Омут
Шрифт:
— Несчастный искатель правды, — неожиданно произнесла она, совсем не по правилам джентльменской игры. Тяжело и небрежно она опустилась на диван рядом со мной. — Я ничего не знаю об Уолтере Килборне, я имею в виду — ничего, что могло бы говорить против него.
— Это разъяснение уникальное, я полагаю. Где видели вы его сегодня вечером?
— В ресторане "Бодвок", в Куинто. Я думала, что Кэти заслуживает... чего-то отвлекающего от мрачного дня, который она провела с полицией и... с отцом. Ну, я и повезла ее в Куинто пообедать. И увидела в ресторане Уолтера
— Нет. Он не узнал меня, а я никогда ему не симпатизировала. Я спросила старшего официанта, откуда он здесь. Очевидно, его яхта стоит в гавани.
Это было то, что мне нужно. Усталость высосала из моего тела энергию и перешла в наступление на мою волю. Но оставались еще вопросы, которые мне нужно было задать.
— А как получилось, что вы его знаете?
— Года два назад он хотел заключить деловое соглашение с моей свекровью, взять на пробу нефть на ее ранчо. Это было, когда открыли месторождение нефти по другую сторону долины, эту сторону еще не трогали. Целая компания мужчин прибыла сюда вместе с Килборном и провела несколько недель на нашей территории, вырывая ямы и ставя взрывчатые заряды и приборы... Я забыла техническое название...
— Сейсмограф?
— Сейсмограф. Они нашли тогда, что нефть очень хорошая, но сделки не получилось. Мама, — губы Мод, округлившись, выпустили изо рта это слово так, будто у того был какой-то странный и неприятный привкус, — мама решила, что нефтяные вышки заслонят ей изысканный вид. И разорвала с Килборном все связи. Конечно, здесь сыграло роль и другое: ей не понравился мужчина, не думаю, чтобы она отнеслась к нему с доверием... Так мы и продолжали жить в благородной бедности.
— А другие компании?
— Она вообще не захотела сдавать участок кому бы то ни было. Но первый отказ был дан Килборну.
Рука Мод слепо потянулась за сигаретой. Я достал одну из портсигара, вложил ее между пальцев Мод. Она курила бестолково, как ребенок, — видно, виски вместе с усталостью тяжело действовали на нервную систему.
Я задал ей главный вопрос, который причинил бы ей боль, будь она трезвой и собранной, и внимательно глядел в лицо, ожидая, какой он произведет эффект:
— А вы не хотели жить дольше в благородной бедности, не правда ли? Вы и ваш муж связались бы с Килборном. Так? Не это ли причина, почему он сейчас заперся наверху?
— Это не приходило мне в голову, — неуверенно сказала Мод. — Хотя... Знаете, именно это мы и сделаем. Я должна поговорить об этом с Джеймсом. Она закрыла глаза.
Я пожелал Мод спокойной ночи и оставил ее.
Глава 18
Нижний этаж дома тускло освещало бра, висевшее в холле между входной дверью и дверью на кухню. Полутемно было под лестницей, ведущей в верхние комнаты. В этом "алькове" на низком столике рядом с телефонным аппаратом я увидел справочник абонентов из Куинто и Нопэл-Велли. Открыл его на букве "Ф". В справочнике значился
— Говорит Фрэнкс. Это с участка?
Мне было, что сказать этому Фрэнксу, но я сдержался.
— Алло, алло, — повторил он. — Фрэнкс слушает.
Я повесил трубку.
Тут до меня донесся легкий шорох, кто-то спускался по лестнице над моей головой — звук усиливался самой лестницей. Лицо, бледное, как луна, на фоне облака волос, возникло над перилами.
— Кто здесь?
— Это Арчер. — Я вышел из-под лестницы, чтобы девушка могла меня видеть. — Ты еще не в постели, Кэти?
— Я боюсь закрыть глаза. Закрою — и предо мной сразу встает лицо бабушки. — Кэти обеими руками схватилась за дубовые перила. — А что вы делаете?
— Звоню по телефону. Теперь уже закончил.
— Я слышала, как перед вами звонил мистер Надсон. Это правда, что Пэт мертв?
— Да... Он тебе нравился?
— Иногда... Иногда он был довольно мил. Он был очень веселым человеком. Учил меня танцевать... Только не рассказывайте об этом папе, ладно? Ведь не он убил бабушку, правда?
— Не знаю. Я так не думаю.
— Я тоже. — Она словно украдкой заглянула в глубину холла, задавленного тенями. — Где все остальные?
— Надсон ушел. Твоя мама в гостиной. Она там заснула, наверное.
Кэти поглубже запрятала руки в мягкие складки халата.
— Во всяком случае, я рада, что он ушел.
— Мне тоже надо сейчас идти... С тобой будет все в порядке?
— Да, со мной будет все в порядке. — Кэти сошла вниз, ее ладони скользнули по перилам. — Я разбужу маму и отправлю ее спать в постель, так будет лучше.
— Возможно, так будет лучше.
Она проводила меня до двери.
— Спокойной ночи, мистер Арчер. Прошу прощения, что была с вами груба прошлой ночью. У меня тогда было такое чувство, будто что-то должно случиться. Знаете, я могу предчувствовать, — по крайней мере, так мне говорят. Я вроде собаки, которая воет на луну, когда в воздухе пахнет бедой.
— Но прошлым вечером ты не видела Ривиса...
— Нет. Я боялась, что он может прийти... ненавижу всякие сцены... но он не пришел. — Палец Кэти начертил крест на задрапированной в шелк груди. — Пересеки мое сердце и надейся на смерть! — Она засмеялась внезапно, какая-то напряженная веселость появилась на лице:
— Ужасные слова: "надейся на смерть", не правда ли?
Я сказал:
— Спокойной ночи, Кэти.
Номер 467 по Тэннер-тэррас... Он представлял собой белый одноэтажный летний дом с верандой в одном из наиболее дешевых районов и был окружен дюжиной таких же домов. У всех — покосившиеся крыши, никуда не годные оконные ставни, а пространство между жилищами устилали какие-то жалкие растения, топтать которые было право не жалко.
У сержанта Фрэнкса горел свет. Он просачивался из-за жалюзи и разбрызгивался по нерукотворной лужайке.