One and Only
Шрифт:
— Спасибо, Грина. В… Ты очень хорошая. И добрая.
Кортни поднялась. Вошла Келли, сообщив, что поднос с едой ожидает меня спальне. Решив, что булочки немного подождут, попросила Келли присоединиться к нам. Усадив своих новых знакомых в кресла, я стала разбирать свою сумку с танцевальными принадлежностями, попутно рассказывая о каждой вещи. Показала, что такое пуанты и для чего они нужны, чем удобны кроссовки, и почему все ткани должны быть эластичны. Но большее внимание двойняшек привлекли мои танцевальные туфли. Я еще сдуру взяла самые любимые: черные замшевые с тонкими переплетениями на стопе и восьмисантиметровым каблучком.
— Вот бы нам такие туфельки, — вздыхали девчонки.
— Скажите мне размер обуви, я привезу вам такие через пару дней, — пожала я плечами.
— Правда? — хлопала в ладошки Кортни. Как маленькая…
— Правда, правда. Кстати, сколько вам лет?
— Сорок, — хором ответили двойняшки. Не, мои глаза точно из орбит скоро вывалятся. Сколько, сколько?
— Знаете девочки, вы отлично сохранились, — они захихикали.
— Ну что ты, Грина, мы считаемся еще подростками. То, что нам велели прислуживать тебе, большая честь для столь юных слуг.
— Интересно, а сколько же Максу? — вслух поразмыслила я.
— По нашим данным, Наследнику около ста лет, Грина. Если ты, конечно, имела в виду его, — ответила мне Келли.
Я аж присела. Этому куску дебила сто лет? Сто, мать его, лет?! И за эти сто, б**дь, лет он до сих пор не научился думать? Он же бестолочь. Или это как сказали в Бриллиантовой руке: «Если человек идиот, то это надолго»?? Кошмар какой. Самое-то страшное, это болванище столетнее — мой жених. Да он мне в прадеды годится! Как же все запущено!!! Надо отвлечься. Надо срочно отвлечься.
— Так, Кортни, Келли, идемте. Нас ждет прохладное молоко и булочки, — скомандовала я.
Первой выйти из гардеробной, оказалось глупой затеей, потому что я не помню в какую сторону идти, чтобы попасть в мою новую спальню, где меня ждет местная казённая выпечка. Хорошо, что двойняшки догадливые, аккуратно меня обошли и повели в комнату. Я, честно, старалась запоминать, но иногда мой пространственный кретинизм обостряется. Например, сейчас. Ох, чую, потеряюсь я в этом замке, с собаками не найдут. Наконец, мы дошли до спальни. Как же солнышко приятно греет за окном…
— А давайте мы перекус устроим на балконе, на улице такая погодка чудесная, — предложила я «служанкам». Они затравленно кивнули и вынесли всё на балкон. Я села в кресло, взяла стакан молока. Так, а ну-ка стопэ…
— Вы чего встали? Присаживайтесь, — недовольно обратилась я к двойняшкам.
— Грина, слуги не имеют права садиться за один стол с господами, — с опущенной головой сказала Кортни.
— Ничего и знать не хочу. Мне одной это все не одолеть.
— Грина, ты нас в гроб загонишь. Нас накажут. Это не принято, — уже чуть ли не рыдали девочки. Ёлки же зеленые….
— Никто никуда вас не накажет. Считайте, что это такой способ единения с народом у меня. Падайте в кресла и кушайте. Впереди нас еще ждет небольшая экскурсия до кухни.
Двойняшкам ничего не оставалось, как согласиться. Спустя пару минут, они привыкли к обстановке и поддерживали беседы со мной. Я расхваливала булочки и свежее молоко, спрашивала про их привычный рацион питания, но старалась не забалтываться, нужно все-таки будет подготовиться к приему, о котором говорила Гелена.
Спустя какое-то время наш перекус канул в небытие, оставив после себя только грязную посуду.
— Девочки, давайте
— Ну чего вы застыли то? — притворно надула губы я.
— Грина, тебе нельзя выходить из комнаты в таком виде, — потупили взгляд «двое из ларца».
— Эт че это? — возмутилась я. Все нормально в моем внешнем виде. Спортивные трикотажные штанишки черного цвета, обычная хлопковая майка цвета молодой мяты и мои любимые махровые домашние сапожки.
— Ну, понимаешь, здесь так не подобает ходить. Давай платье подберем. У тебя такой большой гардероб. Тебе обязательно что-нибудь понравится, — наперебой бормотали они.
— Не, мне ясно сказали чувствовать себя как дома, а дома я привыкла ходить именно так. Переодеваться не буду. На этом закончим наши распри. Идем на кухню, — девочки уже в который раз оказались в безвыходной ситуации и подчинились моим капризам. Не хорошо, конечно, но что поделать.
По пути из спальни, мы зашли в гардероб, где стояла сумочка (ну как сумочка, большая пляжная сумка, один год такие были очень модными) с моими запасами еды и хоз. товарами. Я захватила там две пачки зеленого чая, три шоколадные конфетки (себе и двойняшкам), и мы пошли на выход из моего шикарного жилища. Но, видимо, сегодня не судьба мне попасть на заветную кухню, потому как прямо на выходе из «покоев» я столкнулась нос к носу (а если точнее, то к груди, ну или к ключице, я не успела определиться) с Максом. От столкновения чуть не свалилась, хорошо хоть у престарелого женишка реакция хорошая, успел поймать за талию.
— Кхм… Отпусти, — прохрипела я. Он мгновенно отлип.
— Ваше Высочество, — поклонились светловолосые двойняшки. Макс кивнул.
— И куда это мы намылились в таком виде? — пробасил «Его Величественное Высочество», глядя на меня.
— На экскурсию.
— Переоденься, — а чего такой грозный то?
И на этом моменте взгляд упал на его одежку. Я захлебнулась смехом. Давно так не смеялась. Теперь понятно, чего он такой недовольный. Ой, умора! Бордово-коричневая рубаха навыпуск (по длине больше похожа на тунику, честно) зафиксированная на бедрах поверх черных брюк кожаным светло-коричневым ремнем, кожаный жилет того же светло-коричневого (даже можно сказать бежевого) цвета, и сапоги закрывающие голеностоп, но не доходящие до колен. В исторических фильмах и сериалах всех именно так и наряжают (если видели сериалы «Мерлин» или «Легенда об Искателе», поймете меня). По мере того, как я заливалась смехом, Макс становился злее и злее. Я, держась за живот, не могла и слова вымолвить, поэтому только помахала девчонкам, чтобы они уходили, кинув им в руки мой чай. Как только двери закрылись с той стороны (мои стражники еще и швейцарами подрабатывают, оказывается), я дернула от Макса. Он за мной. Безудержные гонки или как спастись от старпёрого жениха, часть первая. Мой смех смешался с визгом, грозным баском Его Высочества Мистера «Во что бы то ни было, поймаю эту „Миллион-Нелестных-Эпитетов“», и хлопками дверей, подушек и всего, что попадалось мне под руки, для создания препятствий Максу. Все закончилось на том, что я заперлась в ванной. Или началось…