Онекотан
Шрифт:
Олег вернулся на свое место и начал обдумывать, как наказать уснувшего на посту рядового. В это время в помещение вошел дежурный дизелист Толик Корчагин. Умелов приложил к губам указательный палец. Корчагин сразу же все понял и так же тихо, как и сержант минуту назад, подошел к спящему и с улыбкой посмотрел на умиротворенное лицо Карабанова, сладко причмокивающего во сне.
– Что думаешь с ним делать? – шепотом спросил Толик.
– Если его сейчас разбудить, – так же шепотом ответил Умелов, – он прямо в глаза соврет, что не спал. А на следующей смене опять
С этими словами Умелов бесшумно подошел к уснувшему рядовому и медленно опустился перед ним на корточки. Осторожно, чтобы не разбудить рядового, сержант расстегнул подсумок, висящий у него на ремне, и двумя пальцами вытащил рожок с патронами. Потом так же осторожно выщелкнул один патрон и снова засунул рожок в подсумок, положил патрон к себе в карман и отошел. Подмигнув наблюдавшему за его манипуляциями Корчагину, Олег открыл журнал учета происшествий и сделал вид, что читает его. Дизелист весело кивнул ему в знак понимания и подошел к двери. Он демонстративно открыл ее и тут же громко захлопнул.
– Ну, как тут у вас дела? – громко спросил Толик, делая вид, что секунду назад зашел в помещение.
От шума Карабанов вздрогнул и заморгал сонными глазами, приходя в себя от сна.
– Да вроде все тихо, – спокойно ответил Умелов и, повернувшись к станции, как ни в чем не бывало спросил.
– Карабанов?
– Да, товарищ сержант!
– Ты там не спишь?
– Да нет, товарищ сержант.
– Цели есть?
– Нет, все чисто.
– А я думал, что ты заснул, – голос Олега звучал спокойно.
– Да нет, как я могу спать на службе.
– Ну-ну…
В помещении дежурного по заставе шла обычная процедура сдачи личного оружия после окончания несения наряда. Было шесть часов утра. Дежурным был Юрий Уваров. Он выложил на стол три колодки для хранения патронов [33] и открыл оружейную комнату. Каждый из пограничников брал свою колодку и начинал отщелкивать патроны в её отверстия из рожка.
33
Эти колодки представляют собой квадратные бруски из очень плотного пенопласта. В каждой из колодок просверлено двадцать пять отверстий для патронов. Когда патроны вставляются в колодку, по количеству пустых дырок, сразу же можно определить, сколько патронов не хватает.
Рядовой Карабанов резко изменился в лице, обнаружив, что у него не хватает одного патрона. Он лихорадочно полез в подсумок в надежде там найти пропажу. Не найдя ничего, он стал смотреть себе под ноги. Осмотрев пол и убедившись, что патрона там тоже нет, рядовой повернулся к сержанту.
– Товарищ сержант, у меня патрона не хватает!
– Так, товарищ рядовой. Это залет. Ты хоть понимаешь, что это значит? – Умелов произнес фразу таким тоном, будто виновник только что изменил Родине.
– Может, я его на ПТНе обронил? – робко предположил Карабанов.
– Что значит «может»?! Ты что, боец, на службе в патроны
– Нет. Ну, может, он случайно вылетел? – искал себе оправдание рядовой.
Молчавший все это время Уваров решил вмешаться в разборку.
– Карабанов, ты магазин из подсумка доставал?
– Нет.
– Тогда как он мог вылететь? – тон дежурного по заставе тоже не предвещал ничего хорошего.
– А может, ты его специально заховал, чтобы потом этим патроном своего товарища застрелить? – наигранно зловеще произнес Олег.
Карабанов захлопал глазами, пытаясь понять, в шутку сейчас сказал сержант или всерьез.
– Ладно. Даю тебе десять минут: одна нога здесь, другая на ПТНе. И чтобы без патрона не возвращался! Понял?
– Так точно, товарищ сержант!
Карабанов как пробка выскочил из помещения. Как только за рядовым закрылась дверь, трое пограничников прыснули от смеха.
– Ну, ты стратег! – наконец выговорил дизелист.
– Ладно, пусть побегает. Надеюсь, до его бараньей башки дойдет, что патрон у него могли вытащить только тогда, когда он спал. Интересно, сможет он в этом признаться?
Умелов достал патрон из кармана и поставил его на стол перед Уваровым.
– Хорошо, что вы меня заранее предупредили, – убирая в стол патрон, произнес дежурный.
– Ну что? Пойдем чего-нибудь почифаним? [34] – потирая потрескавшиеся от бензина руки, предложил Толик Корчагин.
34
Это сленговое выражение, означающее «поесть».
– А что у нас на завтрак? – поинтересовался Олег у дежурного.
– Как обычно – гречка с тушёнкой, – ответил Уваров.
Троица плавно переместилась в столовую. За завтраком пограничники начали живо обсуждать вопрос, который волновал их последние несколько дней: какой подарок сделать дембелям перед их отъездом с острова?
– Пацаны, а давайте у «куска» [35] спирт реквизируем? – произнес Уваров, накладывая из кастрюли себе ещё немного каши. – Он же, крыса, должен на ПТН каждый месяц по двести грамм выдавать для очистки волноводов. Что-то я не припомню, чтобы он это хоть раз сделал.
35
Так в пограничных войсках называли прапорщиков.
– Точно, – согласился Толик, – у него спирта должно быть не меньше тонны. Он же шкурки лисиц у вертолетчиков не на сало меняет. Я сам видел, когда к нам в последний раз вертолет прилетал, как штурман к нему с двумя канистрами прошмыгнул.
– И что ты предлагаешь сделать? Инсценировать нападение на заставу? Или усыпить прапора и залезть к нему в комнату? – Олег явно старался охладить пыл комбинаторов.
– Зачем такие крайности! Завтра банный день, так? – продолжал развивать тему Юра.