Омут. Книга вторая. Углы
Шрифт:
Ну, как-то так все и было. В конце вечера я случайно обронила нож, который Джейсон поймал на ходу. Несколько багровых капель впечаталось в бежевый ковралин. Ранка на руке парня моментально затянулась. Профессор Джонсон всю жизнь мечтал создать идеальную на его взгляд способность. Таковою оказалась регенерация, что досталась второму ребенку. Но мне полюбилась способность Филиппа – у мистера фотографа необычайно поднималось настроение, когда он встречал «ненормального». Еще Элинор – удивила так удивила. Так же, как и моя бабуля, девочка-модель проводила электроток.
В тот вечер, когда мы обсуждали способности и дошли до этого места, мне вдруг вспомнился взрыв клиники Профессора. Когда Екатерина, в чьих руках были Андрей и Марк, летела в нашу сторону, в нее будто из-под земли ударила молния, и женщина резко развернулась в обратную сторону. А если прибавить ко всему выше сказанному то, что Элинор в тот момент находилась где-то поблизости, вполне можно предположить, что молния была делом ее рук. Вот только незадача: для чего? На мой вопрос о том, что фотограф и модель делали в злополучный день близ клиники Профессора, парочка ответила уклончиво и неразборчиво.
Благо, мы резко сменили тему и не задели вопроса о моих способностях. Им, конечно, было и так понятно, что я психо-эмоционал, но все же временами можно было заметить любопытный огонек в глазах. Грандиозными усилиями мы так ни разу и не коснулись моей «ненормальности» и спасибо им за это большое. Одно дело думать о такого рода вещах и совсем другое обсуждать их вслух с остальными, пытаясь при этом выглядеть абсолютно нормальным человеком.
Я собрала вещи быстро. Брала только самое необходимое, остальное можно купить при надобности. Для того, чтобы Мартик полетел вместе с нами, снова пришлось обходить ветеринаров. Грейс было жаль, что я не оставлю его, но даже если бы и хотела, я бы все равно не смогла. Кот – часть меня, мы фактически не расставались за все последние месяцы ни разу. И вдруг, так его бросить? Нет, это было не в моих силах.
Ноябрь всегда казался мне мерзким временем года. Но моя внутренняя потребность возвращения в Россию настолько сильна, что я была готова заставить себя терпеть все неудобства. Повезло, что уже почти декабрь.
Ощущение де-жавю накрыло меня с головой. Несколько месяцев назад я примерно так же сидела в аэропорту Москвы и читала Шекспира. Только сейчас нас было не двое, а трое, да и книжка в руках была другая. Филипп и Элинор вылетали на следующий день.
2
Я часто и долго рисовала в своем воображении первую встречу со старыми друзьями. Но даже и представить себе не могла, что будет все выглядеть так:
– Привет, - улыбнулась я, парень меня обнял, девушка позади него фальшиво дружелюбно наблюдала за нами.
– Привет, рад тебя видеть, - Аня за его спиной кашлянула, - то есть мы рады, - обернулся и приобнял ее за плечи, - конечно же, мы рады видеть тебя и твоего… - он замялся подбирая термин, - друга? – почему прозвучало как вопрос?
– Я тоже безумно рада, что с вами все в порядке, ну, живы – здоровы, - Джей
– Очень приятно, - произнесла выдра-Аня и кинулась обнимать моего парня.
– Ей очень приятно, - перевела я Джею, дабы недоумение от действий девочки-выдры с его лица сошло.
– О, мне тоже приятно, - он ответно погладил ее по спине, ошеломленно стреляя в меня взглядом.
Интересно, как долго она может обнимать не своего парня? Совместно с Артемом я наблюдала за дешевой комедией.
– Ну, а как у тебя учеба? – полюбопытствовал тот, в кого еще год назад я, кажется, была влюблена.
После всяких обниманий и дежурных фраз мы вчетвером засели в, не представляю, как лучше назвать, пусть будет – кафетерий – универсальное слово. Так вот, мы сидели с Артемом, пока Джей и выдра-Аня покупали нам что-нибудь съедобное. Странно, что она вызвалась с ним идти, потому что… потому что это просто странно. Раньше она меня и на шаг к своему суженному не подпускала, а тут, когда я приехала со своим молодым человеком, девушка и думать забыла об Артеме. Ему должно быть обидно по идее, но лев-недоросток (кстати, сейчас он почти «доросток») не проявлял и намека на ревность. Словно парню было плевать, вокруг кого вьется его девушка-выдра.
– Эмм, ну я… - мда, тяжело признать, что все они поступили куда-нибудь, а я лишь жалкие курсы окончила… погодите, курсы мои совсем не жалкие, так что есть чем гордиться, - закончила курсы профессиональных фотографов в Лондоне.
– Ух ты, круто, - оживился бывший одноклассник, - а как долго шло обучение?
– Четыре месяца, - все еще смущаясь, мямлила я.
– Здорово, - энтузиазм был не наигранный, - молодец… - он задумался над чем-то.
– А ты? – я приметила приближающихся Аню и Джея.
– Что я? – ох, он и вправду о чем-то задумался.
– Где ты учишься? – я уже пожалела, что спросила, судя по лицам приближавшихся, они о чем-то смешном беседовали, с чего бы это?
– Мы с Анькой в СМИчаге, - бесцветно ответил Артем и помог своей подруге поставить поднос на стол.
Чисто для справки – СМИчагой местная молодежь кличет вуз, где готовят будущих металлургов.
Джей приземлился рядом со мной.
– Русские кафетерии такие забавные, - улыбался парень двадцати лет отроду.
– Да, - ответила я вялой улыбкой.
У Артема зазвонил телефон. Он извинился и отошел в сторону. К моему вселенскому удивлению, выдра-Аня продолжила бодрую беседу с юным мистером Джонсоном. Она же раньше плохо говорила по-английски… Мда, впрочем, и сейчас не лучше. Но за старание плюсик ей. Вернулся лев-недоросток и известил нас, что репетиция его группы начнется на полтора часа раньше, и если мы хотим, то можем пойти вместе с ними. Лично я не особо горела желанием, но девушка-выдра так уговаривала Джея…