Охотник
Шрифт:
— Все-таки зря мы пришли, — сказала одна из них, с рыжими косичками. Холл был пуст, только дежурная сидела у стола с журналом регистрации, поэтому говорили они спокойно, хоть и не повышая голоса.
— Да ладно, быстро отмучаемся, потом Марине Львовне доложимся — и все. А то она и так постоянно спрашивает, как там Соколов. Как будто его брат не приходит и не рассказывает, — ответила другая, с крупными чертами лица и комсомольским значком на еще небольшой груди. — Постоянно мне говорит, что я,
Третья, молчавшая до сих пор, поставила портфель на скамейку и села, вторая присела рядом. Староста, отдав им портфель, подошла к молодой женщине в халате медсестры и сообщила, что они к Игорю Соколову.
— А, к Игорьку? Так нет его сейчас в больнице, на спортивной площадке он, бегает или на брусьях висит. Ему небольшой спортзал сделали в ремонтирующейся палате, — улыбнулась та. В это время дверь открылась, и в приемный холл влетел шустрый, стройный, коротко стриженный паренек, от которого буквально волнами исходил оптимизм. Даже свежий шрам, пересекавший бровь, не портил черты довольно красивого лица с выразительными глазами. А наоборот — придавал ему некий шарм.
Все три девочки, широко открыв глаза, смотрели на него, узнавая и не узнавая, настолько их бывший одноклассник изменился.
Отряхнувшись от снега, он даже мельком не посмотрел на одноклассниц и, улыбнувшись шикарной улыбкой, обратился к медсестре, которая тоже обернулась ко входной двери:
— Лариса, любовь моя, как вы тут без меня? Скучали?
— Ой, так уж и любовь, — невольно улыбнулась дежурная. — Ты те же слова Марте вчера говорил. Операционной сестре из травмы.
— Ну что вы, Лариса, любовь, как трусы у моряка, один раз и навсегда.
В это время мимо поста проходил крупный мужчина в пижаме, с наколкой якоря на руке, он-то грозно и воскликнул:
— Но-но-но! Кто тут на флот бочку катит?
— Нечего подслушивать, иди, Матвеич, куда шел, — отмахнулся от него паренек.
— Смотри, в спарринг со мной встанешь на сегодняшней тренировке, все припомню.
— Ой, испугал. Вечером в спортзале. Там как раз новый боксерский мешок подвесили.
— А старый?
— А старый я порвал, — ухмыльнулся паренек.
— Опять этот кобель у поста крутится, — послышался старческий голос, и в проеме двери с надписью «Старшая медсестра» появилась пожилая, но бойкая старушка. — И так всех девок перетоптал, еще сюда лыжи навострил. И не стыдно тебе?
— Стыдно когда видно, —
— Игорь, это к тебе, — подбородком указала дежурная на девочек, пока старшая медсестра от возмущения набирала воздух в легкие. — Наверняка одна из них твоя тайная любовь.
— Соплюшками не интересуюсь, — наконец паренек повернулся и серьезно их осмотрел. Веселья в его глазах уже не было.
Осмотрев всех трех девок, я спросил:
— Альбом принесли?
Все три закивали болванчиками.
— Вам бы с такими огромными глазами в японских анимешных фильмах сниматься, — невольно хмыкнул я себе под нос.
— Мы… кхм, — прочистила горло девчонка с крупными чертами лица и продолжила: — Мы принесли фотоальбом класса, как ты и просил. А еще вчерашнее классное задание по шести предметам.
— Хорошо.
Сев между двух девок, я взял альбом и, найдя фото всего класса, быстро его просмотрел, после чего ткнул в фото одного из мальчишек.
— Это кто?
— Женька Свиридов.
— У него случайно перелома ноги не было примерно в то время, когда на меня напали?
— Да, точно, только он лежал в другой больнице, в которой твоя мама работает.
Погладив пальцем фото, я пробормотал себе под нос:
— Скоро увидимся, гаденыш, — после чего посмотрел на девчат и велел: — Давайте показывайте, кто тут на фото. Имена, фамилии и кратко характер.
Когда девочки вышли из здания горбольницы, они еще некоторое время пребывали в ступоре. Первой в себя пришла, как и ожидалось, староста.
— И что это было?
— Это не Соколов, — уверенно ответила другая. — Где кудряшки, испуганный взгляд и пискливый голос? А вы видели, как он рассматривал фотографию Свиридова? А как расспрашивал?
— Как и всех, — пожала плечами староста.
— Нет, я видела его глаза, там было столько ненависти! А про ногу он спросил — ведь Женька именно тогда ее сломал!
— Так он же с дерева упал, — неуверенно сказала рыжая.
— Это он так всем говорил.
— Надо во всем этом разобраться, — решила староста. — Игорь сказал, что через неделю его выписывают. Там и разберемся.
— До окончания учебы осталось всего чуть больше месяца, — вздохнула рыжая.
Мне, конечно, не нравилось, в чем тут ходят, я раньше всегда одевался стильно, поэтому когда принесли серые теплые брюки на ворсе, свитер, рубашку и пальто с шапкой из кроличьего меха, то окончательно скис, а когда увидел ботинки, то чуть не умер от одной мысли их надеть. От стыда умру, если все это надену.