Олеся

Ана

Последняя фраза словно привела его в чувство, и он отвернулся к окну. А я... Я сидела оглушенная. Звучало так, словно я рядом с ним - это плохо для него, болезненно. И говорил он о том, что казалось мне ненужным. Лишним. И звучало так, словно касалось кого-то другого.

– Когда предложил тебе встречаться, я искренне верил во все, что говорил, - он аккуратно разглаживал покрывало под рукой.
– И не думал, что все может привести к тому, что я впервые в жизни пойму, как это больно, когда твоя девушка просто смотрит на другого. А когда она смотрит на другого с грустью,

то сердце словно рвется на части. Это физически больно. И ведь я знаю, что ты никогда не обманешь. Ты сказала, что будешь со мной, значит так и будет. Но сейчас я еще за миллиметр до той черты, за которой не смогу отказаться от тебя, и думать о том, что будет лучше для тебя, а не для меня. И я понимаю, что со всей своей искренностью ты даже не задумываешься о том, что тебя тянет к Эльмиру, - я спрятала лицо в ладонях, не в силах видеть его опустившихся плеч, потерянного выражения лица, руки, сжавшейся в кулак. Но даже этот кулак, такой тяжелый и опасный, выражал охватившие сейчас Рыжика боль и отчаяние.

Мне не нравилось то, что он говорил. Его слова царапали изнутри. И его боль отдавалась где-то внутри меня. Я осторожно положила руку на его кулак.

– Петь, не надо, - тихо попросила я. Он разжал руку, перевернул ладонью вверх и наши пальцы переплелись. Я прижалась щекой к его плечу.
– Почему ты хочешь от меня отказаться?

– Потому что я люблю тебя, хорошая моя, - он немного повернулся, и вторая рука легла на мой затылок.
– Люблю.

Я замерла. Он почувствовал мое замешательство.

– Вот об этом я и говорю, - его губы коснулись на мгновение моих волос.
– Вместо ответа ты впадаешь в ступор. Но я сказал не для этого. Просто хочу, чтобы ты знала.

– Петя, - я попыталась заглянуть ему в глаза.
– От тех, кого любят, не отказываются!
– он посмотрел мне в глаза.

– Хорошая моя, вопрос в том, кого любят. Если думать о себе, то, конечно, не отказываются. Но держать рядом человека и делать его несчастным, это не любовь. Это эгоизм, - конец фразы он выговаривал все тише.

– Петь?
– удивилась я.

Он потер лицо.

– Лесь, я, похоже, перебрал. И сейчас отключусь.

– Ещё бы ты не перебрал, - начала ворчать я.
– Весь день бокал только успевал наполнять!

– Солнце, не ругайся, - вяло сопротивлялся он.

– Вставай, я расправлю кровать.

Он встал, я быстро стянула покрывало. Он уселся в кресло. Я покачала головой.

– Раздевайся! Или тебе помочь?
– Рыжик улыбнулся.

– Неужели ты сама меня разденешь?
– он хмыкнул.
– Я об этом столько мечтал.

Начала стягивать с него футболку.

– Руки подними, - скомандовала я. Он поднял, и тут же опустил на мои плечи и притянул меня к себе. Я упала к нему на колени. Одна рука легла на мою талию, другая пристроилась на моем бедре и начала его поглаживать.
– Ты не так уж и хочешь спать!
– усмехнулась я.

– Хочу, - тихо сказал он, скользя губами по моей шее.
– Но есть то, чего я хочу ещё больше, - мое сердце привычно пропустило удар, а потом ускорило свой ритм. Рука опустилась с бедра до колена, и

скользнула под юбку, остановилась на резинке чулка. Я притихла. Рука из-под юбки выскользнула, а Рыжик прижался лбом к моему виску, обняв меня обеими руками.
– Как мужики в монастыри уходят, а?
– жалобно спросил он. Я нервно хихикнула.

– Не знаю. Так что, тебя раздеть? Или сам справишься?

– Лучше сам.

– Ладно, - я обхватила его лицо руками и поцеловала.
– Тогда я пошла в душ. Надеюсь, очереди там нет.

– Угу, - согласился Рыжик.

– Может, вместе пойдем?

– Ты садистка, - до меня не сразу дошло, на что он намекает, я сразу вспыхнула.

– Я не то имела... я просто... Петя!

– Ладно, сейчас у меня все мысли в одну степь. Иди.

Я возвращалась из душа, и встретила Веронику. Та потеряно оглядывалась.

– Ника, кого ищешь?
– она посмотрела на меня и улыбнулась. Мягко, едва заметно, как умела только она. За одну улыбку я была готова её обожать.

– Лесь, я умыться хочу. Заблудилась.

– Пойдем, покажу, - я мотнула головой.
– Мы даже не поговорили толком! А ведь так давно не виделись.

– Да, я соскучилась. Но сейчас к сессии время идет, стараюсь все сдавать, чтобы автоматы получить.

– Как на работе дела?

– Может, поговорим попозже?
– Ника посмотрела немного неуверенно. Она очень редко предлагала первой встретиться, погулять. И, насколько я знала, такие предложения были обращены только ко мне. И отказать ей я не могла. К тому же, просто любила с ней общаться.

– Ты тогда в душ, а я все в комнату отнесу и приду.

– Ой, у тебя же Петя...
– растерялась девушка.
– Я забыла.

– Он уже заснул, скорее всего, - засмеялась я.
– Он сегодня отмечал гораздо активнее меня. Так что, давай по-быстрому.

– Хорошо, - Ника ушла в ванную.

Я заглянула в свою комнату. Рыжик спал. Я не стала его трогать, помня, что он иногда во сне хватает меня и прижимает к себе, а если начну вырываться, то разбужу его. Пусть уж спит. Я вздохнула. Если честно, то я планировала провести эту ночь иначе. Можно сказать, приготовилась со всех сторон. Но что тут поделать? Сама виновата. Не было бы сегодня Эла, и Петька бы не напился. Я тихо вышла из комнаты.

Мы прихватили бутылку вина и поднос с закусками, и отправились на кухню. У Елисеевых это было одно из моих любимых мест. Обычно они обитали здесь, особенно, когда приезжала мама, которая любила готовить. Атмосфера здесь была домашняя, уютная.

Мы только начали беседу, как на кухне нарисовалась Ксю.

– А что это вы тут делаете?

– Продолжаем банкет, - я отсалютовала ей бокалом.

– Можно к вам?

– Ника, ты не против?
– девушка мотнула головой.
– Присоединяйся, - кивнула я.

– Тут где-то мартини остался, - Ксю полезла по шкафам.

– А Артем где?

– Андрей его к себе в комнату положил, - сердито ответила Ксю.
– Ну, вот где справедливость? Петька с тобой, а мне вместо Артема, девчонок прислали, - ныла она.