Она
Шрифт:
– Не шути так!
– взмолилась несчастная женщина.
– Убей меня, и все будет кончено!
Но Аэша сделала знак слугам, которые сейчас же схватили Устану за руки. С громким проклятьем Лео подбежал к ближайшему, сшиб его на землю и встал над ним с поднятым кулаком.
Аэша засмеялась.
– Ловкий удар, мой гость! У тебя сильная рука, хоть ты едва оправился после болезни. Прошу тебя, будь любезен и позволь моим слугам исполнить мое приказание. Они не тронут девушку. Ночной воздух свеж, и я хочу принять ее у себя. Ты любишь ее, следовательно, и я должна
Я взял Лео за руку и оттащил его от немого слуги. Мы пошли в пещеру через площадку, где не было и следа недавних танцоров, и только куча пепла напоминала о ярко пылавшем огне.
Вскоре мы пришли в комнаты Аэши. Она села на подушки, отпустила Джона и Биллали, сделала знак немым уйти, - всем, за исключением одной девушки, ее любимой прислужницы. Мы трое остались стоять, и несчастная Устана встала несколько левее от нас.
– Теперь, Холли, - начала Аэша, - скажи мне, как это случилось, после того, как ты слышал мое приказание, данное этой злодейке, - она указала на Устану, - чью жизнь я пощадила только ради тебя, как это случилось, что ты принимал участие в том, что я сейчас видела? Отвечай!
– Это вышло случайно, королева!
– ответил я.
– Я ничего не знал!
– Верю тебе, Холли, - отвечала Аэша холодно, - и это твое счастье! Вся вина падет на нее!
– потом она обратилась к Устане.
– Что скажешь теперь, женщина? Ты - негодная солома, ничтожное перо, вздумавшее лететь против ветра моей воли! Говори, как ты осмелилась на это?
И тут я увидел удивительнейший образец нравственного мужества и смелости. Несчастная осужденная девушка, хорошо понимавшая, какая участь ожидает ее, знавшая по опыту силу соперницы, стояла спокойно перед королевой, черпая мужество и силу в глубине своего отчаяния.
– Я сделала это, королева, - ответила Устана, выпрямившись во весь рост и сбросив шкуру леопарда с головы, - потому что моя любовь глубже могилы, которую ты готовишь мне. Этот господин - мой. Хотя твоя красота сияет, как солнце, он останется моим!
Дикий крик ярости и ужаса прервал ее.
Я повернул голову и увидел, что Аэша встала и стояла, протянув руку по направлению к Устане, которая сразу замолчала. Я смотрел на бедную женщину и видел, что на лице ее появилось выражение ужаса, глаза широко раскрылись, ноздри задрожали и губы побелели.
Аэша не произнесла ни звука, только медленно двигалась, протянув руку, дрожа всем телом и пристально глядя на Устану. Бедная женщина закрыла обеими руками голову, испустила пронзительный вопль и с шумом упала на пол. Лео и я бросились к ней. Она была мертва, убитая какой-то таинственной силой, которой обладала ужасная королева.
Сначала Лео не мог понять, что случилось, но когда опомнился, на него страшно было смотреть. С диким проклятием он бросился на Аэшу. Но она наблюдала за ним и протянула к нему руку. Он зашатался и упал бы, если бы я не подхватил его. Потом Лео рассказывал мне, что почувствовал сильный удар в грудь и лишился сил.
– Прости меня, гость мой, - заговорила мягко Аэша, обращаясь к нему, - если я испугала тебя своей строгостью
– Простить тебя, дьявол!
– крикнул Лео, яростно ломая руки.
– Простить тебя, убийца! Я хотел бы убить тебя!
– Нет, нет, ты не понял, - ответила она мягко, - со временем все поймешь! Ты - моя любовь, мой Калликрат, моя красота и сила! 2000 лет я ждала тебя, Калликрат, и наконец ты пришел ко мне. Что касается этой женщины, - она указала на труп Устаны, - она стояла между мной и тобой, и я уничтожила ее, Калликрат!
– Это - ложь!
– кричал Лео.
– Мое имя - вовсе не Калликрат. Я - Лео Винцей. Мой предок был Калликрат, это правда!
– Ты сам говоришь - твой предок был Калликрат! А ты - возрожденный Калликрат, ты вернулся ко мне, мой дорогой господин!
– Я - вовсе не Калликрат и не хочу быть твоим господином! Если бы мне пришлось выбирать, я скорее согласился бы быть господином дьявола из преисподней, чем твоим!
– Что ты говоришь, Калликрат? О, Калликрат! Ты так давно не видел меня и забыл! Я очень красива, Калликрат!
– Я ненавижу тебя, убийца, и не желаю смотреть на тебя! Что мне за дело до твоей красоты! Ты мне ненавистна!
– Калликрат, ты через несколько часов будешь ползать у моих ног и клясться, что любишь меня!
– возразила Аэша насмешливо.
– Здесь, перед трупом мертвой девушки, которая любила тебя, я докажу это. Посмотри на меня, Калликрат!
Быстрым движением она сбросила с себя газовое покрывало и встала перед нами, сияя дивной красотой как Афродита, вышедшая из пены, как ожившая Галатея, как лучезарный дух, явившийся из могилы. Она стояла, устремив свои глубокие, блестящие глаза на Лео, и я видел, как разжались его кулаки, как он весь успокоился и затих под ее взглядом. Его удивление переросло в восхищение, и чем больше он боролся, тем сильнее захватывала его эта ужасная красота и влекла к себе.
– Великий Боже!
– простонал Лео.
– Да женщина ли ты?
– Женщина, настоящая женщина и твоя собственная супруга, Калликрат!
– ответила Аэша, протягивая к нему свои прекрасные руки и улыбаясь… О, как нежно она могла улыбаться!
Лео смотрел на нее не отрываясь, и двинулся чуть ближе. Вдруг глаза его упали на труп Устаны, он вздрогнул и отвернулся.
– Могу ли я?
– произнес он хрипло.
– Ты - убийца, а она так любила меня!
Очевидно, Лео уже забыл, что сам любил ее.
– Это - вздор!
– пробормотала Аэша, и голос ее прозвучал подобно шелесту ветерка между деревьями.
– Это - пустяки! Если я согрешила, пусть моя красота отвечает за этот грех! Я совершила преступление из-за любви к тебе, забудь и прости мой грех!
Аэша снова протянула к нему руки и нежно прошептала.
– Иди!
И Лео не устоял…
Вдруг Аэша грациозным, змеиным движением освободилась от его объятий и засмеялась торжествующим смехом.
– Разве я не говорила тебе, что ты будешь ползать у моих ног, Калликрат?
– произнесла она, указывая на мертвую Устану.
– Немного времени прошло с тех пор!