Окаянь
Шрифт:
— Он у нас миллиардер, — сказал Леонид.
— Серьёзно? — не поверил Илья. — Настоящий?
— И чего он тут тогда делает? — удивился Денис. — Со своими миллионами?
— Миллиардами, — поправил Осокин.
— Тем более!
Елена тоже с интересом смотрела на Голубчика.
— От Интерпола он скрывается.
— Здесь? — скептически заметил Денис. — И до сих пор на свободе? Не верю, что у сыщиков из Интерпола мозги совсем жиром заплыли.
— Просто надо знать, чьи банки можно хакнуть,
— А чем тебе Урал не нравится? — ушёл тот от ответа.
— Понятно. Шифруетесь. А я догадался, что вы не просто так… что вы на Косьвинский Камень лыжи навострили. Мёртвая рука вам покоя не даёт, — кивнул себе Голубчик.
— А тебе самому что о Периметре известно? — Илья, пристально глядя на Голубчика, выстучал содержимое трубки в тарелку.
— Тоже мне, тайна! — фыркнул Сергей. — Да о нём все всё давным-давно знают!
— Прямо-таки всё? — Илья достал кисет с табаком и стал снова набивать трубку.
— Может хватит дымить! — остановила его Елена. — И так уже дышать нечем!
— Не всё, конечно, но сам факт известен! — сказал Голубчик. — Факт его существования! Периметра этого. О нём любой блогер знает! Кто-то из них, не помню кто, точно заметил, что с тех пор, как у нас все ракеты с ядерной начинкой убрали, – мёртвая рука превратилась в дохлую! — рассмеялся он. — На эту гору давно бы экскурсии водили… Если бы уральцы заварушку ту не устроили!
— Не они её начали! — вступился за уральцев Осокин. — Там из-за океана уши растут. Звёздно-полосатые.
— Кому ты здесь сказки рассказываешь, Лёня! — с насмешливой укоризной взглянул на него Сергей. — Прибереги свои пропагандистские замашки для других, а здесь все прекрасно помнят, что случилось с британцами после взрыва той штуки! Волна тогда до Лондона докатилась! Даже их авианосец на берег зашвырнула!
— Это уже после того, как Запад по нам тактическим ядром ударил. Это они ответку получили, — заметил Осокин. — Не передёргивай.
— Даже спорить с тобой не хочу, — отмахнулся Голубчик. — Бесполезно! Ты, Лёня, какой-то свой мир сам себе придумал и в нём живёшь! Скажи ещё, что Урале не жестокая диктатура и что они не собираются на нас напасть!
— Чушь! — с жаром возразил Осокин. — Всё – чушь!
— И паром тоже чушь, да?
— Паром? — переглянулись Денис с Ильёй.
— Паром! — кивнул Голубчик. — Через Топь!
— По болоту на пароме? Ерунду городишь! — опять возразил Осокин.
— Ерунду? — взвился Голубчик. — Да об этом пароме у каждого уральского блогера было! Пока их всех от Сети не отрубили! Как думаешь, почему?
— Чтобы ерундой не занимались! — тоже стал заводиться
— Отставить заниматься ерундой! — вышел из-за перегородки Жагрин. Следом появились Фан-Цзынь и Жиртуев с Дзьонем. — Разорались как бабы на базаре! Извините, Елена Карповна, к вам это отношения не имеет! Свинарник мне тут устроили! — Жагрин неодобрительно оглядел беспорядок на столе. — Прибраться и собраться! Час на всё. Через час выдвигаемся. Маршрут до первой дозаправки мы вчерне разработали. Ознакомьтесь, Елена Карповна, — подал он ей сложенную карту. — Распорядок такой. Движемся без остановок весь световой день. Далее – по возможности. Ремонт и профилактика – по необходимости и графику. Ответственный Зотагин. На время отдыха ночью выставляем караул. Отвечает за охрану Павел Семёнович, — Дзьонь кивнул. — Далее. Диспозиция на время движения. В кабине транспортёра постоянно Лу и Зотагин. Охранник меняется согласно установленному графику. Первым заступает Жиртуев. Остальные располагаются в жилой секции. И ещё. Цивильные замашки оставляем здесь. Начинаем любить дисциплину. Что можно, а что нельзя с этой минуты решаем только я и Дмитрий Олегович. Вопросы? Вопросов нет! Чего тогда стоим, спрашивается? — прищурился бригадир. — Елена Карповна и Александр Сергеевич, идите готовить технику. Тут бездельников хватает, без вас справятся.
— Ваш начальник из армейцев? В каком звании? — спросила Елена, когда они вышли из заимки.
— Пенсионер, — ответил Зотагин. — Служил когда-то в Силах Самообороны. Вроде бы даже до капитана дослужился.
— Чувствуется по разговору.
— А почему мы по карте пойдём? По навигатору ведь проще.
— Проще, — согласилась Лу. — Если ретрансляторы есть. А если нет? Кто их в глухой тайге поставит? Можно, конечно, по спутнику. Но не надо.
— Понятно. Зеброиды о нас не знают. И знать не должны. Я прав?
— Вопрос не по адресу. Я лишь водитель. И мой тебе, Шура, совет на будущее: лучше не надо.
— Что не надо на этот раз?
— Не надо задавать вопросы, на которые тебе не ответят.
— Или не захотят ответить.
— Или не захотят, — согласилась Елена.
Они подошли к транспортёру. От заиндевелого металла ощутимо тянуло холодом. Лу направилась к водительской дверце.
— Сегодня ты будешь пассажиром, — сказала она. — Присматривайся, спрашивай, что не понятно. Завтра поведёшь уже сам. Готовься. А пока они там собираются прогреем секции.
Елена захлопнула дверцу, повозилась, удобнее устраиваясь на сиденье, и включила зажигание. Двигатель транспортёра сипло взвизгнул и, выбросив густой выхлоп из патрубков за кабиной, ровно заработал всем своим табуном из восьми сотен лошадей.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ