Олигарх 4
Шрифт:
Когда уже Владыка Анатолий изложил мне всё это, я несколько минут просто не знал что ему сказать. Государь Император поразил меня очередной раз. Похоже он всерьез решил с моей помощью и за мой счет решить большие геополитические проблемы на восточных рубежах. И поэтому даже староверы священники, вам, ваша светлость, пожалуйста, почти на блюдечке с золотой каёмочкой. Только смотрите, не оступитесь.
Все остальные, кто идет в дальние края, староверы и сорок восемь семей греков. Это родственники тех, кто уже в Америке. Среди них двадцать взрослых мужчин и они все
На каждом пароходе идет доктор и два фельдшера. Здесь кадры самые надежнейшие, заранее подготовленные Матвеем.
Когда он представлял мне своих докторов, его голос дрогнул и к глазах блеснули слезы. После того как медперсонал убыл на места своей будущей службы, я спросил зятя:
— Матвей, только честно, хотелось бы самому пойти?
Матвей бросил на меня короткий взгляд и достал свою трубку.
— Хочу, Алексей, мечтаю об этом.
Накануне у меня был довольно тяжелый разговор на эту тему с Николаем, он категорично заявил, что в следующую кругосветку обязательно пойдет, даже если это будет ему стоить жизни. Аргумент был один — Николай Андреевич Макаров настоящий моряк и должен обойти шарик.
— Я вчера пообещал следующую кругосветку Николаю, так что давай решай с Аней и пойдешь с ним корабельным лекарем.
— А с Вероникой как он решил?
— А никак. Просто поставил её перед фактом. Жена моряка как и офицерская должна понимать без слов своё место в жизни мужа. Без этого для них невозможно семейное счастье.
— Тебе легко так говорить, твоя Соня это понимает.
— А ты думаешь Аня этого не понимает? Она же отлично понимала, что когда мы поехали в Оренбург, то это был смертельный риск. Или когда ты идешь к заразным больным. Так что Анна Андреевна это тоже понимает.
Матвей докурил свою трубку и разговор на этом закончился.
Обсудив все вопросы нашей подготовки к походу, мы вынесли единодушное решение — идем.
Последнее слово было за мной.
Я встал и оглядел всех сидящих за длинным столом. Среди которых были и Соня с женой крестного. Они тоже собираются идти с нами и по праву находятся среди членов совета.
— Итак, господа. Я выслушал всех и теперь мне надо принять решение. Так вот мое решение следующее, — я сделал паузу и еще раз оглядел всех присутствующих. В глаза мне бросилось напряженные лица молодого еще безусого донца-хорунжего и сидящего напротив него третьего помощника с «Дежнева», тоже молодого казака-донца, пожелавшего стать моряком. Я еще не успел с ним познакомиться. Против его кандидатуры у капитана Артемова было единственное возражение, какой-то он через чур восторженный, такие из-за этого часто гибнут. Но крестному молоденький моряк очень понравился и он взял его к себе.
— Итак, господа, мое решение следующее. Немедленно начинаем грузиться. Пассажиры в последнюю очередь. После окончания погрузки, сутки на полную проверку готовности к отходу и следующим утром после молебна на бортах отходим. С Богом, господа!
Глава 2
К
Утром 4-ого мы все были на воскресной Литургии, вся семья причастилась. А потом был замечательный воскресный день, тихий и спокойный. Тем более стояла замечательная осенняя погода, когда сухо и еще тепло. Печали расставания к моему удивлению не было, у всех было какое-то тихое преклонение перед Соней, что она все-таки идет вместе со мной.
После праздничного обеда была намечена общая прогулка по нашему имению, которое к этому дню было нарядно украшено. Но перед тем как всем встать из-за стола, Анна Андреевна попросила тишины и общего внимания.
Все взоры устремились на сестру, она немного покраснела и сделала жест в сторону Германа.
Он резко встал из-за стола и медленно и торжественно направился ко мне.
С наступившей тишине громко раздавались его шаги и мне показалось даже биение его сердца.
Зачем Герман идет ко мне было понятно, я встал, вышел из-за стола и посмотрел на напрягшихся за столом Соню, Бакатиных, Анисью с мужем и Николая с Вероникой. Они меня поняли без слов, все поднялись и встали у меня за спиной.
Подождав несколько минут, пока опять наступила тишина я посмотрел на Германа. Он два раза хлопнул своими глазами и громко сказал:
— Ваша светлость, Алексей Андреевич. Имею честь просить руки вашей сестры княжны Татьяны Андреевны, — Голос его прервался и он склонился в глубоком поклоне.
Я повернулся а Анисье, по-любому она Татьянина мать и я не в праве решать один. По щекам женщины текли слезы, она кивнула и тихо выдавила из себя:
— Да, ваша светлость, я согласна.
Герман две недели назад принял православное крещение и никаких препятствий к их браку я не видел.
— Татьяна Андреевна, — обратился я к сестре, — ваше слово?
Татьяна подскочила и тоже громко ответила:
— Да.
Я сделал приглашающий жест и когда она подошла, взял её руку и вложил в руку Германа.
— Как глава семьи и старший брат даю вам своё согласие на брак и благословляю, — я повернулся к стоящим за спиной и улыбнувшись продолжил.
— В нашей семье сложилась традиция жениться и выходить замуж в моё отсутствие и получается, что моё отсутствие на этой церемонии является залогом семейного счастья. Поэтому если вы это тоже сделаете. я не обижусь. Будьте счастливы.
Вечером, когда мы сели за стол, я по внешнему виду Анны и Вероники понял, что у них состоялись решительные разговоры с мужьями и мне были понятны вынесенные вердикты. Согласия конечно получены, но Вероника скорее всего тоже пойдет с мужем, если только позволят семейные обстоятельства, она опять беременна и будущий ребенок должен немного подрасти.
Наши дети что-то поняли и были как никогда тихими, а Андрюша перед сном расплакался и долго целовал свою мамочку. В какой-то момент я даже подумал, что Соня передумает и останется дома с детьми.