Они нашли
Шрифт:
— Но Перси на самом деле герой. Как и ты, — Питер говорит это едва слышно, последнее уже шепча. Чувствует давящую ауру Нико, который поднимает на него свои тёмные глаза. И тут же Стивенс поникает, склонив голову и уставившись пустым, но в то же время выражающим лёгкую нервозность взглядом.
— Да. Но это не означает, что его решения всегда будут истинными, — угрюмо сужает глаза ди Анджело, прожигая в виске Питера дыру. — Сколько ты знаком с ним?
— Где-то четыре года. Я не помню, когда точно попал в лагерь, но уже знал, что сын Гермеса, — вздыхает, поправляя очки на переносице.
— Не имею ни малейшего понятия, — рявкает как-то слишком резко Нико, заставляя Питера замолкнуть и вздрогнуть. А сам ди Анджело поджимает губы, чувствуя из-за этой ситуации одно лишь раздражение. В одно время ощущает что-то знакомое, а затем будто упускает связующую нить между ним и чем-то знакомым.
И вновь всё сводиться во ощущениям именно к Мари Вуд, которая бросает один короткий и изучающий взгляд в сторону парней. Сохраняет на лице серьёзно-хмурое выражение, за которым врывается ожесточённая работа мысли. Лили тем временем лишь с неким интересом разглядывает идущего рядом Перси, интересуясь:
— Так это как… Типа я твоя сестра? — ни капли тактичности или стеснительности. Такая молодёжная уверенность, что полностью показывает её лёгкий характер.
— Да, отец, видимо, решил сделать мне очередной подарок, — хмыкает, улыбнувшись.
— Это забавно? — Лили тоже улыбается, сверкнув глазами цвета морских пучин. Перси переглядывается с Аннабет, продолжая:
— Не совсем, но в каком-то роде это даже хорошо. Знаешь, как-никак, а приятно узнать, что у тебя есть сестра, особенно спустя практически десять лет после того, как сам узнаёшь о своём божественном родителе, — кидает взгляд на Нико и поникшего Питера, мысленно для себя вынося лишь один весьма конкретный вывод — кое-кто, а именно ди Анджело, вновь очень толерантно потолковал с сыном Гермеса.
— Ты здесь прямо герой, как и Нико? — тихо изумляется Лили, решив поднять услышанную ранее тему. Сохраняет улыбку на лице.
— Да, два раза мир вместе с ним спас. Ну и ещё парочкой людей, — усмехается по-своему Перси, снова переглянувшись с Аннабет. Лили хмыкает:
— Классно, — тянет гласные, всё ещё чувствуя удивление. Надо же, получается, её родной брат ещё и мир спас два раза. Это же просто…
— Вот мы и здесь, — но её мысли нагло прерывает Перси, указывая на Большой Дом, что возвышается практически буквально прямо над ними. Лили и Мари поднимают изучающие взгляд вверх, разглядывая фасад здания. А затем неуверенно переплетают руки, двинувшись внутрь.
— В этот раз оно правда относиться именно ко мне? — спрашивает Питер, останавливаясь рядом с Перси и лишь потирая затылок.
— Вероятнее всего, — отвечает ему Джексон, только взглянув буквально на несколько секунд. Они уже не дети, как был он когда-то. Но всё равно кто знает, что их ждёт впереди.
========== Глава 3 ==========
Порой наши эмоции выходят наружу, не так ли?
Сказать честно, Мари попросту предпочла молчать, ведь большая часть людей, окружающих её в данный момент, бесила. Да, в этом она была профессионалом, как бы сказала
Сам факт того, что её лучшая подруга оказалась дочерью Посейдона, ввёл девушку в довольно-таки глубокое удивление. Тут тебе и мифы Древней Греции оказались реальны, а вдобавок ты — тоже их часть.
Она встряхивает волосами, кидая прищуренный взгляд в сторону Лили, что весело болтает со своим новоиспечённым братом и его девушкой. О чём-то заинтересованно расспрашивает Перси Джексона, будто ничего удивительного не случилось за этот день.
Факт того, что Вуд — обычный подросток, был полностью нарушен сегодня. Второе обстоятельство, а именно то, что она всегда была никем, тенью — также можно смело перечеркнуть. Ну и кто теперь сам творец своей судьбы? Боги что-ли?
Их просят подождать несколько минут до так называемого «сбора» главных лиц в лагере. Хирон слегка нервно постукивает пальцами по подлокотникам кресла, Нико ди Анджело со всем присущим ему мистицизмом пристроился в тени. Пайпер Маклин поспешно распрощалась со своими друзьями и уехала в аэропорт — навстречу своему возлюбленному Джейсону. Перси и Аннабет, как и ранее заметила Мари, мирно разговаривают с Лили, улыбаясь друг другу, а еще одна фигура в этой комнате — в данный момент сохраняющий молчание Питер Стивенс — просто присел на край дивана и спокойно уставился в окно, будто происходящее — для него лишь обычная рутина.
Мари поджимает губы, невольно укусив внутреннюю часть щеки. Отводит тёмные пряди волос за ухо, теперь делая свой обзор комнаты ещё шире. Вдоль стен — стеллажи книг, пол выложен тёмной паркетной доской, которая всё же скрипит при некоторых движениях присутствующих, будь то шаги или же просто переминания с ноги на ногу. Слабое приглушенное освещение от двух торшеров по углам и трёх настольных ламп на длинном дубовом столе ровно посередине комнаты. Стульев здесь ровно двадцать, хотя Мари и уверенна, что в большей части случаев занимаются только десять или двенадцать.
По краям комнаты два небольших дивана, один остаётся незанятым. Два выхода, справа и сзади от Мари. Задние двери сейчас закрыты, через главные постепенно заходят некоторые личности, что, возможно, принимают основные решения в этом лагере.
Разум аналитика для Мари представлялся не чем-то сокровенным, а скорее необходимым. Вечные сосредоточенность и точность — её жизненные спутники. Настороженность на самом деле порой помогает избежать проблем, даже не ввязавшись в них. Удобно, даже ничего не скажешь.
— Лу, кто ещё отсутствует? — Хирон поднимает глаза, заинтересованно нахмурив брови. Темноволосая староста домика Гекаты кивает, обводя своим внимательным взглядом всю комнату.
— Джейсон Грейс, Пайпер Маклин, Батч Уокер и Нисса в отъезде, — на удивление громко произносит девушка, чуть привстав со своего места. Вытягивает шею, будто игнорируя присутствие посторонних. Да, в начале дочь Гекаты лишь с неким мнимым удивлением посмотрела на Мари, Лили и Питера, а так же так внезапно появившегося Нико ди Анджело, которого так редко можно лицезреть в лагере. — Так что пока опаздывают лишь Уилл Солас и Миранда Гардинер.