Он, она и ...собака
Шрифт:
Дэниел обернулся, пытаясь понять, шутит Билли или нет. Не шутил.
— Ты чего, с ума сошел?
— Ну да, можно сказать и так. — Билли удивился, что братец заранее готовится к очередному мордобою. Даже мысли у него были грязные.
— Что ж, чертовски жаль. Это моя квартира, и я имею полное право вернуться домой.
— Ты должен был позвонить. Должен был дать мне знать. Ты должен…
— Что? Никогда не возвращаться? Очень мило. Твой брат-близнец возвращается после долгого отсутствия, а ты расстроен? Да пошел ты!
Билли двинулся к выходу,
— Я ухожу. Увидимся.
— Не буди меня.
— Не беспокойся.
— Сид, малыш, пойдем погуляем. Сид поскакал к двери.
— Сид? Какой такой Сид? Сиддхартха — парень, ты остаешься! — скомандовал Дэниел.
Пес запутался, не понимая, кого слушать. И Билли вышел, оставив Сида скулить у закрытой двери.
Прошло пять дней после происшествия с тупой маленькой белой шавкой, а Нина уже сходила с ума. Телескоп, конечно, развлекал, работа над композицией занимала время. Клэр, Исайя и Боно заходили по многу раз. Но Дэниел с того самого поцелуя не появлялся, только позвонил объяснить, почему не приходит, как он занят и прочая чушь.
Он жалеет о случившемся? Или, хуже того, вообще забыл, как будто это ничего для него не значило? Или, еще хуже, ему не понравилось? Слишком мокро, слишком слюняво, вообще слишком? Или, самое плохое, она ему не нравится? Он просто не хочет быть с ней?
Нина решила все выяснить. Взять быка за рога, или собак за шлейки, но пойти туда и все выяснить.
Она решительно сдернула ногу с табуретки и встала. Когда одно колено в гипсе и практически неподвижно, не сгибается — это нелегкая задача. Гипс, конечно, новый, улучшенный, съемный, так что можно принять душ, что она и проделала сегодня утром. Так что Нина поднялась и заковыляла на костылях в спальню, переодеваться.
Сэм и Мими наблюдали за ней. Сэм, склонив голову набок и высунув язык, словно укорял хозяйку, что та слишком спешит. Мими же, бешено виляя хвостом, приоткрыла пасть в улыбке, будто хотела сказать: «Вперед, девочка!» А может, Нина все придумала? Антропоморфизм. То есть очеловечивание. Или и то и другое. Она сбросила растянутые шорты, надела штаны поизящнее, один носок и один ботинок. Сверху натянула футболку Университета Пенсильвании, просто чтобы привлечь его внимание, с надорванными рукавами и воротом, которая напоминала ей «Танец-вспышку», дурацкий фильм, но один из ее любимых. Причесалась, завязала волосы в хвостик. Загар еще сохранялся, так что макияж не понадобился. И вообще, Господи, она же не собиралась его соблазнять. Просто очная ставка и допрос. Нельзя так целовать человека, а потом исчезать на три дня.
Одеться — полдела. А вот преодолеть пять лестничных пролетов… Оба костыля она сунула под левое плечо, правой рукой оперлась на перила и ступенька за ступенькой, медленно зашагала по лестнице вниз. Времени на это ушло раз в пять больше, и вспотела она в десять раз сильнее, но в конце концов оказалась у выхода.
Идти по улице было гораздо проще. Ясное небо, свежий воздух — и так приятно быть в движении. Вскоре она была у дома Дэниела. В вестибюле ее заметил Пит.
—
— Ну, я…
— Вернулась на работу? Этот Исайя не очень-то…
— Почему? Что случилось?
— Да, в общем, ничего. Просто он не ты. Нина улыбнулась.
— Дэниел дома? — Да.
— Можешь позвонить ему? Мне нужно с ним увидеться.
— Все, что пожелаешь! — Он поднял трубку и нажал пару кнопок. — Э-э… да, здесь Нина, она к вам. — И Нине: — Иди, дорогу ты знаешь, надеюсь.
Нина прошла через вестибюль к лифту, дожидавшемуся ее. Входя, она услышала, как Пит крикнул вслед:
— Нина! Погоди минутку, он…
Но двери лифта закрылись, и через минуту она уже стучала в дверь. Дэниел открыл. Из одежды на нем было лишь полотенце на бедрах.
— Нина? Рад видеть, но я немного… — Глянув на ее ноги, руки, костыли, он закончил: — Все в порядке, входите. Только дайте мне минутку, хорошо?
Оставив ее стоять в коридоре, он вернулся в ванную, где они некогда встретились. Сид свернулся калачиком у двери, вид у него был немного несчастный.
Нина наклонилась почесать его за ухом:
— В чем дело, Сид? Кто твоя любимая нянька? Скучаешь по мне?
Дэниел из ванны прокричал:
— Выпейте чего-нибудь холодненького — есть вода, диетическая кола, пиво! Устраивайтесь. Я сейчас.
Забавно, он обращался так официально, вежливо. Бред. Или она все выдумала, или очеловечила его, учитывая, что он все же представитель другого вида, мужская особь. Или и то и другое?
Она присела на диван, вытянув ногу. Костыли аккуратно уложила на пол. Сид пришел к ней, сунул голову ей между ног, уткнувшись мордой прямо в промежность, В комнате было прохладно. Невидимый кондиционер — одно из преимуществ подобных квартир.
— Эй, красавчик, — ласково сказала она Сиду. — Что случилось, малыш, а?
И вот он появился, в длинных шортах и футболке. Присел рядом.
— Ваша нога. Как?.. — спросил он.
— Лучше. Через пару дней сниму эту штуку и буду ходить как нормальный человек. Гулять с собаками.
— Здорово. Довольно быстро, да?
— Где ты был? — Она решила начать с главного.
— В каком смысле? Я уезжал на некоторое время.
— А! Это все объясняет. — Она с облегчением улыбнулась.
— Что именно?
— Почему ты не звонил и не заходил.
— Что?..
— Знаешь, после того как мы… Я просто подумала…
— Что?
— Ничего.
— Послушай…
— Ты не должен ничего объяснять.
— Просто хотел сказать, что ты классно выглядишь. Нина!
Из его уст это прозвучало странно. Но все же она ответила: «Э-э… спасибо». Заметила, как он рассматривает ее грудь, ноги. И это тоже казалось странным. Но сердце забилось чаще, и, надо признать, ей нравилось, когда на нее смотрели подобным образом. Она чувствовала себя привлекательной, милой, даже сексуальной. Но быть сексуальным объектом! Как будто все, что она говорит, не имеет никакого значения.