Они не мы
Шрифт:
– Ставь сюда, - сказала Лея. – Сейчас будем мыть. Ну, как тебе нравится. Ты же не можешь вот так есть. Пальцем подковырнул – и всё.
– Глупая, это не мне нравится или не нравится, - улыбнулся Владимир. Упрямство жены его веселило. – Если корешок сварить, то он усваивается лучше. Твой организм запасёт больше жира. Ты станешь сильнее, и наш малыш тоже. А температура убьёт бактерии.
– Опять ты своими умными словами стелешь! – обиделась девушка, которой было трудно запомнить все эти цивилизованные премудрости. – Лучше воду неси, раз так хочешь
Владимир покорно взял ещё два ведра из нити, которую делают дикие люди на основе длинных лиан. Феликс догадался обмазать сосуды глиной изнутри и обжечь, чтобы вода не выливалась. Но пользоваться таким ведром приходилось крайне осторожно. Одно неловкое движение – и всё. Просто треснет, а носить в нём воду станет невозможно. Влад снова думал о Сфере («Клетке!»). О том, как там много пластика, железа и стекла. Здесь, в диком мире, всё это бы ему очень помогло.
– Керн! – прокричал Владимир. – Помоги-ка, ну! Чего сел?
Водитель-механик вообще прекрасно устроился. Он завёл себе сразу двух жён: они и работали, и готовили, и ублажали его поочередно, каждую ночь. Сначала он приходил просто для того, чтобы похвастаться. Потом – чтобы спрятаться от своих ненасытных женщин. Они боготворили своего пришельца, а потому не хотели делить его ни с кем.
Сколько раз Керн с восторгом описывал, каким соблазнительным слабостям он предаётся в хижине. Но даже такая жизнь приедается, и всё чаще сослуживец приходил в гости к Владимиру и Феликсу просто так, посидеть в тишине. Весёлый табак ему тоже не нравился, а других средств для расслабления дикие люди не знали.
– Как скажешь, - пожал плечами Керн. Вместе они наполнили из ручья четыре ведра и с осторожностью понесли их Лее, подвесили на прочные ветки. Женщина быстро развела костёр. Бывших солдат поражала эта сноровка: чтобы подчинить себе стихию, Лее нужно только два камня и сухая трава, а ещё – несколько секунд времени.
– Что, третьего ждёшь? – спросил Керн в десятый или двадцатый раз, показывая на живот Леи. Та зарделась от гордости и прильнула к своему мужу.
Владимир снова улыбнулся и так же ответил:
– Ну, если партия не возражает. Почему бы и нет?
Вместе они рассмеялись, чем вызвали недовольство женщины. Вот если упал кто и нос разбил – это смешно. Остальных шуток она не понимала. Особенно про партию. Под Сферой государство строго регулирует количество детей. А здесь, в Пустоши, можно хоть целую дивизию настрогать. Правда, у Керна это дело почему-то не ладилось. Но его неугомонные жёны не теряли надежду и продолжали терроризировать его своей любовью каждую ночь.
– Да уж, зависли мы тут… - протянул Керн.
– Разве тебе тут так уж плохо? – удивился Владимир. – Всё тут есть.
– Меня иногда тянет за Сферу, - признался водитель-механик.
Вместе они постоянно спускались к подножию холма, где прячут машины, на которых герои отправляются на разведку. Их уже три штуки. Жаль только, что топлива слишком мало. А ещё – их никак не поднять сюда, на холм. Как-то раз они двигались
– Я часто думаю, знаешь о чём? – шёпотом сказал Владимир. – Что мы можем вернуться туда. Как победители.
– И я, - лениво ответил Керн и зевнул. – Только где мы с тобой столько штыков возьмём? Ты же видел, какая там армия. Нет. Сидеть нам тут, до конца дней.
– И неплохо, - ответил Влад. – Мне тут нравится.
Ещё он очень жалел, что в школе и в армии никто не читал им историю. Наверно, в умных книгах можно найти ответы на любые вопросы. Как сделать хороший, прочный металл. Как добыть топливо. Как создавать машины, а ещё – прочную ткань, обувь. Их превосходство над дикими людьми зиждилось только на оружии. И, кажется, местные не знали, что патроны имеют свойство заканчиваться.
– Вот бы порох сделать, - продолжил Владимир. – И пули какие-никакие. Может, создадим свою армию.
Но потом герой подумал ещё раз и сказал:
– Хотя… Надо ли оно нам?
– Вот! – поднял палец вверх Керн. – Сначала нужно понять, что нам надо. Я пока что не понял, если честно. Но умирать мне как-то не хочется.
Стон заставил и Керна, и Владимира обернуться. Лея лежала у костра, скрючившись, и держалась за живот. Бывший врач и водитель-механик подбежали к ней, и взяли за руки. И оба ужаснулись, глядя в серое лицо, полное боли и страха.
– Зови своих жён, - попросил Владимир. Он держался, но голос дрогнул. – И Феликса. Быстрее!
Запись 24
Событий за эти так много, что они начисто отбивают у Алекса желание сидеть дома. Что его конура? Да, отдельная. Да, с собственной ванной комнатой. Недоступная большинству роскошь! Но перед глазами – дворец магистра, вернее, Главы. Он почему-то верит, что там, во дворце, все они дружны, все – как большая семья.
Нос по-прежнему щекочет аромат соли. Огромная, просто непостижимая уму ёмкость воды! Почему он сразу же захотел скинуть с себя одежду и броситься в эту стихию? Такое большое количество воды… Может ли оно раздавить? Может ли быть вредным для здоровья? Столько мыслей – и нет ответов.
Из дворца его вёз тот же автобус, но не в редакцию, нет. Домой. Должно быть, магистр сказал стражникам, что Главреду нужно отдохнуть. Всё же, на его долю выпало столько испытаний в последние дни. А ведь пресс-канцлер Главы должен быть отдохнувшим. Бодрым. Но, полежав час-другой, Алекс понял: он просто не может оставаться на одном месте.
Нужно двигаться. Бежать, бежать – или идти. Он надевает маску и комбинезон. Критически смотрит на своё жилище. На старые, обшарпанные стены. Да он умрёт прежде, чем их покрасят! Пневматическая дверь издаёт шипение каждый раз, когда он нажимает на кнопку. Старая, продавленная кровать.