Ольга
Шрифт:
Разговор будет не из простых, но это единственный вариант. Я смогу поехать в Вену, а Алиса останется с тем, с кем ей стоит быть, наверное, даже больше, чем со мной – с родным братом.
Его личный номер был у меня в телефонной книжке. Собравшись с мыслями и сделав глубокий вдох, я набрала его номер.
– Алло. Ольга? Привет. Что-то случилось с Алисой? Она не берет трубку.
Именно это пугало в Олеге больше всего. Его навыки агента ФСБ, постоянный контроль и анализ происходящего вокруг, проецировались на всю его жизнь. Рядом с ним ты словно находишься на допросе и каждое твое слово подвергается скрупулёзной оценке.
– Привет. Нет, с Алисой все нормально. Она у меня дома, – я нахмурила лоб, понимая, что не следовало говорить ему это. – То есть, ладно – с ней не все нормально. Но я не могу
Он не отвечал где-то с полминуты. В это время из кабинета главного редактора вышли Жорж Баскье и Алексей Кричевский, которых провожала до лифта Татьяна Тимофеевна. Мои взгляд хаотично забегал по потолку офиса, чтобы избежать встречи с глазами Алексея. Но похоже этого и не требовалось. Кричевский был полностью увлечен своими спутниками, не обернувшись на рабочую зону ни разу.
– Я все понял, – наконец ответил Олег. – Ты на работе?
– Да, я в редакции.
– Я подъеду через полчаса. Жди звонка.
Я не успела сказать «хорошо», как он сбросил вызов.
Не стоило говорить ему про то, что Алиса у меня дома, еще раз отругала я себя. Не нужно быть заботливым братом и профессиональным агентом ФСБ, чтобы сложить дважды два в этой ситуации. Теперь через полчаса у редакции меня будет ждать не просто обеспокоенный родственник, а человек с определенными выводами в голове.
Между тем, Татьяна Тимофеевна дождалась пока за начальством закроются двери лифта и затем, развернувшись, окинула взглядом рабочие столы своих сотрудников. Поймав взглядом мое место, она жестом подозвала меня, указав на свой кабинет.
– Закрой дверь и садись, – непривычно строго сказала она, когда я оказалась в её кабинете.
Я села на стул напротив её стола.
– Я хорошо тебя знаю, – продолжила главный редактор. – Одно из твоих лучших качеств, как в работе, так и по жизни – это цепкость. Целеустремленность, которой можно только позавидовать. Ты умеешь не растрачиваться по мелочам и быть эмоциональной ровно на столько, насколько это нужно в каждой конкретной ситуации.
Я не в первый раз слышала о себе подобную характеристику и каждый раз внутренне противилась этим определениям, представляя себя каким-то «роботом».
– Но сегодня, я увидела незнакомую мне Ольгу Воронцову. Я не знаю, что за причины выбили тебя из колеи, но выкинь эту суматоху из своей головы. Ты к ней неприспособленна.
Я смиренно кивнула головой, как школьница перед строгим учителем.
– Если тебя заботит, что именно ты поедешь на выставку, а не кто-то другой, кто по-твоему заслуживает этого больше, чем ты, – она изучающе посмотрела на меня, словно оценивая, верно ли её предположение. – Так вот, я расскажу тебе одну историю. Полтора года назад в этой редакции появилась красивая девушка, которая очень хотела научится работе журналиста. Она была увлечена архитектурой и довольно хорошо разбиралась в материале, но ей не хватало опыта. Я решила дать этой девушке самую черновую работу из всех, что только возможны в профессии пишущего журналиста. Около двух месяцев ты собирала для всей редакции материалы, писала массу заметок, большая часть которых уходила «в стол», бегала по всем пресс-релизам и договаривалась об интервью. Ты не пожаловалась ни разу и ни разу не сдалась. А ты не студентка на практике, ты сложившийся профессионал в других сферах. Твое резюме в иных местах стоит больше, чем зарплата главного редактора здесь. Но нет. Ты поставила себе цель и шла к ней, собирая свою новую карьеру по кирпичикам. А теперь обернись и посмотри на редакцию. Кто из них мог поступить так же? Наташа? Она сделала себе имя не здесь. Не в профессиональном издании, а в глянцево-гламурных журналах, где простительно не отличать интерьер от дизайна. И она осталась такой. Хорошим современным журналистом, который может достойно писать об архитектуре и дизайнерских решениях. Но ей ничего не дал этот журнал. Как он не дал почти ничего и Кристине, которую мы не раз отправляли на подобные мероприятия. Ты же стала для меня открытием. Именно твой стиль подачи материала – то, что нужно нашему изданию. Это сочетание легкости и профессионализма. Без попыток восхитить читателя и полюбоваться самой собой. В твоих текстах нет тебя, а есть дизайнерские решения, удачные и неудачные.
Если честно, то за всю свою жизнь, я не слышала в свой адрес ничего подобного. Я понимала, что я не плохой сотрудник и справляюсь с тем, за что берусь. Не важно была ли это работа в МИДе или частная школа, но я никогда не чувствовала себя лучшей хоть в чем-то.
– Здесь все необходимые материалы по венской выставке. Я готовила их сама, поэтому, если возникнут какие-то вопросы – звони и обращайся. Будь профессионалом, которого я привыкла видеть.
– Спасибо вам.
– Лучший способ выразить мне благодарность – это собраться и сделать свою работу хорошо. Поэтому, на сегодня ты свободна. Готовься к поездке и не забывай о том, что я тебе говорила: сумбур в голове – это не твое.
Я вышла из кабинета Татьяны Тимофеевны. Толстая папка с файлами о венской выставке была в моих руках, и она была для меня словно важный талисман, успокаивающий все вокруг. Я – профессионал и должна прежде всего думать об этом. Сегодня я получила вызов, к которому так долго стремилась. Нужно взять себя в руки и справится с ним.
Уже в лифте, собираясь покинуть офис, я осознала для себя весь сумбур произошедший с Алексеем. Ситуация с Алисой, наше сближение и её проблемы с Андреем, приоткрыли во мне дверь в тот мир, который мне не был свойственен. Я всегда умела ограждать себя от переживаний. Контролировать свои эмоции. Нужно держаться именно этого и выкинуть все лишнее из головы.
Выходя из лифта, я почувствовала, как вибрирует телефон в кармане пиджака. Переложив папку в другую руку, я достала его и ответила на звонок. Это был Олег, сообщивший, что уже ждет меня в своей машине на парковке возле офиса. Я ответила ему, что уже выхожу, но сама направилась не к раздвижным дверям выхода из здания, а в сторону зоны отдыха, стилизованную под японский сад. Положив свою сумку и папку на скамейку, я подняла глаза вверх и сделал несколько глубоких вдохов.
Все что требовалось сказать Олегу, могло уместиться в одну простую фразу: «твоей сестре нужна твоя поддержка». Но с последним словом было непросто. Поддержка в глазах Олега могла превратится в давление на Андрея. Это было не сложно предсказать. Все, с кем Алиса заводила более-менее серьезные отношения, всегда проходили тщательную проверку у Олега. Не физическую конечно, но по своим каналам Олег знал о мужчинах своей сестры почти все. И как только подворачивался удобный случай, тут же выкладывал Алисе всю подноготную того или иного её избранника. Какие-то внебрачные дети, странные счета или даже банальное употребление легких наркотиков. Все это в глазах Олега «влияло на их семью». Андрей же, со вчерашних слов Алисы, сразу попал в немилость к её брату. Для него он был безответственным ребенком, который живет только за счет денег своего отца и никогда не сможет послужить достойным примером для их общего с Алисой ребенка. В этом он был безусловно прав, но сейчас было важно, чтобы эту правду сначала приняла для себя Алиса. Об этом мне и хотелось ему сказать. Попытаться убедить быть более терпимым и не делать резких выводов.
Но как оказалось, этого и не потребовалось. Олег, конечно же, понял в чем причина нашей встречи. Понял про проблемы Алисы и Андрея. А главное осознал, как именно ему стоит вести себя в этой ситуации.
– Почему не сразу ко мне? – спросил он вместо приветствия, когда я села к нему в машину. – Она так боится моей реакции?
Мне ничего не оставалось, кроме как утвердительно кивнуть.
– Я понимаю, что порой бываю слишком предвзят. Но ведь она моя младшая сестренка. Я люблю её и должен защищать.
Признаюсь, было довольно странно, слышать эти слова от такого как Олег. Как и все в их семье, он был крайне высок и ко всему тому же атлетично сложен. Русый цвет коротких волос нисколько не портил эффект брутальной внешности. Единственное, что могло отличить его от героев боевиков, так это весьма интеллигентная манера общения.
– Наверное, забота тоже имеет свои границы, – решила сказать ему правду я.
– Я не вмешивался в их брак ни разу, хотя знал о нем многое из того, что Алиса никогда бы не захотела слышать.