Окошко 31

Пазетти Альдо

Внезапно от волнения засосало под ложечкой. Крылья, ну да, крылья! А подойдут они ему? Не малы будут? Он раскинул руки, напряг мускулы и глубоко вздохнул. Все же руки по-прежнему сильные. А вдруг над ним станут смеяться — в его-то

возрасте и с крыльями!

Однако, поразмыслив, он успокоился, поверил в себя. Ничего смешного в этом нет. За крылья ухватятся его дети — они давно с надеждой поджидают его. Мария, бедняжка, уже не сможет подняться ввысь — сил не хватит. Зато дети взмоют вместе с ним в чистое лазурное небо! Вот это будут полеты так полеты! Конечно, не каждый день. Но уж в воскресенье они точно взлетят с террасы навстречу теплым струям воздуха.

И тут до него донеслись визгливые крики. До окошка всего несколько шагов, стоит ли так горячиться? Кто-то отошел от окошка, бурча:

— Крылья типа Б кончились. Остались только типа В, а они намного хуже.

Ведретти перечитал письмо — пожелтевший, почти истлевший листок, словно бы ему сто лет. Нет, или тип Б, или ничего. Он уже собрался уйти. Мошенники, надо было запастись нужным количеством крыльев, а не вводить в заблуждение людей. Да, но что скажут дома? И он покорился судьбе. Чем возвращаться с пустыми руками, лучше уж как-нибудь приспособить эти крылья типа В. Но боже, как он устал, еще немного, и он не выдержит.

Счастье еще, что он почти у самого окошка. Вот сейчас получит крылья его добрый сосед, седовласый гигант, а потом и его очередь. Но куда он подевался? Вместо него впереди стояла худая, с впалыми щеками женщина, вся в черном.

Пришел старший сын Ведретти.

— Ты все еще тут, папа? Мама совсем извелась.

Ведретти вяло махнул рукой. Потерпите. Еще немного потерпите. Всего несколько минут. Он уже видит крылья в проеме окошка. Их вручают упакованными — остается только подписать бумагу. Впереди — всего двое.

— Тип В кончился, — услышал он точно в полусне, — остались только крылья типа Д.

«Может, и они сойдут», — подумал Карло. Он уже привык к неудачам. Когда ему вручат упакованные крылья, пусть даже неважные, типа Д, он сможет наконец передохнуть.

Он был уже вторым. Из окошка предупредили:

— Это последние.

Но Карло не услышал. Теперь его очередь. Он напоследок оглянулся и с жалостью посмотрел на очередь, которая черной змейкой вилась по мраморному полу и исчезала в пасти коридора. Затем близоруко уставился на служащего, показывая письмо.

Тот с безучастным видом вынул табличку и повесил ее под номером 31: «Крылья кончились».

И с резким стуком окошко захлопнулось.