали о вампирах и даже не представляют, как с ними бороться?
– Вам, кстати, тоже придется несладко, – мстительно сказала Лисандра.
– Ничего, что-нибудь придумаем, – промолвил Христиан. – Ты лучше подумай о себе.
Вампирша скорчила презрительную гримасу, но ничего не сказала. Вид у нее становился все более задумчивым. Христиан посмотрел на кота и уже протянул руку, чтобы его погладить, но вдруг опустил ее и тоже о чем-то задумался.
«Все верно, – подумал Хантер. – Сейчас, прежде чем что-то предпринимать, нужно хорошо все обдумать».
Он вытащил из кармана новую сигарету и, закурив ее, попытался прикинуть, что им, в самом деле, делать дальше.