Окольцованный
Шрифт:
Надо искать варианты, ведущие к победе. Иначе, вылечу в коридор Квестхолла.
Артем бьет тычковым ударом, направив колючий шар мне в голову. Отбиваю в последний момент ребром щита вверх. И сразу тесак бросаю вперед. Но не до конца. Это не удар, а его имитация. Я еще не привык к своему оружию. Увлекусь, и, если противник проявит такую же расторопность, как с копьем, останусь безоружным.
В ответ опять тычковый удар. Отскакиваю.
По положению рук на рукояти вижу, что вот-вот начнет махать, как топором на рубке дров.
Пошел
Я отскакиваю влево, а он тут же обратным махом бьет в меня. Прыгаю еще дальше. В ногах уже боль. Они наливаются свинцовой тяжестью и болью.
Снова лицом к лицу. Его удар. Мой уход влево. И такой же удар мне вдогонку. У него обратный мах хорошо поставлен. Мог и достать! А шипы-то в смоле из кроны колючего дерева! Самые крупные, гад, выбирал!
Клинок держу вертикально, спрятав за краем щита. Выжидаю повтора.
Удар. Я отскакиваю, но теперь вправо. Удар следом. Достал самым концом по щиту. Но удар слишком сильный. Артема инерция поворачивает дальше, и он подставляется.
Коротко рублю от плеча! В правое плечо.
Тесак, словно бритва, разваливает мышцы от шеи до локтя! Я даже успел увидеть белую кость, по которой прошлось остриё! И крик врага, заглушаемый шлемом! Наверно очень больно! Это уже не боец. Это его поражение, а моя победа. Но еще не окончательная.
За спиной слышу громкие голоса. Там и интонации ужаса, и парочка «ура» послышалось.
В голове проскочил вариант, оставить поверженного противника, в надежде, что это станет для него уроком. Теперь он точно инвалид. Но Артем, это не тот человек. Это не соперник. Он враг. Да и я не благородный рыцарь из книг. Несколько секунд рассматриваю его спину. Сбрасываю с руки щит, и бью тесаком чуть ниже края шлема, где белеет кожа шеи. Острейшее лезвие легко отделило голову от туловища.
Тело упало в траву, заливая ее из обрубка шеи кровью.
Оглядываюсь на толпу. Ждали шоу? Зрелища? Получили?
Кому было мало, сейчас дополню! Беру труп за воротник ветровки и волоку к обрыву. Сталкиваю его в пропасть. Туда же, по-футбольному, ударом ноги отправляю и голову покойника.
Из рядов зрителей выходит Олег. Выглядит довольным таким результатом. Да у него и речь заготовлена!
– Я и мой клан признаю старшинство Григория!
Как-то он это театрально, с пафосом, произнес.
– Чихать я хотел на старшинство. Увижу, что кто-то тут будет причитать по покойнику, или попытается что-то установить в память о нем, сброшу к нему. Пошли, Аня! Я жутко проголодался!
Глава № 34
— Как я вам? Держался бодрячком? — спросил я тихо Аню, когда мы отошли от толпы, начавшей было стягиваться в мою сторону.
— Жесть! Я думала, что сойду с ума. Устал?
— Если честно, то еле-еле передвигаю ноги! Еще пару минут боя, и я бы просто свалился от
— Теперь опыт имеется. Переделаем, если надо!
— Переделаем! Но сначала стройка!
— Вначале — обед! Вон, приготовься, сейчас девки от радости визжать начнут!
На границе победителя встречал весь клан. Послушные! Никто не пошел подглядывать издали! Хотя могли и подглядывать, а потом быстро вернуться.
Женщины затискали меня со всех сторон. Кто-то гладил, кто-то обнимал и целовал, кто-то пару раз всей пятерней ущипнул за задницу. Все искренне рады. Не победе в поединке, а тому, что выжил.
Иван и Рома просто молча пожали мне руку. Кажется, но у обоих на глазах готовы были появиться слезы. Какие-то все вокруг меня впечатлительные собрались.
— Зиночка! Что у нас есть? Слона готов съесть! Причем, запеченного в виде пирожков!
— Слонятины нет! Если есть желание, можем вскрыть упаковку с кенгуриным мясом! Если нет, тогда грибной крем-суп. А на второе куриные отбивные в кляре с сыром и помидорами.
— И выпить!
Этого добра у нас было много и на любой вкус. И, как я знал от девчат, во всех кланах был большой запас алкоголя. Бутылки у этой номенклатуры товара были более устойчивыми к падению с высоты. Только у кого-то алкоголь хранился, а у некоторых потреблялся регулярно и больших количествах. Ходили разговоры, что Виктор и Кирилл чрезмерно употребляли как в паре, так и в одиночку.
За выпивку у меня в клане стал отвечать Иван Петрович. Выпить он мог, и, как сам говорил, любил. Но для него всегда было важным «где, когда, с кем и сколько». И что выпить! И как! У него было много ритуалов и тостов. А еще с его появлением в наших запасниках стало уменьшаться количество водки, и увеличиваться на тот же объем количество всевозможных настоек.
Зина уже разливала всем суп в новую посуду, а Иван, начиная с меня, настойку.
— Это на чём?
— Кора дуба, чай, ванилька и перец. Душистый! Эта настойка быстро готовится. Для настоек на ягодах срок нужен хотя бы в пару недель. А закусить, вот, — он пододвинул блюдо с мёдом, в который были до середины воткнуты мелкие малосольные огурчики корнишоны. — По рецепту от профессора Преображенского, между прочим!
— За победу? — подняв свой стакан, спросил Роман.
— За то, что мы сейчас все тут вместе! — предложил свой тост я.
Настойка прошла внутрь легко, сразу наполнив живот приятным теплом, которое тут же начало расползаться по всему организму.
Закусив медовым огурцом, я решил поумничать.
— Знаешь, Иван Петрович, что не этим закусывал уважаемый всеми Филипп Филиппович!
— И чем же?
— Я тоже как-то читал по этому вопросу. Так вот, большинство людей уверены, что закусывали они костным мозгом, запеченным с чесноком. Подается в небольшой подогретой розетке и с кусочком немягкого чёрного хлеба.