Шрифт:
Джеймс Л. Камбиас
Океан слепцов
К концу второго месяца, проведенного на станции «Хитоде», Роб Фриман довел количество способов, какими можно лишить жизни Анри Керлека, до восьмидесяти пяти. А потому Роб занимал третье место среди членов экспедиции лидировал Джозеф Палашник, автор ста сорока трех способов, ему уступала Надя Кайл (девяносто семь). Собственно, и количество, и жестокость способов того, как извести Анри, находились в прямой зависимости
Джозефу, как первому подводному пилоту, приходилось проводить вместе с Анри до тридцати часов в замкнутом пространстве еженедельно, а потому его список содержал в основном варианты быстрой жестокой расправы, подходящие для небольшой кабины. Надя делила с Анри лабораторию (в действительности это означало, что ей приходилось проводить вскрытия на кухне или на полу собственной спальни), и ее список состоял преимущественно из незаметных отравлений и изящных, но смертельных ловушек.
Роб специализировался на подводной фотосъемке и управлении беспилотниками. На протяжении всей подготовки Фриману внушали, что на Ильматар ему придется снимать экзотические формы жизни, исследовать уникальную природу далекого ледяного мира и помогать научной экспедиции в исследованиях инопланетной биологии и экологии.
Через неделю после прибытия Роб неожиданно для себя оказался в роли личного оператора Анри Керлека, его мальчика на побегушках и невольного слушателя. Список казней, составленный Робом, начинался с того, чтобы «придушить А. К. этим его дурацким ожерельем с египетским „крестом жизни“ на шее», далее следовало перерезать кислородный шланг на скафандре Анри, запихнуть Керлека в термокамеру, бросить посреди океана без гравикомпаса или скормить энокампусу. У некоторых из обитателей станции, по обыкновению перечитывающих тайный бюллетень «Смерть А. К.», это последнее предложение вызывало особые возражения ввиду крайней жестокости по отношению к энокампусу.
Впервые желание убить Анри пришло к Робу на вечеринке, устроенной Надей и ее мужем, Пьером Адлером, в их собственной каюте, как раз когда вспомогательный носитель покинул орбиту и отправился в полугодовое странствие к Земле. На четверых гостей места едва хватало, и, чтобы не перегружать вентиляторы, пришлось оставить дверь открытой. Подавали дыни из гидропонной оранжереи, наполненные картофельной водкой домашней перегонки, из запасов Палашника. Напиток с привкусом дыни пили из сердцевины плода, а потом пропитанную водкой мякоть резали на куски.
— У меня появилась новая идея! — произнесла Надя после третьей дынной дольки. — Оставить лист бумаги возле реактора, чтобы стал радиоактивным, а потом написать на нем письмо, будто от поклонника, и подсунуть под дверь. Анри сохранит послание для коллекции и умрет от медленного облучения.
— Слишком долго, — возразил Джозеф. — Даже если Керлек станет таскать письмо в кармане, потребуются годы, чтобы его доконала радиация.
— Зато можно с удовольствием наблюдать, как Анри лысеет, — возразила Надя.
— О ком это говорят — удивился Роб.
— Об Анри Керлеке, — прошептал человек,
— Лучше облучить его гель для волос, — заметил Пьер. — Тогда доза облучения станет возрастать ежедневно, а источник облучения окажется вблизи мозга.
— Ха! Да там уже давно все отмерло!
— Заменить в дыхательной смеси аргон на хлор, — предложил кто-то невидимый Робу, и тут же в комнате воцарилась тишина.
В дверях стоял Анри. Непрошеный гость, по обыкновению, улыбался
— Задумали кого-то прикончить Надеюсь, речь идет о нашем дорогом начальнике станции. — Керлек оглянулся через плечо, чтобы убедиться доктор Сен находится вне пределов слышимости. — А я вот придумал безотказный способ оглушить громадным окороком или телячьей ногой, а когда приедут полицейские — угостить их орудием преступления. Они так ни о чем и не догадаются!
— Как у Роальда Даля, — пробормотала Надя. — Правда, там была замороженная нога ягненка.
Анри не слушал.
— Понимаете, в чем здесь смак Полицейские поедают орудие убийства! Пожалуй, когда вернусь на землю, напишу на этот сюжет детективный рассказ. Ну что ж, всем спокойной ночи! — Керлек махнул рукой и направился в сторону третьего отсека.
Тем утром Роб готовил для Анри особо жестокую участь. Керлек разбудил его в пять часов утра (на три часа раньше!) и с крайне таинственным видом вызвал в комнату, где хранилось оборудование для подводного плавания.
Помещение находилось внизу первого отсека. Большая, округлая комната с костюмами для подводного плавания и дыхательным оборудованием, развешанным по стенам, со скамьями, чтобы быдо удобней надевать скафандр, и круглым бассейном посредине — здесь исследователи с Земли могли спуститься в темный океан Ильматар. В этом помещении благодаря присутствию морской воды с температурой ниже нуля, как правило, было холоднее всего.
Анри поджидал Роба внизу лестницы. Как только Роб спустился, Керлек захлопнул задвижку.
— Теперь нам удастся побеседовать с глазу на глаз. У меня к тебе важное дело.
— Что!
— Сегодня в час ночи отправляемся понырять. Никому не говори. И никаких записей в судовом журнале.
— Как это И почему сегодня И с какой стати ты разбудил меня ради этого разговора в пять часов долбаного утра
— Необходима строжайшая секретность.
— Анри, я не стану ничего предпринимать, пока ты не скажешь мне, что именно затеял. Хватит с меня этой игры в рыцарей плаща и кинжала.
— Ну тогда сам посмотри.
Анри повел собеседника к двери в третий отсек, немного приоткрыл дверь, чтобы можно было заглянуть внутрь, после чего жестом пригласил Роба следовать за ним в лабораторию, общую для Керлека и Нади Кайл.
Помещение оказалось крошечной комнаткой, вдвое меньше спальни, и было полностью захламлено природными артефактами, дисками без названий и емкостями с образцами видов. Посредине возвышался серый контейнер большого размера из пластмассы, размером с человека. Поверхность контейнера украшала маркировка кириллицей и небесно-голубой символ АИК ООН.