Шрифт:
Стальная справедливость.
Олеандр Олеандров.
Сайт автора: http://www.proza.ru/author.html?oleanmdr
Глава 1.
История которую я не могу забыть уже много лет. Рассказанная мне стариком умирающим в одной грязной больничной палате.
Среди пробирок. вонючих лекарств и утки с вечерней мочой.
Я
– Я убил их всех - вдруг прошептал он хриплым голосом.
– У Вас бред, Николай Григорьевич?
– осведомился я.
– Я не Николай Григорьевич - вдруг усмехнулся он осклабившись, показав желтые зубы.
Как мы подружились с ним?
Это случилось 10 лет назад. Когда он работал скрипачем в театре.
В этом же театре я был простым актером, незаметным как серая мышь.
А подружились мы после его неудачной женитьбы на дочери одного генерала.
И причиной развода стала… гениальность нашего режисера.
Дело было так.
На юбилей театра, режисер решил пополнить театральную кассу.
И уговорил скрипача стать символом театра.
Идея была простая и гениальная как слеза.
Так как театр был беден и не выполнял план, то режисер одел скрипача в нищенские лохмотья и посадил у входа со скрипкой. Прямо на ступеньки.
А возле него положил шляпу в которую гости юбилея могли оставлять свои пожертвования.
В общем - скрипач был полным олицетворением театра.
А режиссер просто сиял от своей идеи.
Но только…бедный скрипач не успел предупредить свою супругу.
И когда та приехала с мамашей и папашей в полном наряде и в шикарных костюмах - то генерал внезапно увидел своего зятя в каких-то лохмотьях, пиликающем на скрипке у входа в театр и выклянчивающим копейки у входящих (это и был гениальный замысел режисера).
Вся семья долго стояла и издали расмматривала зятя, как будто заново открывая его для себя.
Потом не заходя в театр, они молча развернулась и уехали.
В обшем, семья не оценила старания зятя - скрипача.. И через месяц он развелся с дочкой генерала..
И вот теперь, этот старик умирал. держа меня за руку.
– Кого же Вы убили, Николай?
– спросил я от скуки полагая что старик начал бредить.
И тогда он начал свой рассказ. Который на протяжении многих лет затем не давал мне спать по ночам.
– Меня зовут не Николай - сказал старик.
– Мое настоящее имя Рома.
Старик рассказывал сбивчиво - иногда останаявась, засыпая, перескакивая с места на место, а
я все слушал боясь пропустить хоть слово.
Сначала он рассказал что его дед был священником. В маленькой сельской церкви.
Маленький Ромка часами смотрел как он что-то пел и размахивал лампадой.
Иногда подмигивая ему, Ромке.
А еще его дед - был сельским лекарем по совместительству. Вот это его и убило.
Однажды к нему принесли раненого НКВДиста, который был ранен в перестрелке с националистами.
Чекист стонал, сжимая зубы. Умирал от пули в животе.
Дед вытащил пулю но не знал выживет ли чекист.
Положил его в свою светлицу.
А в следующую ночь принесли раненого националиста.
И тогла мой дед уже спасал националиста, прочистил рану и перевязал его.
Утром националисты забрали своего, а через два дня чекисты забрали раненого чекиста. К счастью тот уже выздоравливал.
А через месяц случилось неожиданное - деда забрали в милицию.
И забирал его тот самый чекист которого спас дед.
– Ты, сволочь бандероваская, помогал им! Я сам видел!
И деда отправили в Сибирь. Больше его я никогда не видел.
Но наши беды только начинались.
Я постарался успокоить его, налил миниралки.
– Помнишь как я "застрелился" на сцене?
– старался я отвлечь его.
– Обожди. Слушай дальше - перебил меня старик.
Чекисты обыскивали их хату каждый день.
Сначала забрали все золотые вещи, потом все запасы зерна, потом - все что имело какую-то ценость. Даже ложки и кастрюли.
Во время обысков Ромка прятался на развалинах старой конюшни.
Это были горы битого киррпича. которую сельчане превратили в мусорный отход.
И вот там, среди мусора, он нашел лазейку куда-то под кирпичные плиты,
Спустившись на двух метровую глубину, он нашел там маленькую комнату.
Может это была кабина какого-то разобранного грузовика, а может фургон, но там было уютно. И только палки какие-то торчали из пола.