Окно
Шрифт:
– Неделю назад я получил с космической базы Патруля это видеописьмо, промолвил незнакомец.
– Однако именно мне там предназначена лишь небольшая часть. В ней мой давний друг Горан Делич попросил передать остальное вам.
Лино смотрел на прибывшего, словно завороженный.
– Горан... жив?
– сумел наконец спросить он.
Визитер удивленно сдвинул брови, потом пожал плечами и ответил:
– Мне известно не больше, нежели
Будто во сне, Лино взял протянутую ему кассету, и незнакомец, коротко попрощавшись, вышел из комнаты.
Нескольких минут было достаточно, чтобы придти в себя и дрожащими руками выполнить несложные технические процедуры. На стене что-то мягко мигнуло, потом в комнате появился небольшой столик, за которым сидел Горан, и Лино впился ладонями в подлокотники кресла.
– Здравствуй, дорогой мальчик, - произнес Горан, подняв голову. Когда ты услышишь мои слова, я уже буду существовать только в этом письме. Не суди меня слишком сурово, однако, собственноручно послав тебя в лапы смерти, я сам лишил себя права на жизнь. К счастью, фортуна оказалась на твоей стороне, но есть ли в этом хотя бы наименьшая моя заслуга?
Горан начал перечислять свои ошибки, приведшие к такому трагическому повороту событий, и называть примеры верных решений, которых он не принял, а Лино, замерев в кресле, никак не мог избавиться от чувства ирреальности всего происходящего.
– Ты сказал тогда, что слишком меня любишь, чтобы допустить мою гибель. Поверь, я люблю тебя не меньше, но случилось так, что я поставил под вопрос искренность своих чувств. Конечно, ты будешь считать мое решение абсурдным, но делать вид, что ничего особенного не случилось, тоже глупо. Я не сдержал обещания, данного твоему отцу, беречь тебя, словно собственного сына, и должен теперь за это заплатить. Прости меня за все, и... прощай...
Запись уже давно кончилась, а Лино продолжал сидеть в кресле неподвижно, словно каменная скульптура. И когда наконец шевельнулся и медленно поднялся на ноги, в голове билась только одна мысль: "Это я его убил... это я...".
Сделав несколько шагов по комнате, он снова замер. Потом неспеша подошел к шкафу и, взяв с нижней полки пластиковый пакет, вытянул из него темно-синий комбинезон. На какое-то мгновение его лицо приняло настороженный вид, однако вскоре губ коснулась безумная усмешка. Бластер оказался на месте.
Сев назад в кресло, Лино убедился, что оружие заряжено, и, сняв его с предохранителя, повернул
– Трус... Рохля! Слюнтяй сопливый! Тряпка!
Он поднялся, двинулся к кровати и, шепча: "Боже мой, как это все бессмысленно... как дико... мама моя...", упал лицом вниз.
В чувство его привел видеофонный сигнал, на этот раз внешний. Сначала Лино не хотел отзываться, но потом поднялся и нехотя бросил:
– Прошу.
В комнате появился начальник патрульной базы.
– Здравствуй, лейтенант, - как-то по-домашнему поздоровался он.
– Салют, командор, - по привычке поднялся Лино.
– Садись, садись, - махнул рукой начальник.
– Как твое здоровье?
– Спасибо, уже все хорошо.
– Прости, что беспокою тебя. Здесь такое дело. У нас завершила работу комиссия, которая разбирала твое поведение во время патрулирования, однако ни к какому категорическому выводу так и не пришла. Фактически ты будто бы и нарушил приказ, но, с другой стороны, имел на это некоторые формальные права. Так что главная угроза миновала, и если ты выразишь желание продолжать службу у нас, то можешь особенно не беспокоиться. Я тебя отстою.
Лино опустил голову.
– Извините, командор, - тихо промолвил он, - я ещё окончательно не решил, однако... Скорее всего, я буду просить перевести меня обратно, в Космическую полицию...
Легкая тень обиды пробежала по лицу начальника базы, но тут же исчезла.
– Я понимаю тебя, парень, - тяжело вздохнул он.
– Все мы любили Горана, и никто не может до сих пор сообразить, что случилось. Так внезапно, не передав на базу ни единого слова... Может, тебе что-то известно?
– Известно... кое-что...
– произнес Лино, и внезапно его щеки покрылись красными пятнами.
– Я знаю, что Горан...
– он запнулся, и вдруг повысил тон едва не до крика: - Горан был самым добрым, самым честным, самым смелым из всех, кого я знал! Он был самым лучшим во всей Вселенной!!!
– Я понимаю тебя, парень, - обескураженно пробормотал начальник базы, - прости меня, старого...
Он отключился, и Лино тут же круто выругал себя. Потом снова прилег, закрыл глаза и мысленно произнес: "Извините, капитан, может, я сделал что-то не так?".