Омут
Шрифт:
Он откупорил бутылку, обхватив ее огромными волосатыми пальцами, и налил, понемногу в низкие бокалы.
— Попробуйте этот нектар. Это вам не сантуринское. Особенно нынешнее. Где взять травы, которые давали ему аромат и вкус? Кто их привезет из Греции! Ах!.. А здесь еще есть и вкус, и аромат. Попробуйте, барышня. К вину я рекомендую вам сыр и маслины. И зелень, конечно.
— Давайте, давайте то, что положено, — поддержал его Шумов. — Вы знаток, и мы вам доверяем.
Грек был польщен и доволен.
— Вы
Грек не обманул. Вино оказалось настоящее, терпкое и ароматное.
— Вам нравится? — спросил Шумов Софи.
— Да.
— Божественно. Сегодня очень хороший день. Правда, Соня? — повернулся к ней Юрий.
— Хороший.
— Я очень рад, — сказал Шумов. — Конечно, я не могу угостить вас, как наш общий друг… Его возможности шире, но чем черт не шутит, вдруг и мне повезет. В коммерции, разумеется. Впрочем, пардон. Я знаю, вы оба презираете бедных торговцев.
— Ну, это не совсем так, — возразил Юрий.
— В самом деле! Кажется, совсем недавно ты был категорически против этих низменных занятий.
— Я говорил о риске, ненадежности. А может быть, я просто завидовал твоим возможностям, потому что не имел своих?
— Что-нибудь изменилось? — спросил Шумов осторожно, обратив внимание на слова «не имел».
— Не одному же тебе везет!
— Было бы прекрасно, если б ты последовал моему примеру… Мне тогда показалось, что ты слишком увлечен политикой.
— Трудно остыть после стольких лет…
— И все-таки пора. Лучше пить это прекрасное вино, чем разведенный спирт в окопе.
— Вы думаете? — усмехнулась Софи. — Ну что ж… Тогда за мирную жизнь!
«Что это с ними сегодня?.. — подумал Шумов с беспокойством. Он прекрасно понимал, что люди не меняют своих взглядов так быстро. — Неужели они разгадали меня и подсмеиваются? Или стараются обмануть?»
Плохо было и то, и другое. Но первое даже хуже, потому что направленные действия понять было легче.
— И за успехи в мирной жизни! — поддержал Шумов. — Ты не возражаешь, Юра?
Юрий взглянул на Софи, и она улыбнулась ему.
Вино уже немного кружило голову.
— За большой успех! — добавил Юрий.
Он выпил все, что было в бокале.
Софи хотела только пригубить, но, глядя на Юрия, подумала: «Пусть это будет наш тост!» — и тоже выпила до дна.
Шумов сделал небольшой глоток, но оба не обратили на это внимания. Он тут же снова разлил вино.
— Мне бы хотелось выпить за вас, мадемуазель.
И сразу исчезло радужное, приподнятое хмелем чувство.
— Спасибо. Я думаю, это лучше сделать в следующий раз. Не могу же я прийти в клинику нетрезвой. А мне пора.
В подтверждение она посмотрела
— Мы проводим вас!
— Благодарю. Я сама.
И, отклонив предложения и протесты, Софи шла одна.
Шла она недовольная собой.
«Зачем я так? Откуда эта неприязнь? Он опасен? Тем более. Где же мои мудрость и коварство? Но я не могу иначе…»
Однако главная ошибка заключалась в том, что она оставила Шумова наедине с Юрием…
Юрий не заметил, что вторую бутылку выпил, в сущности, один. Стало совсем хорошо, II хотелось поделиться радостью. И тут Шумов подтолкнул его:
— У вас, кажется, намечается роман?
— Это заметно?
— Больше, чем ты думаешь. Она от тебя глаз оторвать не может.
— В самом деле?
— Еще бы! Я все время ощущал себя третьим лишним.
— А что, если бы ты узнал, что мы собираемся пожениться?
Это сорвалось само собой, но сорвалось.
«Стоило, ли говорить? — подумал Юрий замедленно. — А почему бы и нет? Ведь и задумано все, чтобы обмануть…» Кого обмануть, он сейчас представлял слабо. Да и то, что речь шла о браке фиктивном, как-то стерлось, смылось в сознании. Он был уже увлечен по-настоящему.
А Шумов сразу вспомнил о сестре Максима.
— Значит, с прошлым покончено?.
— О чем ты?
— О гимназистке из Екатерининской гимназии.
— Тане?
— Да, Пряхиной.
Юрий почувствовал укор.
— Да ты ее разве знал?
— Почти нет.
— Это прошлое.
— Вы расстались?
— Нам всегда было трудно понимать друг друга.
— А с Соней?
— Соня совсем другой человек.
«Он ничего не сказал о ребенке. Но это его право. Он не обязан… Мы не близкие друзья, чтобы делиться… Однако что за скоропалительный брак? Они же совсем недавно познакомились! И что из этого? Ах, Андрей! Брось пинкертоновщину. При чем здесь дедуктивный метод! Разве не говорил Максим, что сестра и этот офицер не пара… Так и есть. Эта Софи, явно из бывших, ему ближе. А Техник? Как они с ним связаны? Может быть, и вовсе не связаны. Во всяком случае, организационно. Духовное родство, гимназические воспоминания — это же еще не соучастие…»
— Разреши принести поздравления?
«И все-таки говорить не стоило. Если операция продлится одну-две недели, что я скажу потом?.. Но разве операция и наши отношения одно и то же? Даже Шумов видит, что я ей не безразличен… А что вообще будет после операции? Может быть, придется сражаться? Или бежать? Вместе? Конечно, ведь мы связаны не фиктивной бумажкой, а общим делом. Опять бежать?.. Но в таком случае я просто обязан освободить Таню от себя, от риска. Да, в случае провала — бежать. За границу. Вместе с Софи. У нас будут средства. Да! Вот что главное. Взять эти деньги. Операция — вот основная цель. А я сказал… Неужели проговорился? Как глупо!..»