Олеся
Шрифт:
– Я умыться хочу... Но у тебя родители спят. У тебя салфетки влажные есть и зеркало?
Такая смена темы выбила парня из колеи.
– Салфетки?
– Салфетки! Ты слова такого не знаешь?
– проворчала я.
– Я сейчас как арлекино, наверно. Умоюсь, а потом обсудим, кто что сказал, ладно?
– немножко подхалимски закончила я. Поняв, что все было прилично (насколько возможно! Сомневаюсь, что сама переоделась в футболку), я успокоилась,
Эльмир помолчал, потом заявил:
– Ты меня с ума сведешь!
– и ушел. И как это понимать? Он за салфетками ушел или убежал, чтобы я его совсем с ума не свела?
Вернулся он с салфетками, прочитав надпись, я удивилась, они были "для снятия макияжа", какой он, однако, запасливый, я покосилась на Эла. Он поймал мой взгляд и закатил глаза:
– Это мамины.
– Я ни о чем не спрашивала, - заявила я.
– Зато много чего придумала.
– А зеркало?
Эл поманил меня к себе. Я насторожилась. Он развернулся и отошел к стене, что-то повернул и выдвинул зеркало во весь рост.
– Ого, прикольно!
– прокомментировала я. Осторожно встала, проверяя длину футболки. Длина оказалась более чем приемлемой, я с сомнение посмотрела на Эльмира - неужели он настолько выше меня?
Зеркало показало, что волновалась я зря - похоже, большая часть косметики перешла на наволочку, ещё какая-то смылась слезами, и осталась самая малость. Насколько возможно быстро я почистила личико, а потом, обойдя Эльмира, залезла на кровать, села и стала пристраивать на себе одеяло.
– У тебя здесь холодно, - подала я голос, укутавшись так, что было видно только лицо.
– У меня тепло, - заявил это изверг. Ничего себе! Меня знобит, между прочим.
– Так что я тебе сказал, после чего ты решила, что я на твою честь покушался?
– Теперь он язвит. Ну ладно, потешься мальчик, мне-то уже неинтересно. Я спать хочу.
– Ну, ты сказал...
– я зависла. А что он сказал-то?
– Ты удивлялся, как я могла такую ночь забыть! И ещё руки опять распускать начал. Что я должна была подумать?
– Я зевнула.
– Я всего лишь к руке прикоснулся, чего я распускал-то, недотрога? Мне нравится к тебе прикасаться.
– Ага, - кивнула я, уже не очень вслушиваясь.
– Ладно, проехали.
– Ты всегда так импульсивно реагируешь на мелочи?
– Не люблю, когда меня трогают.
– На других ты так не реагируешь, - раздалось рядом.
– На кого?
– вяло спросила я. Глаза уже закрылись, но беседу я пыталась продолжить.
–
– Я им доверяю, - совсем тихо сказала я.
– А мне - нет?
Я решила, что на глупее вопросы можно не отвечать и начала соскальзывать в сон.
– Спишь?
– я уже говорила про глупые вопросы? Тут меня погладили по щеке и Эл прошептал:
– Такая нежная и такая колючая.
– Ммм... Какая ты горячая...
– пауза.
– Не понял...- затем вопль, - А ты чего горячая-то такая?!
– Нормальная я. Озабоченный.
– Детка, я серьёзно, ты реально горячая!
– он повернул меня к себе лицом и прижал губы к моему лбу.
– Блин, да у тебя температура.
– А я думаю, чего из-под одеяла вылезать не хочется...
– отбивая зубами чечетку, простонала я.
– Сейчас градусник принесу.
Градусник выдал 38,6. Я спряталась под одеяло и там начала подвывать:
– Вот блин! Ну что за жизнь такая. Всё не вовремя!
– Олесь, выбирайся! Будем тебя лечить.
Я откинула одеяло.
– Не надо меня лечить.
– Ты осложнение хочешь?
– Не будет никакого осложнения.
– Ты плохо соображаешь от температуры, - услышала я. Вот нахал!
– Нормально я соображаю, - рыкнула я, как та самая Моська. Кто слон, догадайтесь сами. Меня не слушали.
– Ты вчера простыла, наверно. У тебя горло болит? И что там ещё обычно болит?
– парень явно решил поиграть в доктора, притом, что знаниями в области медицины не блистал.
– Ты часто болеешь?
– с подозрением спросила я.
– Редко.
– Оно и видно.
– Нас спасет моя мама...
– Не надо маму!
– ...или интернет! А лучше вызовем врача.
– Сколько вариантов, - проворчала я.
– Давай обойдемся парацетамолом.
– Это что?
– Это жаропонижающее.
– Лучше я врача вызову.
– Не надо врача, я знаю что делать!
– Часто болеешь?
– это он типа ехидничал?
– Не чаще других. Просто я знаю, почему в этом конкретном случае у меня поднялась температура, - Эльмир насторожился.
– И почему?
– От стресса.
Пауза.
– Ты шутишь?
– он с сомнением смотрел на меня. Правильно, я тоже сомневалась первые два-три раза...
– Я серьёзно. Если я перенервничаю, то на пару дней у меня высокая температура, а потом все проходит и неважно - лечусь я или нет.