Оникс
Шрифт:
У двойных дверей, ведущих в библиотеку, стоял мистер Гаррисон, но он смотрел не на меня, а на шумную компанию каких-то спортсменов, которые решили использовать картофельное пюре со своих тарелок в качестве материала для явно не кулинарного дизайна. В нашем направлении вообще никто не смотрел.
Я покачала головой, чувствуя себя полнейшей идиоткой, которая во всем видела что-то странное. Вряд ли Аэрум стал бы вламываться в школьное кафе среди бела дня. Возможно, у меня просто начиналась мигрень. Мои руки немного дрожали,
Потому что эти симптомы определенно никак не могли быть связаны с тем парнем, который сидел сейчас рядом со мной.
На почте меня ожидало сразу несколько посылок, вид которых почему-то не вызвал у меня особого восторга. А ведь это были экземпляры еще не вышедших книг, которые распространялись в узких кругах блоггеров для написания предварительных рецензий. А мне было все равно. Верный признак того, что меня свалила какая-то безумная инфекция коровьего гриппа.
Дорога домой оказалась сплошной пыткой. Мои руки стали совсем слабыми, а мысли — безнадежно рассеянными. Прижав конверты к груди, я упрямо игнорировала покалывание в области затылка, когда поднималась по ступеням. Я так же упрямо продолжала игнорировать и того парня, который через пару секунд облокотился передо мной на перила.
— После школы ты не поехала сразу домой. — В его голосе слышалась досада — словно он был моей личной, испорченной, суперсексуальной версией секретной охраны, и я каким-то образом умудрилась от него ускользнуть.
Свободной рукой я выудила из сумки ключи.
— Как видишь, мне нужно было заехать на почту. — Открыв дверь, я бросила стопку конвертов на стол в коридоре. Естественно, не дожидаясь приглашения, Дэймон уже стоял позади меня.
— Твоя почта, конечно, не могла подождать. — Дэймон последовал за мной на кухню. — Что это? Всего лишь книги?
Вытащив апельсиновый сок из холодильника, я вздохнула. Люди, не чувствовавшие книги сердцем, не могли понять.
— Да-а, это всего лишь книги.
— Я знаю: возможно, в округе сейчас нет ни одного Аэрума, но никогда нельзя терять бдительность. Особенно когда на тебе след, который может привести хищных ублюдков прямо к нашему порогу. Прямо сейчас это намного важнее, чем твои книги.
Ну уж нет, книги были важнее Аэрумов. Я налила сок в стакан, будучи сейчас не в силах вступать в полемику с Дэймоном. Мы с ним еще не освоили искусство вежливого спора.
— Пить хочешь?
Он вздохнул.
— Конечно. Молоко есть?
Я указала на холодильник.
— Возьми сам.
— Ты же предложила. Разве ты не собираешься мне его налить?
— Я предлагала апельсиновый сок, — ответила я, усевшись за
Бормоча что-то под нос, Дэймон налил себе стакан молока. Когда он опустился рядом со мной на стул, я заметила, что на нем были надеты темные спортивные штаны, и это напомнило мне тот последний раз, когда он находился в моем доме, одетый подобным образом. Тогда мы пустились во все тяжкие. Наша перепалка вылилась в череду пылких «поцелуев и не только» прямо со страниц тех самых умопомрачительных романов, которыми я зачитывалась. События того вечера до сих пор не давали мне уснуть по ночам. И вряд ли я в этом когда-либо открыто признаюсь.
Это было настолько чувственно и страстно… Его космическое моджо взорвало почти все лампочки в доме и сожгло мой лэптоп. Я так скучала по своему лэптопу и блогу. Мама обещала подарить мне новый компьютер на день рождения. Оставалось подождать две недели…
— Могу я спросить тебя кое о чем? — спросила я Дэймона, уставившись на стакан, который вертела в руках.
— Смотря о чем, — невозмутимо ответил он.
— Ты… чувствуешь что-нибудь по отношению ко мне?
— Что-то помимо того, что я чувствовал сегодня утром, когда увидел, насколько хорошо ты смотришься в этих джинсах?
— Дэймон, — вздохнула я, пытаясь игнорировать ту девчонку внутри себя, которая кричала: «ОН ЗАМЕТИЛ МЕНЯ!» — Я говорю серьезно.
Его длинные пальцы выводили круги на деревянном столе.
— В области затылка становится тепло и возникает покалывание. Это то, о чем ты говоришь?
Я украдкой взглянула на него. На его губах блуждала улыбка.
— Да-а, ты чувствуешь это тоже?
— Всякий раз, когда ты рядом.
— И это тебя не беспокоит?
— А тебя это беспокоит?
Я не знала, что ответить ему. Покалывания не вызывали болезненных ощущений, просто казались странными. Меня беспокоило другое — что именно это могло означать. Наша странная связь… мы совершенно ничего о ней не знали. Даже наши сердца теперь бились в одном ритме.
— Это может быть побочным результатом твоего исцеления. — Дэймон наблюдал за мной поверх стакана с молоком. Честное слово, я начинала думать, что он выглядел бы сногсшибательно даже со следами молока на верхней губе.
— Ты себя хорошо чувствуешь? — спросил он.
Не очень.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты выглядишь ужасно.
В любой другой раз подобный комментарий привел бы к боевым действиям в этом доме, но сейчас я просто поставила стакан на стол.
— Мне кажется, я заболеваю.
Его брови сошлись на переносице. Даже сама мысль о возможности заболеть была для Дэймона чем-то невероятным. Лаксены не болели. Никогда.
— Что с тобой?
— Я не знаю. Возможно, какая-то особая инопланетная инфекция.